Безликий
Шрифт:
— … Да, — Клейн картинно, с трудом сглотнул подступивший ком.
Жутковатая, противоестественная природа этого человека внушала неподдельный трепет, но в то же время дарила и толику успокоения.
Ведь чем сильнее и смертоноснее окажется его защитник, тем в большей безопасности будет он сам!
Бледный мужчина в черном жилете слегка вздернул подбородок и произнес:
— К чему тебе охрана? И сколько ты готов за это выложить?
Клейн не стал пороть горячку, погрузившись в раздумья на пару десятков секунд, и лишь затем ответил:
— Для начала я обрисую суть поручения. Вы всё взвесите и назовете свою цену. Если эта сумма окажется мне по карману или у меня найдутся вещи равной ценности для обмена, мы ударим по рукам. В противном случае мне придется отказаться и поискать кого-нибудь другого.
Мужчина, чей взгляд всё так же лучился нескрываемой злобой, промолчал, лишь едва заметно кивнув и позволяя гостю продолжить.
Клейн многозначительно покосился на живых мертвецов, обращаясь с ними как с самыми обычными картежниками, и одним лишь взглядом задал немой вопрос: «А не стоит ли выставить эту публику за дверь, прежде чем мы перейдем к делу?»
— В этом нет нужды, — ледяным тоном отрезал бледный незнакомец.
Тщательно подбирая слова, сыщик без утайки выложил суть:
— Я перешел дорогу одной важной птице. Человеку, за чьей спиной, по всей видимости, стоит целое государство.
В карточной комнате мгновенно воцарилась мертвая, абсолютная и звенящая тишина. Слегка безумный мужчина с полыхающим злобой взглядом застыл как вкопанный, словно в одночасье превратившись в гипсовое изваяние.
Спустя почти целую минуту он медленно, с трудом разомкнул губы:
— Это поручение не имеет цены.
— Проваливай.
«Чего?» Клейн на долю секунды опешил, так и не сообразив, что пошло не так. И лишь когда собеседник круто развернулся и зашагал обратно к карточному сукну, до юноши дошло, что сделка с треском провалилась.
«Ты сидишь в запертой комнате и режешься в карты с дюжиной живых мертвецов, всем своим видом источая пугающую мощь и недосягаемое величие, а в итоге дал заднюю от одного лишь моего описания? Ты же выглядел таким отмороженным…» — не зная, плакать ему или смеяться, Клейн торопливо добавил:
— Этот «важный человек» не обладает здесь, в Баклунде, полной свободой действий.
Мужчина в черном жилете напрочь проигнорировал его слова. Он покорно опустился на свой стул, и мертвецы, словно по команде, вновь принялись сдавать карты, проверять масти и швырять на стол фишки.
Тяжело выдохнув, Клейн покинул комнату. За дверью его уже дожидался Каспас Камплинг — немолодой мужчина с сизым носом хронического пьяницы и пугающим шрамом.
— Сделка не выгорела, — развел руками юноша.
Каспас ничуть не удивился. Пожевав губы пару секунд, он спросил:
— Заломил неподъемную цену?
— Нет, счел задачу слишком рискованной, — честно признался Клейн.
Брови старика едва заметно дрогнули:
— Марич — самый жуткий и смертоносный человек из всех, кого я знаю. Этому парню даже пули нипочем. И раз уж он посчитал дельце не по зубам, боюсь, я больше ничем не смогу тебе подсобить. Других спецов такого калибра у меня на примете нет.
— Какая досада, — с искренним вздохом отозвался сыщик.
Каспас крепко сжал правый кулак и глухо ударил себя в левую часть груди:
— Да пребудет с тобой Буря.
«Тогда мне точно крышка…» — с горькой, вымученной усмешкой Клейн ответил:
— Благодарю.
— Попробуйте всё же закинуть удочки и поспрашивать у других серьезных людей, может, кто и согласится. В долгу не останусь. Хм… Я наведаюсь сюда завтра вечером.
Получив утвердительный кивок, Клейн с тяжелым сердцем покинул бар «Храбрец». Настроение было паршивым настолько, что даже мысль перекинуться партией в бильярд казалась тошнотворной.
«А не слишком ли я был честен? Смягчи я краски и опиши поручение попроще, этот Марич наверняка бы согласился… Вот только какую цену он бы тогда заломил?.. Эх, втягивать людей в смертельную авантюру, утаивая от них масштаб угрозы — совершенно не в моих правилах. К тому же, если Потусторонний начнет раз за разом плевать на собственные принципы и идти наперекор совести, потеря контроля не заставит себя долго ждать…» — Клейн, разрываемый надвое между сожалением и внутренним покоем, сделал несколько пересадок на конных экипажах и наконец вернулся на улицу Минск.
…………
Покончив с вечерним туалетом, Клейн благоразумно не стал тратить драгоценный уголь на обогрев. Юноша прошел прямиком в спальню и наглухо задернул шторы, надежно отсекая комнату от внешнего мира.
По дороге домой он всё тщательно обдумал и пришел к выводу, что нависшая над ним угроза отнюдь не так фатальна, и её вполне можно нейтрализовать.
Для этого безымянного господина посла первостепенной, жизненно важной целью оставался Иэн Райт. Прихвостней по мою душу он послал лишь ради того, чтобы выбить зацепки. Не добившись ответов добром, он решил пустить в ход убийство и спиритизм… Если мне удастся донести до него мысль, что я и сам понятия не имею, куда запропастился мальчишка, то, учитывая вероятную слежку со стороны армейских спецслужб, посол ни за что не станет рисковать головой ради мести за какого-то рядового головореза…
Разумеется, мое внезапное вмешательство, пугающая мощь, спутавшая им все карты, и сорвавшаяся операция нанесли им болезненный удар. Окажись я на месте дипломата, я бы тоже всерьез подумывал о жестокой мести, чтобы выпустить пар. Но точно не сейчас. Не в тот момент, когда обстановка накалена до предела, а столица кишит скрытыми угрозами… По крайней мере, при условии, что этот посол не полный кретин, выбившийся в люди по блату и умеющий лишь топать ножкой. Раз уж ему доверили дирижировать столь масштабной интригой, человек он явно неглупый и расчетливый…
А значит, весь корень проблемы кроется в местонахождении Иэна Райта!
«Хм… Впрочем, остается еще одна крохотная лазейка. Потерпев окончательное фиаско, этот дипломат вполне может назло слить военной контрразведке информацию о том, что Мерсо был Потусторонним. Тем самым он наведет их на мысль, что мои собственные навыки весьма сомнительны, и чужими руками затянет на моей шее петлю… Шепнуть пару слов нужному человеку — дело плевое, так что этот вариант нужно брать в расчет и держать ухо востро…»