Чтение онлайн

Того, которое он мечтает нарушить так же сильно, как и я.

Эта мысль, непристойно отражаясь на моих щеках, я сглатываю и лихорадочно направляюсь к бальному залу.

— Что ж, в таком случае, я пойду…

Дверь внезапно открывается, и появляется стройный силуэт моей одержимости. Одетый в простую рубашку и чёрные холщовые брюки, взгляд змея скользит от моего лица к моей груди, набрасывая жадную улыбку.

Затем, заметив, что мы не единственные участники этого пиршества искушений, его веки щурятся с императорской суровостью.

— Что вы все здесь делаете? — рычит он.

Я делаю шаг к нему, чтобы вернуть его внимание ко мне.

— Это я попросила их, милорд. Мне нужно было поговорить с ними об одном важном деле.

— Важном?

— Первостепенном.

— Продолжайте, моя дорогая. Что же это за столь важное событие, требующее остановки их деятельности?

— Ваши похороны.

Обрадованный, он наклоняет голову с ироничной благодарностью, когда сдерживаемый смех раздаётся за моей спиной. Почерневшие глаза демона тотчас устремляются на свою жертву.

— Моя скорая смерть так тебя забавляет, Труди? Или твоя верность желает присоединиться к своему хозяину в могиле?

Бедная кухарка заикается в ответ.

— О, нет, милорд. Разумеется, нет.

Его андрогинные черты искажаются от неприязни. Нормально ли находить его ещё более красивым таким? Здорово ли предпочитать иногда зверя человеку? Этот гнусный вопрос заставляет меня отвести взгляд от него.

— Нет — твоей верности или нет — твоему веселью, Труди? — вкрадчиво шепчет он.

— Нет… нет тому и другому, милорд.

— Правда? Мне, однако, кажется, что я заставлял тебя приносить клятву. Должен ли я отвести тебя в чистилище, чтобы ты подписала её снова своей кровью?

— Да, я… нет, милорд. В этом не будет необходимости, уверяю вас.

Голос служанки задыхается в её молчании. Я не вижу её, но образ мыши, проглоченной тираническим красноречием рептилии, естественно предстаёт передо мной. Я могла бы, конечно, прийти ей на помощь, если бы веселье моего опекуна не заражало в той же мере моё.

— И какова же будет твоя роль в моей смерти? Приготовить меня?

— О, нет, милорд! — восклицает она в ужасе.

— Ты хочешь сказать, что я не вкусен?

— Нет, я. Я…

— Тогда что, Труди? Говори! — взрывается он. — У меня нет целого дня, чтобы наказывать тебя за твоё оскорбление.

Она вздрагивает и теребит свой фартук, запачканный красным соусом. Какое ужасное и уместное предзнаменование.

— Я… Я должна приготовить фуршет, который состоится после ваших похорон.

Я внутренне свищу от восхищения её восхитительной репликой. Лицо графа резко меняет выражение и опускается ко мне.

— Фуршет? — ликует он. — Ты ожидаешь, что толпа придет оплакивать мой труп?

Я пожимаю плечами.

— Что ж, там, несомненно, будут Лукреция, инспектор Грэм и… и…

Он скрещивает руки, наслаждаясь тем, как усиливает моё смятение.

— И…

— Мы? — предлагает Энтони.

— Да, вот! — восклицаю я, спасённая. — Слуги.

— Я никогда не плачу. Плакать — это для младенцев, а я не младенец, — бормочет Уинстон.

— Вопрос, — шипит Милли. — Эстер гораздо сообразительнее тебя.

— Неправда, она ещё носит пелёнки.

— Это я и говорю — сообразительнее.

— Да замолчите же, чёрт возьми! — шипит Эльберт.

Как ни странно, пренебрегая этим оскорблением, Дориан задумчиво смотрит на меня, затем наклоняется, чтобы нежно погладить мою щеку.

— Мне не нужно столько слёз, min sommerfugl, — шепчет он. — Только твоих достаточно.

— Ваше тело надеется, что я буду его оплакивать, милорд? — усмехаюсь я.

Змей становится котом, чтобы мурлыкать своё обольщение по-датски.

— О, оно жаждет от тебя столь многого, Эмилия.

Не очень громкое покашливание нарушает наше изгнание в роскошную землю. Дориан отрывается от своего созерцания и бесстрастным тоном приказывает им:

— Возвращайтесь к своим обязанностям. Немедленно, если не хотите, чтобы я сам организовал ваши похороны.

— Да, милорд, — отвечают они хором, прежде чем рассеяться по тёмным коридорам особняка.

— Что касается тебя…

Его указательный палец поднимает мой подбородок к нему.

— Пойдём, min sommerfugl. Там гость, ещё живой, который умирает от желания с тобой познакомиться.

Глава 16

Думать о своих ошибках, верить в свои истины

Эмилия

Бальный зал, поместье Соулридж

Холланд-парк, Лондон

24 августа 1888 года

Мои дрожащие пальцы переплетены с пальцами Дориана, я переступаю рядом с ним порог бального зала, обеспокоенно вглядываясь в присутствие Шэнь Фэй-Хуна.

Старый человек тщедушного и хилого вида стоит в центре танцевальной площадки. Облачённый в потрёпанную деревянную трость, он носит что-то вроде тоги, столько раз штопанной, что она могла бы быть достойна квартала Уайтчепел. Фэй-Хун мог бы по крайней мере иметь приличие прилично одеть своего слугу, — возмущённо думаю я.

Оставив его хрупкий силуэт, я окидываю взглядом тени комнаты в поисках его хозяина, но ни один учитель кунг-фу, кажется, там не прячется.

— Где он? — спрашиваю я Дориана.

— Кто, min sommerfugl?

Я издаю раздражённый вздох.

— Мастер Шэнь Фэй-Хун, разумеется.

Мой опекун поднимает насмешливую бровь.

— Ты видишь его перед собой, Эмилия.

Ошеломлённая этим заявлением, я недоверчиво смотрю на старика, который ближе к гробу, чем к колыбели, и тихо шепчу Дориану.

— Это шутка, милорд?

Он разражается беспечным смехом.

— Ничуть, моя дорогая.

— Но он…

Я сдерживаю свою откровенность, не желая ранить восхищение, которое он к нему питает.