Чтение онлайн

Растроганный до слез собственным величием, Эмлин с глубочайшим почтением отозвался:

— Ваша воля будет исполнена.

Клейн вальяжно откинулся назад и произнес с легкой, ледяной небрежностью:

— Я дозволил проведение здесь, в этих чертогах, тайных собраний.

— Готов ли ты пополнить их ряды, дабы нащупать путь к могуществу и спасти свой род?

— Готов! — выпалил Эмлин, не раздумывая ни секунды.

Клейн с удовлетворением кивнул:

— У тебя есть еще какие-либо просьбы?

Эмлин, чье сердце радостно екнуло, торопливо заговорил:

— Великий господин «Шут», молю Вас, помогите мне избавиться от ментального внушения! Его наложил епископ Церкви Матери-Земли…

— Я знаю, — невозмутимо оборвал его излияния Клейн.

«Он знает… Воистину, непостижимая тайная сущность…» — Эмлин в благоговении опустил голову еще ниже.

Юноша издал тихий смешок:

— Я могу тебе помочь. Но какую плату ты готов предложить взамен?

Находясь в таинственных чертогах над серой мглой, Клейн обладал невероятно острым духовным зрением. Еще пару минут назад он подметил, что то самое отливающее иссиня-черным цветом ментальное внушение в духовном теле Эмлина Уайта каким-то непостижимым образом успело почти полностью рассеяться, истончившись до предела.

Изначально Клейн планировал пустить в ход один из ритуалов из «Книги Тайн», предназначенный для подобных случаев. Однако нынешняя картина убедила его: одного-единственного ритуала мистического единения вкупе с подавляющей мощью карты «Темного Императора» и очищающим светом «Солнечной броши» хватит за глаза, чтобы выжечь ментальные оковы из разума вампира дотла.

«Плату?» — Эмлин на мгновение задумался, но так и не смог взять в толк, что из его скромных пожитков могло бы заинтересовать такую непостижимую тайную сущность, как «Шут».

Заметив его замешательство, Клейн взял инициативу в свои руки:

— Меня весьма интригуют некоторые страницы истории вашего рода Крови. Вполне можешь расплатиться подобными знаниями.

«Историей рода Крови?» — Эмлин поразмыслил с секунду и с готовностью закивал.

— Можешь пока собраться с мыслями и прикинуть, о чем именно поведаешь. Хех, но прежде тебе надлежит выбрать себе кодовое имя. Из этих, — с этими словами Клейн силой мысли материализовал на поверхности длинного бронзового стола оставшиеся свободными Старшие Арканы Таро.

Эмлин Уайт с неподдельным интересом пробежался взглядом по картам и изрек:

— Луна.

— Я выбираю карту «Луна»!

Над серой мглой, в недрах монументального, подобного обители гигантов дворца.

«Луна» Эмлин всерьез задумался, какую именно часть истории рода Крови стоит поведать господину «Шуту».

«Раз уж Он водит дружбу с самой Прародительницей, то наверняка прекрасно осведомлен о делах до Великого Катаклизма. Повторять эти прописные истины нет нужды… В Четвертую и Пятую Эпохи триумф нашего рода вспыхивал не так уж редко, и историй, достойных упоминания, наберется с избытком. Но самая суть, истинный краеугольный камень всего лишь один…» — в голове вампира стремительно созрел план.

В его нынешнем понимании «Шут», скорее всего, являлся одним из древних божеств эпохи до Великого Катаклизма. Сущностью, которая по некой таинственной причине избежала гибели, погрузилась в тысячелетний сон и лишь теперь начала шаг за шагом возвращать былое могущество.

Это безупречно объясняло, почему за долгие тысячелетия истории в летописях рода Крови ни разу не всплывало упоминаний о подобной скрытой фигуре — вплоть до того самого момента, пока Его почетное имя внезапно не разлетелось по оккультному подполью.

