Чтение онлайн

С перевала спускался человек. Спотыкаясь в глубоком снегу, соскальзывая по ледяным выносам и проезжая на спине по снежным скатам, он торопливо шел вниз и явно старался не привлекать внимания: прижимался к камням, как можно быстрее преодолевал открытые скалы и прятался в тени нависающих камней. Чжоу Мин сам пошел к нему навстречу, но, увидев своего гонца, вздохнул с облегчением и убрал меч обратно в ножны. Разрумянившийся от непростого спуска, с кровавой ссадиной на скуле и грязными, расцарапанными руками, он тяжело дышал и с трудом смог поклониться генералу — тот остановил его, придержав за плечо.

— Ваше превосходительство, когда я приехал, здесь была страшная резня, — выдохнул он, уперевшись руками в колени и стирая испарину со лба под шлемом. — Мне повезло спрятаться в горах, и я успел выполнить ваш приказ. Вот, посмотрите, здесь все расположения чжугэ-ну и камнеметных машин, что я смог найти, — парнишка вынул из-за полы ханьфу измятый свиток простой рисовой бумаги и с поклоном подал на двух руках генералу. Чжоу Мин выхватил свиток и вгляделся в закорючки разведчика. И Вэй был неграмотен, не умел ни читать, ни писать, зато за время службы научился великолепно управлять лошадью в любых условиях и делать отличные схематичные зарисовки, поэтому генерал сделал его своим гонцом и разведчиком. И вот теперь он держал старательно изрисованный свиток в коченеющих пальцах, всматривался в неровные линии, размытые снегом и в спешке размазанные рукавом.

Перевал Минбо каменной громадой нависал над ними: широкая седловина, похожая на хищную улыбку, натянутая между двумя скальными массивами, залитая розоватым светом уходящего солнца. Снег на вершинах казался красным, плавно перетекал в темно-синий, с каждой минутой тени становились все гуще, наползая снизу, из ущелий. Тишина вокруг звенела жуткая — только ветер вздыхал и посвистывал в скалах, и где-то внизу шумела река, такая бурная, что снег не смог ее заковать.

— Вот здесь, на восточном гребне, два чжугэ-ну, вот здесь еще два, — И Вэй ткнул пальцем в рисунок, поясняя. — Они скрыты за скалами так, что удобно обстреливать из узкой щели. На верхней террасе, почти у самого ледника, я видел два камнеметных орудия, одно ближе к спуску, другое стоит удобно, можно разворачивать и стрелять во все стороны. Есть еще третье, почти под самой вершиной — оно сбрасывает камни под углом вниз и обстреливает еще на подходе. Камни к ним подвозят в корзинах вот отсюда, — разведчик скользнул пальцем по схеме вниз, обозначая тропу. — Все пространство перекрывают, незамеченными здесь не пройти. Я сунулся с другой стороны, но там… — И Вэй безнадежно махнул рукой и покачал головой.

— Что там? — подозрительно нахмурился Чжоу Мин.

— Там подъем непроходимый. Один лед и голые скалы. Выход в три раза быстрее, но и в три раза круче, чем здесь.

— Быстрее, значит…

Он запрокинул голову, задумчиво разглядывая простой подъем. Снизу, из ущелья, где они затаились, можно было разглядеть северян: те суетились вокруг деревянных башен-камнеметов, ходили туда-сюда по гребню, варили ужин — ветер доносил слабые, едва уловимые запахи особенно пряных специй. Ветер дул с перевала, и это было удобно: сведений из долины он не передавал.

— Сколько их, как думаешь?

— Я видел очень много костров. Не меньше тысячи, — паренек задумчиво поскреб еще не тронутый щетиной подбородок, а Чжоу Мин почувствовал, как изнутри обожгло злобой: если неграмотный И Вэй говорит, что больше тысячи, значит, вполне может оказаться тысяч пять или шесть. Он исключал то, что северяне могли победить стратегией: его лагерь был небольшим, и если так жестоко перебили всех — значит, взяли числом и внезапностью.

— Своих раненых они забрали. Значит, уверены в том, что закрепились там надолго, — заметил Чжоу Мин вслух. Из восточного войска живых в лагере он не нашел: из тех, кто остался, не выжил никто. Но ведь могли и забрать пленных: допросы с пристрастием и особенной жестокостью, которая заставит выдать не только своих командиров, но и друзей, а затем — казни напоказ, чтобы подорвать боевой дух врага. К счастью, И Вэй хорошо умел прятаться и лазать по горам бесшумной тенью: если бы и он оказался в плену, отрядам подкрепления бы не поздоровилось. И Вэй был совсем юным мальчишкой, такие либо умирают быстро, либо не умеют терпеть долго.

