Чтение онлайн

— Хотя любовные романы про спортсменов я люблю. — Ее улыбка настолько мила, что она даже не осознает, как ее выпад в сторону хоккея только что ранил мою спортивную душу. — Если это хоть немного меня оправдывает.

У меня вырывается смешок.

— Прежде чем мой мозг взорвется от твоего крайне ошибочного мнения о хоккее, пожалуйста, объясни, как чтение о спорте может быть лучше его просмотра?

Она запрокидывает голову и вздыхает, будто ответ на этот вопрос отнимет у нее драгоценные минуты жизни, которые ей никто не вернет.

— Потому что авторы не посвящают целые главы двум таймам по шестьдесят минут, за которые никто так и не забивает гол. — Она ухмыляется, и ее глаза азартно блестят. — Ну, то есть кто-то, может, и забивает, но скорее в библейском смысле, а не в спортивном.

Я качаю головой, опустив лицо. В природе не существует спорта с часовыми таймами. Боже правый.

Мы пьем и спорим о тонкостях спорта. Она не глупа в вопросах атлетики, ей просто абсолютно плевать. Она всю жизнь прожила в Бостоне, но ни разу не была ни на одном профессиональном матче. И это, черт возьми, подкупает.

— И какой у тебя любимый роман про спорт? — интересуюсь я. — Может, и я гляну.

Конечно, я этого делать не стану, но ее глаза моментально загораются, а именно этой реакции я и добивался. Я внимательно слушаю, как она увлеченно тараторит про книгу о футболе, где звездный игрок закрутил роман с дочкой тренера. Я не ожидал получить краткий пересказ со всеми деталями, но то, как она рассуждает о сюжетных ходах, развитии персонажей и каком-то «кризисе третьего акта», удерживает все мое внимание.

Я действительно не помню, когда в последний раз испытывал такой искренний интерес к женщине. Вся моя жизнь была подчинена хоккею, и на что-то другое времени просто не оставалось. Если бы мне пришлось начинать сначала, я бы не изменил свой выбор, но мне не очень нравится, что я превратился в клишированного спортсмена, который женат на своей игре. Особенно сейчас, когда друзья детства женятся и открывают ту самую «следующую главу» своей жизни. Моей следующей главой всегда был исключительно хоккей, а счастливым финалом — переход в «Дьяволы Сан-Диего».

— А кем ты работаешь? — спрашиваю я. — Пожалуйста, скажи, что это связано с книгами.

Она дарит мне лукавую улыбку, от которой у меня сладко тянет внизу живота.

— Вообще-то я личный турагент сурка Панксатонского Фила, веришь или нет.

Ее лицо и тон остаются настолько серьезными, что я действительно не могу понять, шутит она или нет.

Прежде чем я успеваю это выяснить, в нишу влетает чья-то фигура и раздраженно рычит:

— Ради оригинального состава «Гамильтона», если ты опять торчишь тут со своей…

Незваная гостья замечает меня и резко осекается. То, как округляются ее глаза, выдает ее с потрохами — как минимум одна из девушек в этой комнате меня узнала. Ее темно-русые волосы взлетают, когда она переводит взгляд с меня на мою спутницу и обратно, недоуменно нахмурившись.

— Ой, привет, — произносит она, выходя из ступора. — Я не хотела прерывать… это. Когда я тебя потеряла, то сразу подумала, что ты сбежала куда-то почитать, но… — Она машет рукой в мою сторону. — Вижу, что ошибалась.

Сидящая рядом девушка слегка задевает мое плечо, незаметно пряча электронную книгу за мою спину.

— Я бы никогда не поступила так некрасиво по отношению к обществу. Это же вечеринка, в конце концов, а не книжный клуб, Кеннеди.

— Никакого чтения, — подтверждаю я с кивком. — Только содержательная беседа.

Очевидно, для них это привычное дело, и мне даже нравится, что я помогаю ей скрыть это маленькое преступление.

— А, ну тогда я пойду, пожалуй, — отвечает вошедшая — Кеннеди — с лучезарной улыбкой и многозначительно поигрывая бровями. — Продолжайте свою… содержательную беседу.

В ее интонации сквозит такой прозрачный намек, что невинная фраза приобретает двусмысленный оттенок, из-за чего щеки моей таинственной читательницы становятся краснее спелого томата.

На мгновение она замирает, словно ошарашенная. Но быстро придя в себя, поспешно прячет читалку в сумочку и поднимается с дивана.

— Мне нужно догнать ее. — Ее взгляд встречается с моим, и она дарит мне робкую улыбку. — Было приятно пообщаться…

— Коул, — подсказываю я.

— Майя, — отзывается она уже на ходу. — Наслаждайся своим виски, Коул.

Я ведь не так уж давно трахался, так почему от звука моего собственного имени, слетевшего с ее губ, в голове мгновенно вспыхивают непристойные картинки?

Я настолько обескуражен реакцией собственного тела, что даже не соображаю, что нужно было попросить ее номер, инстаграм или хоть какие-то контакты. Черт.

Я осушаю стакан до дна и поднимаюсь. Выйдя из ниши, я прочесываю взглядом зал, но ее уже нигде нет. Какая ирония. Девушка, обожающая красивые сюжеты, устроила нам свидание в стиле настоящей Золушки. Туфельки она мне не оставила, но у меня есть ее имя, а это уже зацепка, чтобы выяснить, кто она такая.

Глава 2

Майя

Нет ничего лучше книжного запаха. Этот миндально-ванильный аромат превосходит любой парфюм, свежеиспеченный пирог или букет цветов. Стоит мне перешагнуть порог «Книжного уголка», как он окутывает меня с ног до головы. Стеллажи высотой по плечо делят магазин на зоны и тянутся вдоль стен. Новинки занимают торцевые полки, а бестселлеры и неувядающая классика украшают квадратные столы, расставленные по всему залу. В самом уютном уголке, в глубине, притаились мягкие кресла, где покупатели могут свернуться калачиком с книгой в одной руке и чашкой кофе в другой.

Хозяйка магазина чуть не поседела раньше времени в прошлом году, когда мы обустроили стойку с кофе и выпечкой. Месяцами каждый удар молотка, и визг дрели воспринимались ею как личное оскорбление. Но новые изменения привлекли свежие лица. Наше удачное расположение обеспечивает постоянный поток покупателей, но нам никогда не помешает дополнительный стимул в индустрии, которая все стремительнее уходит в цифру. К тому же иметь лучшую подругу, знающую всех выдающихся кондитеров в городе, — огромный плюс, ведь благодаря ее связям каждое утро в книжном пахнет просто божественно. Даже Блайт не может отрицать, что свежие синнабоны и датские слоёные булочки добавляют магазину гостеприимства.