Немного собравшись с мыслями, Эмлин горделиво выпрямил спину и начал:

— После Великого Катаклизма наш род покинул авансцену Северного и Южного континентов. Отныне мы выступали не как единая раса, а как обособленные дворяне на службе у различных империй и династий. Одни правили собственными вотчинами, другие стояли на страже стратегически важных твердынь.

— И лишь когда наша владычица, та самая «Королева Кровавой Луны» Олниа, что вывела нас из мрака Темной Эпохи, стала супругой Ночного Императора державы Трэнсост, род Крови вновь сплотился воедино. Мы превратились в незыблемую опору той династии. В те славные времена даже лоэнские Августы и фейсакские Айнхорны были обязаны с благоговением и трепетом величать нашу предводительницу Ее Императорским Величеством.

— В ту эпоху королева Олниа считалась абсолютным эталоном красоты. Существуй на свете волшебное зеркало, способное отвечать на любые вопросы, на реплику «кто на свете всех милее» оно бы без раздумий назвало лишь ее имя…

Чем дольше Эмлин говорил, тем сильнее его распирало от гордости и самодовольства. Первоначальная настороженность испарилась без следа, уступив место безудержному, упоенному красноречию.

«Волшебное зеркало, отвечающее на вопросы? Да это же вылитый Арродес! Интересно, не находилось ли среди оперативников „Сердца Механизмов“ таких идиотов, которым от нечего делать приспичило бы спросить: „Свет мой зеркальце, скажи, кто на свете всех милее?“… И что бы эта заносчивая стекляшка им выдала в ответ?» — Клейн, ни на йоту не изменив своей вальяжной позы и пряча в уголках губ легкую усмешку, позволил мыслям немного растечься.

Выдав эту пулеметную тираду, вампир наконец посерьезнел:

— Увы, весь этот триумф рухнул в горниле Войны Четырех Императоров. Ночной Император пал, наша королева сгинула, а роду Крови был нанесен поистине сокрушительный удар. Сорвав куш победы, семеро божеств поддержали Августов, Айнхорнов, Соренов и Кастию — четыре великих дома, которые хладнокровно разорвали империю на части, уничтожив обескровленную королевскую династию. Нам оставалось лишь отступить в безлюдные горы и забиться в глухие тени, дабы уберечь остатки расы от полного вымирания.

«Всё в точности сходится с моими догадками… Семеро божеств. Выходит, во время Войны Четырех Императоров ортодоксальный пантеон уже насчитывал семерых…» — Клейн тут же воскресил в памяти те самые шесть божественных изваяний в подземных руинах семьи Тюдоров.

— Хвала небесам, в те времена и сами божества погрязли в расколе, натравливая четыре державы друг на друга. Заплатив немалую цену, мы всё же сумели вырваться из лап этого бедствия, — на этих словах Эмлин небывало воспрял духом.

Устремив на Клейна горящий, пронзительный взгляд, он добавил:

— Достопочтенный господин «Шут», не соизволите ли вы уделить мне еще немного времени, дабы я поведал вам о деяниях «Королевы Кровавой Луны» и былой славе рода Крови? Это воистину монументальная летопись, сотканная из сияющих страниц, и я готов слово в слово пересказать каждую из них.

«Сдается мне, ты способен болтать об этом сутки напролет… А я-то грешным делом мнил тебя позором вампирского племени, помешанным лишь на своих куклах и ни черта не смыслящим в корнях. Кто бы мог подумать, что ты обладаешь столь глубокими, академическими познаниями… Немудрено, что ты так свято чтишь аристократизм своего рода и кичишься им на каждом шагу… Впрочем, всё логично: затворники вроде тебя, стоит им лишь увлечься чем-то всерьез, способны копать поистине глубоко. Да и времени на исследования у бессмертных кровососов хоть отбавляй…» — немного поразмыслив, Клейн решил деликатно отклонить столь щедрое предложение.