Чтение онлайн

— Если верить тому, что мне известно, первые шаги на этой стезе не таят в себе особой угрозы. Да и на продвижение обычно уходят годы — год, два, а то и все три. Так что мы совершенно не торопили события, намереваясь дождаться твоего официального совершеннолетия, чтобы тогда уже серьезно поговорить и убедить тебя остановиться на достигнутом.

«О нет, мама, твои познания безнадежно устарели… Ты ведь ни сном ни духом не ведаешь о методе „отыгрыша“. Собери я все ингредиенты, и еще до Нового года стала бы „Психиатром“ седьмой Последовательности… К тому же я совершенно не желаю останавливаться. Трагическая гибель герцога Негана сорвала с моих глаз розовые очки: этот мир отнюдь не так безмятежен и безопасен, как мне казалось. Я отчаянно жажду обрести силу, чтобы в роковой миг суметь защитить вас…»

«Господин Шут пробуждается от векового сна, злые божества одно за другим рыщут в поисках лазейки в наш мир… И пусть я всё еще слишком юна и неопытна, даже я нутром чую ту леденящую, невыразимую угрозу, что сгущается вокруг…» Одри всегда прекрасно понимала: пропажа оккультных диковинок из сокровищницы рано или поздно всплывет наружу. Она лишь наивно уповала на то, что родители понятия не имеют об истинном предназначении этих вещиц и спишут всё на ее всё более глубокое погружение в дебри мистики.

Сбросив с души этот свинцовый груз и ловко обойдя материнские наставления, девушка заговорила вновь:

— Мама, какое-то время назад я примкнула к одной тайной ложе. У них скорее академический уклон, и они категорически не поклоняются злым богам. Прошу, прости, но я не вправе раскрывать ни ее названия, ни каких-либо деталей — мои уста скреплены нерушимой клятвой.

Не дав графине и рта раскрыть для расспросов, она поспешила перейти к главному:

— Сегодня до меня дошли тревожные вести. Та самая простолюдинка, в которую по уши влюбился принц Эдсак — настоящая ведьма. И одному богу известно, какую зловещую интригу они там плетут.

На деле эти два заявления вообще никак не соприкасались. Первое касалось Алхимии Психологии, а вот источником второго служили Клуб Таро и лично господин Шут.

Однако благодаря столь виртуозно выстроенной последовательности фраз каждое слово оставалось кристально чистой правдой, способной выдержать любую проверку гаданием. Вот только любой слушатель неминуемо бы решил, что эти пугающие новости исходят именно из недр той самой Алхимии Психологии.

Улыбка на лице Кейтлин стремительно угасла. Со свинцовой серьезностью она переспросила:

— Ведьма?

Графиня не слишком хорошо разбиралась в хитросплетениях оккультного мира, но от одного лишь этого слова так и веяло первобытным злом и тревогой.

Одри торопливо закивала:

— Да, причем «Демонесса Наслаждения».

— Но куда сильнее меня пугает ее имя — Трисси Чик.

— И что с ним не так? — с искренним недоумением поинтересовалась графиня.

— Один из членов нашей ложи как-то наткнулся на имя «Чик» на страницах весьма древнего манускрипта, — безупречно отыграв заготовленную ложь, произнесла Одри. Ни в тоне, ни в выборе слов, ни в микровыражениях лица или жестикуляции не было ни единой фальшивой ноты. — В Четвертую Эпоху, а то и в еще более седые времена, это имя принадлежало Изначальной Демонессе.

Выдержав паузу, девушка с леденящей мрачностью добавила:

— А это — злое божество!

Графиня Кейтлин понятия не имела, кто такая эта Изначальная Демонесса, но значение слов «злой бог» уловила предельно четко.

Вмиг лишившись былого спокойствия, она встревоженно, скороговоркой спросила:

— Ты уверена?

— … Не до конца, — Одри, конечно, ни на йоту не сомневалась в словах господина Шута, но вслух подобного заявлять не смела. — Как бы там ни было, я считаю, что мы просто обязаны привлечь корону… Нет, лучше Потусторонних из Церкви Богини, чтобы те всё скрупулезно перепроверили. Когда дело пахнет злыми богами, излишней осторожности не бывает.

Кейтлин с легким изумлением вскинула глаза на дочь:

— … Одри, ты и впрямь повзрослела.

Не будь ситуация столь критической, юная аристократка непременно бы напустила на себя ложную скромность, мило бы пококетничала, а затем умчалась бы в спальню, упиваясь триумфом и кружась в радостном танце.

Но сейчас ей было совершенно не до девичьих забав. Позволив тревоге и напряжению явно проступить на лице, она торопливо произнесла:

— Мама, ты поможешь мне всё скрыть? До меня доходили слухи, что казенные и церковные Потусторонние на дух не переносят вольные ложи. Э-э… можешь сказать, что эти сведения раздобыл отец, у него ведь связей хоть отбавляй.

Кейтлин поднялась с софы и крепко, с материнской нежностью обняла дочь:

— Не тревожься. Мы с отцом ни за что не позволим тебе вляпаться в подобную грязь.

— Граф вернется лишь к вечеру, так что я первым делом вызову кого-нибудь из тайной стражи. Обставим всё так, будто донесение принес именно он, а уж потом я лично свяжусь с Потусторонними, присланными Церковью для охраны нашей семьи.

— Договорились! — с нескрываемым облегчением и радостью отозвалась Одри.

Девушка наконец-то смогла перевести дух, чувствуя, как от долгого, невыносимого напряжения тело наливается свинцовой слабостью.

…………

Глядя на то, как с небес на стремительной скорости обрушивается град пылающих метеоритов, накрывающих собой всю лесополосу, Клейна внезапно захлестнуло пугающее, бессильное чувство обреченности. Казалось, оставалось лишь покорно дожидаться неминуемой смерти.

Даже если он пустит в ход беспрерывные огненные скачки, вырваться из чащи и покинуть эпицентр катастрофы до того, как этот огненный ливень впечатается в землю, было физически невозможно. Да и хрупкая плоть «Провидца» совершенно не годилась для того, чтобы принимать на себя удар падающего с небес камня.

Даже живой мертвец, которому револьверные пули нипочем, под таким шквалом в мгновение ока обратился бы в кровавое, обугленное месиво… Огненный скачок… Вглядываясь в слепящее желтовато-белое зарево, Клейн, так и не смирившийся с поражением, молниеносно нащупал дерзкую, безумную идею.

В ситуации, где счет шел на жалкие доли секунды, места для колебаний не оставалось. Задумал — делай!

Щелк!

Безошибочно прикинув дистанцию в уме, Клейн звонко щелкнул пальцами, заставляя разом воспламениться все оставшиеся в коробке спички.

В небо взметнулся столб багрового пламени, в мгновение ока поглотивший его силуэт без остатка.

Абсолютно беззвучно Клейн растворился в пространстве, материализовавшись прямо внутри огненного хвоста летящего метеорита!

Вжух!

Метеорит стремительно падал. Едва выскочив из пламени и покинув пылающий камень, юноша мгновенно погрузился в раскаленный до пугающих, немыслимых пределов воздух.

В сам момент Потустороннего скачка Клейну был совершенно не страшен обычный огонь, пусть даже невероятно горячий. Однако, стоило ему выйти из этого состояния, как оставалось лишь отчаянно подчинять пламя своей воле, отводя его от тела. Иначе этот чудовищный жар с легкостью обуглил бы его плоть, сжигая заживо.