Чтение онлайн

– А я пойду спать к себе, - отвечаю ему едва слышно на ухо, чтобы не разбудить громким голосом.

– Нет, - слышу его ответ.

После чего никаких пояснений не следует. Я наклоняюсь над генералом, пытаясь удостовериться...

И впрямь - спит! Глубоко и ровно дышит.

И что значило его «нет»? Мне уйти нельзя? Но где тогда мне спать? На кровати, которую оставила без подушки?.. Или на шкурах - рядом с ним?..

Рядом с жаровней тепло.

Наверняка, сейчас я здесь быстро засну! А проснусь от холода - пораньше, чтобы уйти до того, как весь дом заполнится слугами!

Решившись, иду за вторым одеялом к кровати, стягиваю его, сворачиваю в валик и укладываюсь на шкуры, подложив под голову.

До моего супруга - буквально рукой подать. Я могу сказать, в какой момент он вдыхает и выдыхает воздух! Тем не менее, нас разделяет расстояние, позволяющее сохранить подобие приличия.

– Спокойной ночи, Итай, - бормочу и проваливаюсь в сон, вымотанная за день до предела...

Просыпаюсь ближе к утру, от холода, как и предполагала... но также - ощутив на себе крайне неоднозначный взгляд.

Сосредоточив зрение, поворачиваю голову...

Генерал лежит рядом, чуть приподнявшись на локте, и смотрит на меня.

– Я сейчас уйду, мой господин, - зевнув, хочу, было, подняться, как моё тело внезапно переносится в тепло, со всех сторон укутываясь одеялом.

– Моей подушки хватило бы на двоих. Зачем легла так далеко?
– спрашивает Итай с лёгким раздражением.
– А сейчас дрожишь, как осенний листок на ветке!

– Я собиралась уйти к себе под утро, - сонно отзываюсь, вполне себе быстро избавляясь от дрожи в теле.

Здесь, под одеялом, так хорошо! Тепло... и уютно...

– И кто бы позволил тебе уйти?
– недовольным голосом тихо спрашивает генерал и ложится рядом, начиная ровно дышать мне в затылок.
– Мы должны работать над нашим образом идеальной пары. И так столько времени уже потратили впустую...

– Простите, мой господин, я исправлюсь...
– бормочу и впадаю в дрёму, чтобы проснуться окончательно через несколько часов, в одиночестве на полу.

Приподнимаюсь, пытаясь понять, где генерал, и нахожу его за столом, облокотившимся и задумчиво смотрящим на меня.

– Мой господин, - сажусь, откидывая одеяло, и протираю глаза тыльной стороной ладони, - я проснулась слишком поздно?

– Нет. Это я встал рано, - ровно отвечает Итай, не отрывая от меня взгляда.

Оглядываюсь. Уже довольно светло. Почему он всё ещё здесь?

И... насколько рано он встал?

– Таз с водой на прикроватной тумбе. Иди умойся и садись за стол, - командует генерал, и мне не остаётся ничего иного, как подчиниться.

В голове тут же возникают картинки из прошлого - когда я точно также проснулась в этих покоях, умылась, поела... и разругалась с генералом на целую неделю.

Осторожно вытираю влажное лицо чистой тканью и иду к господину.

– Как вам спалось?
– не нахожу ничего лучше, чем спросить о качестве сна, пока присаживаюсь напротив него.

– Сносно, - коротко отзывается Итай, не отрывая глаз от меня.
– У тебя всё ещё есть возможность задать вопросы, - напоминает он.

И что-то меня напрягает то, как упорно он предлагает мне спросить его о чем-то...

– Если вам есть, чем поделиться, быть может, стоит сказать об этом прямо?
– мягко предлагаю, прощупывая почву.

– Мне всегда есть, чем делиться. Лишь от тебя зависит - что именно ты услышишь, - даёт странный ответ Итай... и наливает мне чай.

– Уна - человек княжны?
– решаю уточнить то, о чём и так догадываюсь.

– Да, - отвечает генерал.

– Вы не избавляетесь от неё не потому, что не можете, а потому что её легко контролировать?
– продолжаю спрашивать.

– Да.

– Вы были с ней близки?

Задав вопрос, осекаю саму себя и с испугом смотрю на господина. Но тот лишь улыбается - тихо, без особого веселья, но и без какого-либо смущения.

– Нет. Но, если ты хочешь знать, близость с женщиной я уже познал: дети благородных родов получают воспитание во всех сферах - и в довольно раннем возрасте, - произносит он, отпивая из чаши терпкий горячий напиток.

– Я была груба и нарушила границу...
– пытаюсь оправдаться.

– Ты её не нарушала: это нормально - спросить у супруга о наличии опыта. Он у меня есть, - спокойно произносит Итай и встречает мой взгляд.

Ужасно краснею и опускаю голову, начиная ковыряться в еде.

– Почему... вы позволили ей делать вид, что она допущена в вашу спальню?
– всё же спрашиваю тихим голосом, проиграв самой себе.

– Потому что её влюбленность была мне выгодна. Уна предала свою хозяйку, когда начала испытывать ко мне чувства, - ровно отвечает Итай.

Итак, он пользуется чужими чувствами и не находит это чем-то предосудительным. Пугает ли меня такая его черта? Не знаю... но определённо настораживает.

– Я нарушила ваши планы?
– негромко уточняю.

– Ничто, происходящее в поместье, не может нарушить мои планы. Потому что здесь всё происходит только с моего прямого дозволения или молчаливого согласия, - произносит генерал, глядя на меня внимательным, я бы даже сказала, изучающим взглядом.

– Вчера, когда вы так открыто предлагали мне пересечь черту, вы предусматривали вариант, когда я воспользуюсь подаренным шансом?
– задаю вопрос и, затаив дыхание, жду ответа.

– Предусматривал?
– протягивает Итай, запрокинув подбородок и улыбнувшись, - Возможно, я даже желал этого, - отвечает он и вновь опускает на меня многозначительный взгляд.
– Ты напугана?

Смотрю на него и пытаюсь разгадать смысл сказанного.

Предполагаю, если бы я пересекла черту, он бы начал пользоваться мной, как Уной, не особо заботясь о моих чувствах - поскольку полагал бы, что, воспользовавшись его состоянием, я поступила с ним точно также... Это логично. Пусть и слегка аморально... Но почему он говорит, что желал такого исхода?

Разве это выгодно для него - держать подле себя ещё одного человека, в котором он не уверен?!

В любом случае, такой вариант меня не устраивает...

Я предпочитаю знать, как и с какой целью меня используют - знать из первых уст!

Я могу быть полезна. И я хочу быть полезна... ему.

– Амай?
– зовёт меня генерал, напоминая о своём вопросе.

– Нет, - отвечаю не сразу, качая головой, - я не напугана. Из ваших откровений я могу сделать один вывод - вы давали мне возможность избежать знаний о том, что грядёт.