Чтение онлайн

Путники встали плечом к плечу, как бывало уже не раз, и приготовились встречать смертный бой.

А туман все подбирался и подбирался. И вот когда уже первые белесые клубы его коснулись мысков сапог обреченных, когда уже корявые сучья-лапы норовили дотянуться до своих жертв, а зловещая темная фигура в предвкушении растянула пасть улыбкой…

— Эхехе, братец!

Поначалу Отер обернулся на дядьку, от удивления не сообразив, откуда это у бирюка вдруг появился такой юношеский звонкий голосок. Но наткнулся на такой же непонимающий взгляд спутника. И оба они невольно воззрились на другой конец полянки.

Там, за костром с купцами-мертвецами, стоял невысокий мужичок. Щуплый до такой степени, что оставалось только гадать, как тощую шею не надломила крупная голова, поверх которой еще было нагромождено таких размеров гнездо, что впору было б орлу. И как будто этого казалось мало, через плечо за спиной у гостя болтался трубный горн величиной с добрую бочку под разносолы. Разве что сделан он был не из рога (и впрямь, где ж найти такого вола), а выточен из дерева. Из одежд на мужичке были только сучья да веточки в листве, кое-как перетянутые бечевками, что, впрочем, его нисколько не смущало. Под длинным носом, тоже похожим на веточку, гуляла хитрая улыбка.

— Эхехе, братец, — повторил он, и от этих слов туман, обступавший Отера и дядьку, вдруг дрогнул и словно отпрянул прочь. — Что ж ты так, а? Не по укладу!

5. Сказ про слухи, коими земля полнится, да про кривой путь, что порой быстрее прямого (часть 3) + Глагол

Темная фигура придвинулась чуть ближе, но на поляну сама так и не вышла, оставаясь за невидимой границей. Вновь дрогнули рыжие усы:

— М-мое! — в шелесте слышалась явная угроза. — Не… отдам!

— Отдашь, братец, — хихикнул мужичок, который отчего-то ни капли не страшился жуткого великана, мало того, величал того братцем, хотя похожи они были как кисель и ладья князя. — Потому как ушли они. Чудно, но ушли. Упустил, получается. Стареешь!

Он еще раз хихикнул, и Отер с ужасом понял, что любитель гнезд на голове намеренно дразнит жуткую тварь в тумане.

— М-мое! — повторил с нажимом Блуд и глухо зарычал. Однако он не спешил делать ничего иного, кроме как грозно сопеть и топтаться на месте. Да и его многочисленные прихлебатели как-то пожухли, застыли и теперь лишь копошились, не зная, что и делать без команды хозяина. — М-мое! Отдавай!

— Не получится, — в притворном расстройстве развел руками мужичок. — И рад бы, но… Сам понимаешь, батюшка леший строго бдит. Нет, ты, конечно, можешь и сам с ним погутарить. Как там говорят в народе, ведь Блуду Леший не указ. Не указ, ведь, а?

И мужичок совсем уж развеселился, хлопнул себя по голой коленке и неожиданно прихрюкнул от удовольствия. Путники же от страха не в силах пошевелиться или даже молвить слово, только наблюдали за перебранкой двух небыльников. В какой-то момент Отеру показалось, что сейчас Блуд, которого уже окончательно облили помоями, рванет вперед и всей мощью своих мороков просто сомнет и полянку, и всех, кому выпала недоля оказаться на ней, но нет. С миг он молчал в нерешительности, а после глухо прошелестел:

— Твоя взяла в этот раз, Аука! — Его силуэт стал неверным, зыбким и начал бледнеть, растворяться в тумане. — Твоя! Но старик будет дряхлеть. А тропы… мои тропы. Вот тогда и встретимся…

И вот уже лишь дрожащее темное пятно напоминало о недавнем присутствии жуткой лесной твари. Туман потек, заметался, стал впитываться в землю, и через несколько мгновений его как не бывало. Как и куда делись отвратительные ходячие коряги и марники ни Отер, ни дядька так и не поняли. Будто только сейчас размахивали лапами прямо перед лицами и р-раз, как не бывало.

— Встретимся, — легко согласился мужичок. — Постоянно встречаемся. За тобой и приглядываю.

Он повернулся к оцепеневшим путниками и подмигнул:

— Ау, живы? Страху, небось, натерпелись. — Взгляд его упал на все также лежавшее подле Отера яичко, и мужичок вздернул в удивлении мохнатую бровь. — Эко дивно. Хорошая забавка. Кто дал тебе, витязь, тому в ножки падай. Давненько не встречал я подобных вещиц.

Он хитро прищурился, зыркнул на дядьку и хихикнул Отеру:

— А ты, я погляжу, парень не простой. Ох, не простой. И я бы не советовал долго гостеваться в наших краях. Братец, он обиду долго держит, сдается мне, просто так не уйдет. — Он почесал у себя под гнездом, будто размышляя о чем-то и сам себе кивнул. — Да, уж лучше провожу до кромочки. Только я поперед вас пойду, своим кружением. Сами понимаете, мне Быль топтать не по чину! Во-он там тропка неприметная. Вы по ней идите да все кричите «Ау, ау!» Ну а я вам отвечать буду. Так и выберетесь.

Он еще раз хихикнул и, повторив: «Эко дивно!», растворился прямо в воздухе.

Ни слова не говоря (да и что тут говорить, когда выбираться надо, а после уж и дать волю чувствам), друзья подобрали спасительное яичко и двинулись в указанном Аукой направлении.

Скрылись в чаще.

За их спинами бледное марево постепенно сменялось ярким осенним днем, и золотые лучи солнца брызнули на полянку. На трех мертвых купцов, заложников у не горящего костра.

Вечных пленников Блуда.

Потому как уклад такой…

Лист Ведающих: Блуд

Облик

Немногие из тех, кто встречался с Блудом, могут рассказать о нем. Те же, кто выжил, в ужасе приписывают ему самые разные черты. Кто придаст туманную дымную фигуру, кто громадные корявые рога, кто огненную бороду, а кто и поменянные местами ступни ног, якобы чтобы путать тропинки. Есть ли во всем этом хоть крупица правды? Кто знает.

Обиталище

Уж неведомо откуда-то повелось, да только в каждому лесу, что хоть немного больше рощицы, непременно обитается свой Блуд. Отчего лешие закрывают глаза на присутствие такого зла в своих владениях, то никто не знает. Шепчутся люди, будто Блуд и есть сам леший, темная его сторона, дикая, страшная, да все больше брешут.

Норов

Зол и беспощаден сей небыльник. Обладает он немалой властью чаровной и способен заблудить любого, кого смог заманить в свое кружение, на свои путанные тропы. Уводит он свои жертвы куда-то в невиданные глубины леса, откуда они уже не возвращаются.

Вняти

Как есть против ночи темной день ясный, так и в каждом лесу против Блуда мрачного назначены лешими охранцы-укоротники из младших лешачков. Где Аука присмотрит за жутким соседом, где Попутник. Не дают они слишком много люда губить, равновесие блюдут.

Борение

Поговаривают, что от Блуда хороший отворот есть, обманка — вывернуть одежды наизнанку, обувку с ноги на ногу поменять да браниться без умолку. Только уж больно напоминает то борение с лешим. Видать, в надежде на двойственность леса то и пользуют. Полезно ли? И врагу не пожелаешь попробовать.