Безликий
Шрифт:
— В этом нет нужды. Имени мистера А вполне достаточно, — опередив готовую было открыть рот Форс, отрезала Сио из-под надвинутого на самые глаза капюшона.
Девушка намеренно понизила голос, пытаясь придать своему по-детски звонкому тембру суровую хрипоту.
Мужчина в белой маске лишь развел руками и с усмешкой продолжил:
— Такова уж моя привычка. Видите ли, я — прихожанин Вечного Пылающего Солнца. А в Баклунде, равно как и во всем королевстве, нашего брата днем с огнем не сыщешь.
— И лишь в такие моменты я могу позволить себе не прятаться за чужими личинами.
Из-за непримиримой, тысячелетней вражды с Церковью Повелителя Бурь паства Вечного Пылающего Солнца так и не сумела выбить себе право на легальную проповедь в Королевстве Лоэн.
— Прихожанин Солнца? — сонливую ленцу в глазах Форс как ветром сдуло. — Впервые в жизни вижу живого последователя этой веры! Ну, если не брать в расчет тех высокопоставленных дипломатов, к которым мне всё равно не подобраться.
— Смею ли я счесть это за честь? — мужчина распахнул объятия и вскинул руки к потолку в традиционном жесте восхваления светила.
Оставив его иронию без ответа, Форс лукаво улыбнулась:
— В делах очищения и экзорцизма слугам Солнца равных нет. Так что мы абсолютно спокойны. Можете приступать.
Незнакомец не стал тратить время на пустую болтовню. Выудив из кармана амулет с гравировкой солнца, он водрузил его прямо по центру круглого столика. Затем, следуя канонам бинарного ритуала, запалил две свечи.
Скрупулезно выполнив все подготовительные шаги, он возвысил голос и с первобытным, истовым благоговением затянул молитву:
— О, Вечное Пылающее Солнце!
— Ты — немеркнущий свет;
— Ты — само воплощение порядка!
— Я взываю к Твоей помощи;
— Молю, даруй мне очищающее сияние;
— Молю, испепели эту скверну и изгони злого духа!
……
Под раскаты эхом отдающегося заклинания на гермесе Сио с Форс воочию узрели, как от солнечного амулета начало расходиться кристально чистое, обжигающе теплое свечение.
Свет лился неиссякаемым потоком. Вздымаясь подобно приливу, он захлестнул обеих девушек, с головой погрузив их в ослепительное марево.
Спустя пару десятков секунд всё вернулось на круги своя. По телу разлилась блаженная, расслабляющая нега, даруя душе первозданный покой. Казалось, они только что вынырнули из горячего термального источника или вдоволь понежились под ласковыми лучами.
…………
Район Джовуд. Полицейский участок Райс.
Клейн ютился на узкой, жесткой скамье в компании отбросов: мелких карманников да вдрызг пьяных гуляк. Видок у него был донельзя жалкий и непрезентабельный.
Внезапно тыльную сторону ладони обдало мягким теплом, вмиг разогнавшим пробирающую до костей сырость баклундской ночи.
Опустив глаза, юноша обнаружил, что тех самых четырех черных точек, служащих ключом к таинственным чертогам над серой мглой, на коже нет.
— И кто же это такой заботливый, решил погреть меня в эту стужу… — вполголоса, то ли в шутку, то ли всерьез пробормотал он себе под нос.
Будучи в прошлом инспектором полиции, Клейн с горькой иронией скользнул взглядом по прикованному к трубе воришке слева, а затем покосился на еле держащегося на ногах забулдыгу справа, который того и гляди готов был облевать всё вокруг, но при этом яростно рвался в драку. Осознавая всю абсурдность своего положения, парень лишь тяжело вздохнул, гадая, когда же удастся вырваться из этого клоповника.
«Впереди маячит еще одна проверка на прочность. Пройду ее — и дело в шляпе… Остается лишь уповать, что легавые с головой увязнут в разборках с послом и бандой Зманге, напрочь забыв о каком-то там мелком частном сыщике с мутной биографией. Если рассуждать логически, шансы весьма недурны. Главное, чтобы миссис Саммер, адвокат Юрген и остальные не сболтнули ничего лишнего… Впрочем, они сами знают меня без году неделя, так что выдать им попросту нечего…»
«Потусторонняя характеристика Мерсо благополучно изъята и надежно спрятана в чертогах над серым туманом. Труп не фонит никакой чертовщиной, так что догадаться о его истинной природе попросту невозможно. А значит, и мои скромные таланты не вызовут лишних подозрений… Хм… торчу здесь уже больше часа…»
Пока Клейн занимался аутотренингом, в поле зрения нарисовался тот самый сержант с короткой рыжевато-русой бородкой.
— Шерлок Мориарти, живо за мной в допросную, — без лишних прелюдий бросил страж порядка.
«Началось…» — мысленно подобрался Клейн и, поднявшись, зашагал следом.
Обогнув угол, сержант затормозил у массивной железной двери и коротким кивком велел подозреваемому заходить.
Глубоко вдохнув и медленно выдохнув спертый воздух, Клейн провернул ручку и переступил порог.
Каморка оказалась донельзя тесной. Стены давили своей непробиваемой монолитностью, а всё убранство сводилось к небольшому столику по центру да двум стульям по бокам.
В тусклом свете изящного газового рожка юноша разглядел фигуру дознавателя. Напротив восседал мужчина, облаченный в весьма нетипичную черную сорочку.
Мужчина пренебрег жилетом, накинув поверх неформальное черное пальто. Его редкие брови и ледяные лазурные глаза гармонировали с резкими, словно высеченными клинком чертами лица, напрочь лишенными даже намека на мягкость.
Незнакомец кивком указал на пустующий стул напротив и произнес низким, давящим тоном:
— Я спрашиваю — вы отвечаете.
Едва эти слова сорвались с его губ, как Клейна придавило немыслимой, удушающей тяжестью. По разуму словно пропустили электрический разряд: невидимые искры сплелись в шипастый кнут, который принялся безжалостно, методично хлестать прямо по душе.
Ощущение оказалось невыносимо болезненным и одновременно парализующим. Исторгаясь из самых недр сознания, эта пытка не оставляла ни единого шанса на сопротивление, заставляя колени подкашиваться, а тело — биться в жалкой, неконтролируемой дрожи.
Едва не рухнув на пол, юноша судорожно вцепился в край столика и тяжело осел на стул. Уголок его лба болезненно задергался в такт невидимым ударам.
«Это… это Потусторонняя способность…» Простой обыватель наверняка бы списал подобное на собственные шалившие нервы да давящую ауру дознавателя. Однако Клейн безошибочно распознал в этой пытке проявление сверхъестественных сил, бьющих прямиком по рассудку!
Лихорадочно перебирая в памяти казенные архивы, он мгновенно вычленил единственного подозреваемого: