Благородные устремления
Шрифт:
– Запугать - неверное слово, но я благодарю вас за его использование, - сухо отвечает Итай.
– Должно быть, вы слышали историю о том, как Первый Генерал, двоюродный дядя Великого князя поломал ноги некому молодому чиновнику, повадившемуся посещать его дочь?
– Слышал, - кивает второй советник, - также слышал, что княжна считалась вашей невестой... до поры до времени, - бросив быстрый взгляд на меня, добавляет он.
– Договоренности между нашими семьями не носили официального характера. К тому же, как вы знаете, высокий титул княжны предполагает согласие Великого князя на её брак, - отвечает Итай.
– Всё так и есть, - склоняет голову второй советник, - Великий князь ещё не одобрял ни одного запроса от семьи своего дяди - за отсутствием оных.
– Уверен, княжна сумеет найти достойного спутника в своем окружении, а я никогда не выражал желания возвращаться в столицу, поэтому разделить её видение семейной жизни не смогу даже при большом желании, - вежливо отвечает Итай и чуть сильнее сжимает мои предплечья своими руками, держащими поводья.
– Но слухи о нашей помолвке не были ни шуткой, ни пустым звуком.
– И всё же господин Эзра решил посвататься к княжне в ваше отсутствие?
– предполагает второй советник.
– Не просто в моё отсутствие. Он решил начать ухаживать за ней ещё до того, как я развеял все сомнения, выбрав себе в наложницы Амай, - спокойно отвечает Итай.
– Зачем он это сделал? Неужели он пытался воспользоваться слабостью барышни, чей жених сторожил границу, будучи далеко от неё? Это так низко, - бормочет Ичхе.
– Между мною и княжной никогда не было ни близости, ни дружбы - одни лишь разговоры родителей; и всё же весть о том, что я не оставлю службу и не приеду к ней в столицу, могла принести ей душевные страдания... Эзра удачно подобрал время и попытался соблазнить её, чтобы породниться с княжеской кровью, - делится Итай, желая разобраться со всеми недомолвками разом.
И со мной, и с Ичхе, и со вторым советником, так удачно способным донести нужную информацию до Великого князя.
– Признаться честно, я понимаю гнев Первого Генерала, хоть его и критиковали за излишнюю жестокость. Но поломанные ноги - не самая высокая цена за чрезмерные амбиции невероятно высокомерного молодого человека, - ровно отзывается второй советник.
– Испытав неудачу в столице, Эзра отправился на границу княжества и довольно быстро добился расположения Наместника, мгновенно возвысившись над остальными чиновниками. А когда он начал выискивать шанс подобраться к Амай, я понял, что у этого человека глубокая обида в отношении меня. И что помыслы его не так чисты, как это может показаться со стороны, - продолжает генерал свой спокойный рассказ.
– Но почему он обижен на вас? Это так странно, - задумчиво протягивает второй советник.
– Боюсь, Первый Генерал не раз упомянул меня, когда ломал его ноги, - отзывается Итай.
– Точно! Он не мог не вбить в голову пронырливого молодого ухажера своей дочери, что тот не стоит даже мизинца генерала Ха’гона!
– фыркает Ичхе.
– И теперь талантливый и многообещающий чиновник превратился в калеку, - напоминает мой супруг.
– Способность красиво изъясняться всё ещё при нём, так что я не преувеличу, если скажу, что этот человек опасен.
– Говорить он и впрямь мастак, - внезапно хмыкает второй советник, - но даже это его умение не уберегло его от попадания за решетку.
– Думаете?
– только и спрашивает Итай, останавливаясь перед воротами в поместье.
С лёгким удивлением оборачиваюсь на супруга, но тот смотрит вперед - на экипаж Наместника, подъехавший к крыльцу.
Экипаж, за которым, выстроившись в два рядя, стояли стражники.
Когда из него выходят Наместник с Эзрой, мои брови медленно приподнимаются... что это значит?
– Генерал Ха’гон, вы довольно рано просыпаетесь, - только и произносит Наместник, вставая напротив нас.
– Как военному человеку, мне необходим подобный навык. Ведь чаще всего враги нападают ночью... или под утро, - отвечает Итай, не торопясь спешиваться.
– Ваша доблесть известна всему княжеству!
– громко отзывается Наместник, словно призывая всех случайных прохожих остановиться и обратить на него внимание.
– Жаль только, что за своё служение вы требуете столь высокую плату.
– Оплата моих стараний не так высока, как вам кажется. В учетных книгах погранпоста можно посмотреть точные цифры, - отвечает Итай, и я чувствую, что он улыбается.
Генерал готов к этому выпаду?
– Я говорю не о вашем жаловании!
– ещё больше повышает голос Наместник и указывает на моего супруга пальцем, - Вы позволили себе брать взятки с простых горожан! Это возмутительно! У меня есть все доказательства и свидетели вашего преступления!
– А свидетели-то откуда?
– с любопытством спрашивает Итай.
Поворачиваю голову и бросаю взгляд на второго советника. Тот тоже смотрит с любопытством, как во время представления какой-нибудь актёрской труппы. Ичхе, в свою очередь, хмурит лоб, глядя на наших обвинителей очень недовольным взглядом.
– Понимаю ваше спокойствие, генерал. Ведь всех своих жертв вы похитили и держите в заложниках на погранпосте - куда страже хода нет!
– бросает очередное обвинение Наместник.
Вот, теперь и мне становится любопытно, что это за странные обвинения? Кто именно находится сейчас на погранпосте? Свидетели или жертвы? И когда их похитили? Сразу после дачи взятки или накануне ночью? Ещё вчера Наместник ни словом об этом ни обмолвился! И как вообще Наместнику удалось узнать, куда делись торговцы, посещавшие поместье генерала?.. Он следил за самим генералом?
– что почти невозможно...
– Или выследил его «жертв», получив Книгу Свободных Ветров в руки?
– Отвечай, - голос супруга вынуждает меня обратить внимание на Ошу, подошедшего к нам с докладом.
– Отвечаю господину! Стража Наместника штурмует вход на территорию погранпоста, требуя выдать торговцев, - чётким голосом произносит Оша.
– Как интересно. Какие у них успехи?
– бесстрастно уточняет Итай, словно ничего неожиданного сейчас не происходило.
– Докладываю. По моим наблюдениям, стражники Наместника не вполне понимают, куда пытаются попасть без разрешения, - склоняет голову Оша, складывая руки в уважительном жесте.
– Каков хозяин, таковы и слуги, - сухо отзывается Итай.
– В вашем отношении к господину Наместнику, генерал Ха’гон, сквозит вопиющее пренебрежение какими бы то ни было правилами и нормами поведения!
– замечает Эзра, обратившись к моему супругу.
И стража Наместника дружно делает шаг вперёд - нам навстречу.
– Давно ли заключенный под стражу нарушитель порядка получил право публично выносить суждение о поведении генерала, защищающего всё Приграничье от внешних врагов?
– во всеуслышание произносит госпожа Ха’гон, выходя из подъехавшего экипажа.
– Или ситуация в Приграничье при таком Наместнике требует и защиты от врагов внутренних ?..