Чжоу Мин выдал ему щедрую награду. Паренек просиял, кланяясь.

— Благодарю за службу, — сказал генерал и добавил уже не по уставу: — Иди, поешь и отдыхай. Ты отлично справился.

Нетвердой от усталости походкой юный разведчик побрел к ближайшим шатрам. Генерал тоже устало потер переносицу. Ситуация была несколько труднее, чем он предполагал. Три камнеметных машины на верхних террасах, четыре чжугэ-ну с простреливанием почти всей территории — соваться напрямик было чревато тем, что войско расстреляют, не успеет оно даже взойти на верхнее плато. Значит, надо снять орудия еще до того, как подмога достигнет середины подъема. Но как?..

Чжоу Мин пришел в генеральский шатер, который натянули для него под прикрытием скал с отрицательным уклоном. Здесь, в глубокой тени и под снежным карнизом, было холоднее всего, но зато и безопаснее — даже сверху шатер нельзя было разглядеть. Слабое тепло давали горящие масляные светильники в ореховых скорлупках, но этого казалось совсем недостаточно. Пальцы немели от пронизывающего горного холода.

В шатре уже ждали Чэн Бин, Шуан Фан и старый командир пехоты Бо Гуан, который служил в командовании еще при отце. Чжоу Мин развернул на столе карту горного района и схему расположения орудий и сил, сделанную юным разведчиком, но помощники долго молчали, вглядываясь в черты и стрелочки. Положение выглядело тяжелым.

— Луна взойдет сегодня поздно, — проговорил Шуан Фан, придвинув свиток к себе. — Но облака висят плотно, так что до рассвета будет темно. В час Крысы будет самый светлый отрезок, когда луна только появится. Мы можем выступить, не рискуя покалечиться в горах.

— В горах, может, и не рискуем, но нас обстреляют со всех сторон, — возразил Чэн Бин, потянув карту к себе. — Вот здесь, — скользнул он обратным концом кисти по бумаге, там, где горы стягивались в узкий проход между двух высоких скал, — вот здесь можно будет спрятаться, но подъем займет слишком много времени. Если кто-то наверху замешкается, нижние будут обнаружены и тоже погибнут.

Чжоу Мин напряженно сжал рукоять клинка, которой небрежно поигрывал до этого. Положение казалось довольно щекотливым: оставаться здесь и ждать, пока северяне уйдут — бессмысленно, надо их разбить, а не отпустить. Подниматься к ним на перевал — тоже опасно, у них слишком много загодя установленных орудий, и пока войско восточного генерала будет ползти по ущельям, сверху его размажут камнями и стрелами. Вызывать их на открытое столкновение, намеренно выгоняя из удобных условий — да… но как?

— Мотыльки летят на огонек, — вдруг проговорил мечник Бо и, с неожиданной для старика прытью вскочив со своего места, взмахнул широкими рукавами: — Чжоу-гунцзы, у меня есть идея, но чем это закончить, я еще не придумал.

— Говори, — потребовал генерал.

— Поступим так. Ты, Чэн Бин, возьмешь, скажем, триста пехотинцев — ровно половину основного полка. Сразу, как только начнет темнеть, вы пойдете открыто по главному тракту с факелами и стягами, будете шуметь и привлекать внимание. Ваша задача — заставить их подумать, что мы выходим на линию атаки. Ты, Шуан Фан, возьмешь сотню лучников и сотню копейщиков, подниметесь по восточному склону вот здесь, — он указал на изгиб хребта, где тяжело вооруженному воину будет не очень затруднительно подняться. — За осыпью начинается крутой участок, вы его обойдете пониже и как раз выйдете к этим скалам, где у них две камнеметных машины. Ваша задача — снять стрелков и тех, кто управляет машиной.

— Незаметно снять охрану не получится, — покачал головой Чжоу Мин. — Они охраняют свою стрелковую силу наверняка больше остальных, это их выгодное положение, нефрит в рукаве. У них командующий — генерал Син Чжухэн, настоящий зверь, ему не знакомо, что такое слабое место. Отряд Шуан Фана вступит в ближний бой, отвлекая стрелков, а мы в это время с остальными постараемся прорваться на плато и дать бой в лагере. Мы зажмем их с трех сторон и центральный фланг не будет рисковать так сильно и безрассудно.