Чтение онлайн

— Точнее, это скорее пари.

Она поднимает на меня свои сумеречно-синие глаза, в которых читается явное подозрение.

— Почему мне кажется, что это какая-то ловушка?

Я не могу сдержать ползущую на лицо ухмылку.

— Больше или меньше часа — сколько им понадобится, чтобы Логан и твой брат ушли отсюда вместе?

Она вскидывает бровь, лениво крутя в пальцах ножку бокала.

— Это если они вообще уйдут. Мой брат не из тех, кто прыгает в постель на первом свидании.

Я оценивающе смотрю на Логана и Эллиотта, которые стоят вплотную друг к другу и что-то нашептывают прямо на ухо. Плотное сексуальное напряжение между ними можно буквально потрогать руками. Они стопроцентно уедут вместе.

— Ладно, давай поменяем условия, — соглашаюсь я, легонько постукивая пальцами по своему стакану. — Если они не уйдут вдвоем, я прочитаю любую книгу на твой выбор. Но если уйдут… с тебя поцелуй.

Майя заметно натягивается, и ее пухлые губы удивленно округляются от такой наглости.

— Это нечестная игра.

Из моей груди вырывается тихий смех.

— Я никогда и не утверждал, что играю по правилам. Зато я всегда играю на победу.

В ответ на этот выпад она награждает меня весьма высокомерным взглядом.

— Что ж, я уже предвкушаю, как ты будешь читать роман «Инопланетные любовники с планеты Декссар».

С учетом такого названия я испытываю еще большую благодарность судьбе, когда спустя ровно сорок три минуты Эллиотт и Логан натягивают куртки и коротко прощаются с компанией. Я еле сдерживаю хохот, глядя на то, как Майя ошарашенно хлопает глазами. Когда брат заявляет, что вынужден поехать домой пораньше из-за тяжелого дня, она невнятно бормочет что-то на прощание.

— Похоже, тебе нужно повторить, — смеюсь я. Время уже позднее, а завтра вечером у нас матч в Атланте, но мне совершенно не хочется, чтобы этот вечер заканчивался. Банально, конечно, но как есть. Я уже и не помню, когда в последний раз так весело проводил время вне льда.

Наша следующая порция незаметно превращается в еще одну. Затем в третью, и где-то между спорами о том, какой из президентов девятнадцатого века был самым горячим, и детальным планированием стратегии на случай гипотетического зомби-апокалипсиса, у меня начинают поднывать щеки. Я не улыбался так много уже несколько лет.

Когда заведение начинает закрываться, я с неохотой оплачиваю счет и вызываю такси. Я прошу Майю вбить ее адрес в качестве промежуточной точки, чтобы лично убедиться, что она доберется до дома в целости и сохранности. На улице стоит бодрящая прохлада, и я использую это как отличный повод приобнять ее за талию, стоит нам выйти на свежий воздух.

— Утром я горько пожалею об этом последнем бокале, — негромко смеется она. — Мне ведь рано вставать на открытие магазина.

— И во сколько тебе нужно там быть?

Она задумчиво касается пальцем подбородка.

— В половину девятого.

У меня непроизвольно вырывается смешок.

— И это, по-твоему, рано? — Лично я буду на ногах уже в шесть-тридцать, чтобы успеть потренироваться и завезти Гуся со всеми его игрушками к собачьей сиделке перед вылетом.

Она тычет пальцем мне в живот, и я чисто на инстинктах напрягаю свои заработанные тренировками кубики пресса.

— Все, что до половины одиннадцатого утра — это кромешная рань для совы, Коул. И перестань делать такое оскорбленное лицо.

Ухмыляясь, я аккуратно прижимаюсь своим лбом к ее лбу. Но прежде чем я успеваю забрать свой законный выигрыш, в кармане настойчиво жужжит телефон, сообщая о прибытии машины. Черт. Ноль звезд этому водителю за то, что обломал такой момент.

Мы забираемся в салон, и когда устраиваемся бок о бок на заднем сиденье, я опускаю ладонь на ее бедро, лениво очерчивая большим пальцем круги на ткани. Таксист без умолку болтает все пятнадцать минут, пока мы едем до ее дома в Бэк-Бэй, совершенно не замечая густого, осязаемого напряжения, которое повисло между нами.

Я выбираюсь со стороны пассажирского сиденья и протягиваю Майе руку.

— Я провожу тебя до двери.

— Тебе правда не обязательно…

— Я хочу.

Игнорируя ее заверения в том, что она в состоянии без приключений дойти до собственной квартиры, я бросаю водителю, что вернусь через минуту. Майя живет на пятом этаже старого дома без лифта, на отсутствие которого она ворчит всю дорогу наверх. Лично я никаких претензий не имею, учитывая, что вид на ее фигуру сзади открывается просто первоклассный.

— Спасибо за этот вечер, — произносит она, когда мы наконец добираемся до нужной площадки. Остановившись у своей двери, она неловко переминается с ноги на ногу и прикусывает нижнюю губу. — Мне было очень весело.

Я делаю шаг вперед, затем еще один, пока мы не оказываемся зажаты грудь к груди, а она не упирается спиной в деревянное полотно. Между нами искрит так, что этой энергии хватило бы на вечную подзарядку Теслы. Заправив непослушную прядь ей за ухо, я медленно наклоняю голову, давая ей кучу времени, чтобы оттолкнуть меня, если она захочет. Она не шевелится.

Сделав последний вдох, я жадно накрываю ее губы своими. Наши языки сплетаются в яростном, горячем танце, пробуя и дразня друг друга. Я перехватываю ее за талию, прижимая ближе к себе, и когда она в ответ тесно прижимается к моему уже ноющему от напряжения члену, из самой глубины моей груди вырывается глухой стон. Внутри разгорается голодный пожар — мощный выброс адреналина, который можно сравнить разве что с ощущениями во время жесткого вбрасывания на льду.

Когда мы наконец отстраняемся друг от друга, оба судорожно и часто хватаем ртом воздух. Черт. Я перецеловал кучу женщин в своей жизни, но еще никогда мне не хотелось вернуть чужие губы моментально после окончания поцелуя так сильно, как сейчас.

Майя лениво перебирает короткие волоски у меня на затылке.

— Твой рейтинг в такси окончательно рухнет, если ты заставишь водителя ждать еще дольше.

Я утыкаюсь лицом в ее шею, нежно прикусывая чувствительную кожу зубами.

— Я напишу тебе завтра, идет?

— Хорошо.

Этот еле слышный шепот едва не лишает меня остатков самообладания. Я уже готов наплевать на все рейтинги и пойти на второй круг, но она аккуратно ускользает внутрь квартиры, одарив меня напоследок робкой, мягкой улыбкой, и закрывает дверь.