Чума вас побери!
Шрифт:
Герцог меж тем протянул Паскуалю его же письмо ко мне.
— Её величество просила меня составить новый аромат в честь будущей встречи её величества с его величеством.
Ох, проныра! Молодец, умеет выходить сухим из воды!
— И ради этого её величеству необходимо выполнить для вас три условия. Вы смеете ставить условия королеве?!
Герцог произнёс это с лёгким удивлением, будто совсем не сердился, но я напряглась.
И не зря.
Подойдя к столу, он схватил кинжал и лёгким, почти грациозным движением, метнул его в голову алхимика.
Лезвие запело и вонзилось в деревянный щит позади алхимика.
Прошло в паре сантиметров от правого уха жертвы.
Но алхимик даже не дрогнул.
— Что вы хотели сказать её величеству? — повторил свой вопрос герцог, подойдя ближе к жертве.
Парфюмер не дрогнул. Склонился и повторил свои слова об аромате для меня.
Я решила вмешаться.
Ещё не хватало, чтобы герцог умертвил мою последнюю надежду!
Встала между ними, и снова наши взгляды с герцогом скрестились как мечи.
— Он всё расскажет, но не думайте, что сейчас вам откроют тайну мироздания.
— Для этого есть церковь, ваша милость. С меня хватит вашей маленькой тайны.
Я повернулась к алхимику и со всем почтением прошептала:
— Говорите при нём, он всё знает.
На лице парфюмера отобразилось вежливое непонимание.
Блин!
— Вы говорили, что можете помочь мне и Ирен.
— Есть условия, ваше величество. Они установлены не мной, — проговорил наконец парфюмер и прищурился.
Герцог вышел из-за моей спины и встал рядом.
— Интересно, кто вы, синьор Паскуаль, что знаете так много? Вы даже не тёмный маг! Откуда вы взялись такой знающий?!
Алхимик перевёл взгляд на герцога и снова поклонился.
— Я скромный слуга вашего сиятельства. Иногда мои ароматы дарят утешение, исполняют страстные желания.
Он помолчал, подбирая слова. Я чувствовала, как герцог напрягся, превратился в скалу, способную отразить любую атаку. Или смести преграду. Если потребуется.
— И даже исполнять желания. Но тут всё зависит от того, кто и как истово желает.
— Опасное ремесло, — усмехнулся герцог.
— Ваша роль опаснее, — алхимик посмотрел мне в глаза.
Воздух натянулся, как тетива.
Я сжала кулаки.
Сколько ещё можно балансировать на лезвии и не порезаться?
— И что вы сделали? — герцог напоминал инквизитора, почуявшего жирный судебный процесс над еретиком. — Вы признаёте, что призвали суккуб в этот мир? Да ещё в тело королевы!
Меня никто не слушал. Герцог посмотрел так, что оправдываться расхотелось. «Помолчите уже», — говорил его взгляд.
И всё же он намеренно оставил меня в тени.
— Иногда мои ароматы, ваше сиятельство, могут явить чудо.
Глаза алхимика блеснули холодным, неестественным блеском. И вот уже кабинет герцога пропал, и мы очутились в другом замке.
Я увидела двоих, мужчину и женщину, богато одетых. На женщине был головной убор, какие носили здесь лет тридцать назад. Женщина была мне смутно знакома.
Двое ругались в кабинете, куда вбежал мальчик лет семи и встал между матерью и мужчиной, обзывавшей её последними словами.
— Ты не смеешь! Ты будешь моим слугой! — выкрикнул мальчик и повернулся так, что я узнала его!
Это был маленький Родриго Каста.
Я перевела взгляд на него, хмурого, старающегося не ругнуться в ответ, не прибить алхимика, стоящего по мою вторую руку.
Я чувствовала, что герцог сейчас уязвим как никогда.
— Пошёл вон, ублюдок! — прошипел старый герцог и замахнулся на мальчика.
Мать быстрым движением дёрнула сына за руку и спрятала за юбку.
— Скажи спасибо, шлюха, что я подобрал тебя! — отец замахнулся на жену, и тут мальчик вырвался и закричал.
От его крика у меня всё похолодело внутри. Столько в нём было ярости и отчаяния, что у меня зашлось сердце. Захотелось подбежать и защитить его.
Но тут я поняла, что мальчик не нуждается в защите.
Старый герцог не успел ударить жену. Из-за спины мальчика вырвались тёмные щупальца и опутали его запястья как наручники.
Герцог прошептал заклинание, оковы спали. Стали невидимыми, но мужчина отступил к стене и пытался сорвать невидимые путы.
В конце концов он оступился и рухнул в кресло за столом.
Женщина испуганно вскрикнула и подбежала к мужу, велев сыну оставаться на месте.
Картинка пошла рябью и пропала. Мы все трое снова оказались в покоях герцога Каста.
Всё ещё дрожа и испытывая стыд, будто я стала свидетелем настолько личного момента, что постороннему не следует наблюдать его, я повернулась к хозяину.
Мне захотелось дотронуться до его плеча, без слов дать понять, что я рядом. Что я понимаю и разделяю его боль: с малолетства чувствовать свою ненужность отцу, который ненавидит тебя и боится.
Но его лицо было холодно и беспристрастно.
— Чудо, говорите?
Герцог мягко отодвинул меня и схватил алхимика за руку. Я угадывала, что будет дальше — тёмные оковы. Лишающие светлого возможности использовать свою магию. Истощающие его.
— Что помешает мне убить вас немедленно, как опасного колдуна?
— Я могу быть вам полезен, ваше сиятельство. Я просто доказал, что не шарлатан, — спокойно произнёс алхимик, за которого я собралась вступиться.
Но тут Паскуаль принялся торговать. Мной.
— Её величество не суккуб. Не демон. Просто женщина. Молочная сестра королевы страстно пожелал, чтобы та выжила, но королева потеряла волю к жизни. Тогда мой аромат исполнил желание их обеих. Одну отправил в царство покоя, второй подарил новую королеву. С искрой к жизни.
— Я хочу вернуться, — вставила я, но никто не слушал.