Чтение онлайн

Ирен следовала за нами на расстоянии шага.

— Сегодня вечером вы будете обедать вместе с хозяевами. Такова традиция.

— Вы хотите предупредить меня о чём-то, ваша светлость?

Неловкость, возникшая между нами после предсказания его отца, исчезла без следа. Мы снова вели светскую болтовню, полную намёков и обещаний, которые никто не собирался выполнять.

— С моей стороны неразумно что-либо советовать вам, ваше величество. И всё же я смею сказать..

Он остановился и посмотрел мне в глаза. Его пальцы слегка коснулись моей руки — настолько легко, что это можно было принять за случайность, если бы не тёплый взгляд, скользнувший по моему лицу.

— Я вас представлял другой. И когда увидел на свадьбе, тоже думал, что вы не такая.

— Какая же я?

Он наклонился чуть ближе, и его дыхание коснулось моего уха:

— Опасная.

Я замерла, чувствуя, как мурашки пробежали по спине.

— Полная жизни, — продолжил он, отстраняясь, но не упуская меня из виду. — И если вы и есть та самая Чёрная дева, то, уверен, отнимаете силы только у тех, кто незаслуженно обидел вас.

— Расскажите о себе, граф. Почему вы не женаты?

На лицо червонного короля легла тень.

— Увы, три мои супруги безвременно скончались в течение пяти лет.

И эти люди будут говорить, что я несу смерть в королевство!

Больше мне ничего не удалось выведать.

Будто мой вопрос наложил печать на его уста, заставил быть осторожным. Но вскоре граф с присущей ему любезной обходительностью целовал мне на прощанье руку и говорил комплименты моим глазам, сравнивая их со звёздами, а меня с Ночью.

Однако я заметила настороженность в его взгляде, когда он думал, что я за ним не наблюдаю.

Когда мы остановились у дверей моих покоев, граф задержал мою руку в своей чуть дольше, чем того требовал этикет. Его пальцы слегка сжали мои, а в уголках губ дрогнула улыбка.

— Ваше величество… если бы звёзды предрекали мне встречу с такой женщиной, я бы давно перестал в них верить.

— Почему?

— Потому что никакое предсказание не сравнится с реальностью.

Его голос звучал как шёпот, и я почувствовала, как учащается мой пульс.

— Вы льстите мне, граф.

— Нет. Я просто говорю то, что вижу.

Он отпустил мою руку, но его взгляд всё ещё держал меня, словно невидимыми цепями.

— До завтра, ваше величество.

И, отступив на шаг, склонился в изысканном поклоне, оставив меня с мыслью: Кто же из нас двоих на самом деле опаснее?

— Граф Феррейра похоронил трёх юных богатых дев, и его состояние стало ещё больше. По сути, они с отцом теперь третьи по богатству после канцлера и герцога Каста, — доложила Идалия, пока Ирен переодевала меня к ужину.

А Деуза, старавшаяся угодить мне, принесла записку от графа Феррейра:

«Необходимо встретиться в беседке завтра около одиннадцати ночи. Весь день я буду в отъезде по королевскому поручению. Мне будет что сказать вам втайне от отца. Моя честь будет гарантом вашей безопасности».

— Интересно, отчего умерли его жёны.

— Первая от родов. Младенец тоже не выжил. Вторая переела перепелов во время медового месяца, а третья истязала себя постами, пока не перестала есть и пить во славу Господа.

— А раньше она проявляла религиозное рвение? До свадьбы с графом? — усмехнулась Ирен, покончив с моей причёской.

За неимением драгоценностей я решила украсить её белой розой.

Идалия развела руками, но лицо её говорили красноречивее слов.

— И тем не менее граф принадлежит к партии, мечтающей сместить канцлера, — закончила Фабиа, нанеся мне стеклянной палочкой на шею капельку духов алхимика Паскуаля. — Но у него нет наследника. Значит, если он умрёт раньше, чем тот появится, имущество отойдёт короне.

Запах у них был терпкий, напоминал цветки магнолии.

— Дурак! Граф — дурак! — подал голос Сирус, обрадовавшийся, что Деуза сняла с его клетки покрывало. И добавил словцо покрепче.

Покраснели все, кроме Идалии. Та лишь одобрительно хмыкнула.

— Дурак, оно и лучше, — пробормотала она.

— Пойдёшь на ужин к хозяевам со мной, — кивнула я ей. Улучив минутку, поймала Ирен за руку. Видела, что она дуется, мол, я предпочла цыганку ей, верной молочной сестре.

— Тебя не любят, как и меня. Мы здесь чужие. Слуги расскажут Идалии гораздо больше, чем тебе, понимаешь?

В тёмных глазах Ирен промелькнуло понимание.

— И за Фабией посмотри, пока меня не будет. За Деузой тоже. Куда отлучаются, кому доносят.

Так что на ужин к маркизу Тавора и его дочери я отправилась, уверенная, что всё налаживается.

Скоро я не хуже хозяев буду знать, кто с кем дружит, кто кого ненавидит. И к кому мне можно обратиться за поддержкой.

К приезду короля я должна иметь сторонников.

И держать в узде врагов.

Поэтому на ужин я оделась в платье винного цвета. Закрытое, не такое новое, зато по-королевски величественное.

И не прогадала. Мария тоже выбрала красное. Ярко-алое открытое платье с чёрными кружевами по открытому вырезу и рукавам.

— Рада видеть, графиня, что вам лучше, — улыбнулась я ей, склонившейся в реверансе.

— Я получила письмо, которое меня обрадовало, ваше величество. От его величества.

Это была наглость. Не просто дерзость, а оскорбление!

Шут с ним, с королём, потом разберёмся, но фаворитка не должна говорить в лицо королеве, что переписывается с любовником. Особенно когда он не написал законной жене не строчке.

Маркиз Сомбал, её отец, только улыбался, будто, с одной стороны, не желал вмешиваться в женские склоки, с другой, был рад, что дочь утёрла мне нос.

— Странно, что он написал вам, — медленно ответила я, отпивая вина из кубка. — Небольшое письмо, полагаю. Думала, вы и читаете с трудом.

Мария закусила нижнюю губу, щёки её окрасились румянцем.

Вот так тебе! Будешь знать, как письмами короля хвастаться!

— Его величество написало, что счастлив моему бремени. Я пообещала ему ещё одного сына.

— Обещать вы можете что угодно, но всё в руках Господа нашего! Ему одному ведомо, кто, у кого и когда родится. У вас же уже две дочери, графиня.