Чтение онлайн

Тратить время на общении с теми, кто мне был не интересен, я считала бессмысленным, поэтому отпустила «лишних» девиц восвояси. Потом отправила дочку Айвера организовывать нам обед. А когда она вернулась и доложила, что его скоро принесут, потребовала внимания и произнесла небольшую речь. Сама, так как понимала, что Мегги не имеет никакого представления о правах и обязанностях придворных дам:

— Как вы, наверное, уже догадались, я выбрала вас не по родовитости, а по личным качествам. Да, выводы, от которых я отталкивалась, не мои. Но в скором будущем я составлю о каждой из вас свое мнение и продолжу оценивать вашу нужность не по наличию или отсутствию каких-то там связей и не по влиятельности ваших отцов, а по тем поступкам, которые вы совершите сами. Перечислять те требования, которым вам надо соответствовать, не вижу смысла — вы далеко не дуры и, вне всякого сомнения, сможете сделать это без моей помощи. Точно так же не буду рассказывать и о том, чего я не люблю и не терплю — вы это поймете. Со временем. Или не поймете. Зато статусы моих соотечественников опишу предельно подробно, ибо это действительно важно. Мужчина, стоящий за моим правым плечом — Лорак Берген, старший жрец Майлары Пламенной и Аматы Милосердной, мой Щит, Защитник и личность, которой я доверяю, как самой себе. Если говорит, карает или милует он — говорю, караю или милую я. Девушка, сидящая по левую руку — Мегги Чест, мое Право, моя единственная подруга, наперсница и первая старшая сестрица. Если говорит, карает или милует она — говорю, караю или милую я. Теперь по старшинству: я, Берген, Чест, а потом все остальные! Обратите внимание на то, что в этом списке нет ни моего мужа, ни моего отца, ни короля Баруха, ни королевы Таисии, ни ваших близких родственников и знакомых! Надеюсь, это понятно?

Девушки утвердительно кивнули, и я продолжила:

— Далее, мои покои отнюдь не постоялый двор, поэтому в дневное время в них могут находиться только сестрицы и половина ближниц, а ночью — старшие сестрицы и одна дежурная ближница. При этом доступ в мою спальню, купальню и тренировочный зал разрешен только для Бергена и Чест. Для всех остальных, начиная с моего мужа и заканчивая последним истопником, требуется личное разрешение кого-нибудь из нас троих. Вопросы?

— Ваше высочество, боюсь, принца Дарена нам не остановить… — не очень убедительно вздохнула Тиллир, вероятнее всего, решив уже сейчас отказаться от любой ответственности за проявленную «слабость».

— Насколько я поняла, ее высочество не требует от нас бросаться на него с пяльцами наперевес! — фыркнула Маура Нолен, черноволосая кареглазая девица, к своим восемнадцати веснам успевшая заслужить прозвище Рогатина. Причем совсем не за любовь к охоте на крупного зверя. — Нам надо его просто придержать и успеть уведомить Защитника!

— Верно! — холодно усмехнулась я. — А для того, чтобы у вас были все основания заступать дорогу даже моему супругу, с завтрашнего утра во-он на том подоконнике будет лежать копия моего брачного договора с закладками на самых интересных местах. В частности, на условиях, согласно которым до достижения совершеннолетия принц Дарен не имеет права входить в мою спальню и купальню, оставаться со мной наедине где бы то ни было, приходить с визитом в темное время суток, приглашать меня в свои покои даже ясным днем и так далее.

Нолен злорадно усмехнулась и поплыла взглядом, видимо, представляя, как воспользуется имеющейся возможностью и пройдется по самолюбию моего «любимого» супруга. Я мысленно отметила, что у нее к нему есть какие-то претензии, выдержала небольшую паузу и перевела взгляд на Динайру Велот, сестрицу, которая никак не показала своего отношения к Дарену.

Выглядела она почти так же невзрачно, как я до преображения — невыразительное лицо, великоватый нос, плечи, покрытые конопушками, маленькая, низкая, слишком узко посаженная грудь и тяжелая задница. Впрочем, лично для меня все это с запасом компенсировалось недюжинным умом, кристальной честностью, редкой молчаливостью и нетерпимостью к интригам и сплетням.

«Хамлатцы вообще не разбираются в женщинах. Эта Велот — негранёный алмаз, но до сих пор не замужем…» — мысленно повторила я въевшийся в память комментарий посла и прервала затянувшуюся паузу:

— Да, чуть не забыла: просыпаться и одеваться я привыкла без посторонней помощи. И ко сну отхожу так же. Поэтому всех добровольных помощниц шлите куда подальше. А с очередностью ночных дежурств и тому подобной ерундой разбирайтесь сами или обращайтесь к Виете Тиллир. Кстати, Виета, на тебе будут и вопросы денежного содержания.

Выслушать ответ дочери первого советника не дал негромкий стук в дверь. Динайра тут же оказалась на ногах, пересекла комнату, выглянула в коридор и сразу же повернулась ко мне:

— Ваше высочество, тут завтрак принесли. Где изволите трапезничать?

…Дарен оказался упорен, самолюбив и обидчив до невозможности — не сумев протолкнуть ко мне в сестрицы и ближницы даже сестер Молвер, на старшего брата которых имел немалое влияние, он решил натравить на меня свою мать. Не знаю, что он ей наговорил, но бедная женщина, вместо того, чтобы вызвать меня к себе, заявилась в гости! Причем в сопровождении одной лишь Роисы Корг.

Я приняла свекровь со всей возможной почтительностью: пригласила за стол, поделилась пирожными — благо дамы пришли к самому концу обеда, а выпечки хватило бы и на десятерых — и угостила вином. Ну, и конечно же, под благовидными предлогами выставила из покоев всех, кроме Лорри и Мегги.

Первые пару рисок разговор напоминал учебный бой на мечах между двумя подростками: мы обменивались изысканными комплиментами, вежливо интересовались здоровьем и успехами родственников, кляли неважную погоду и так далее. Потом «атаки» стали сложнее, подготовленнее и опаснее — Таисия довольно решительно прощупывала мой характер, а я демонстрировала те границы, за которые ни за что не отступлю. Мое упорство и узость поля для маневров королеву не удовлетворили, и она начала наглеть: намекнула на недопустимость неуважительного общения с венценосными супругами, очень завуалированно вменила мне в вину слишком ранний уход с церемонии встречи и тактично посоветовала правильно выбирать себе свиту.

Я ответила практически тем же. Намекнула на то, что у нас, в Шаномайне, воспитание подростков не пускают на самотек, а помогают им во всем, включая написание приветственных речей. Заявила, что любая уважающая себя женщина, услышав такое приветствие, вернулась бы к отцу и передала «речь» мужа слово в слово, а я его защитила. Практически заставив нашего посла не передать своему верховному сюзерену услышанную речь. И очень добросовестно перечислила все претензии, которые у меня скопились за время пути.

Парировать все эти уколы было нереально, и свекровь их пропустила — посетовала на излишнюю самоуверенность сына, признала «недостаточный уровень подготовки» охраны брачного кортежа, извинилась за поведение «слишком горячей и безрассудной молодежи», попросила не перекладывать их вину на остальных хамлатцев и даже поблагодарила Лорака за неоднократное спасение моей жизни. Правда, сделала все это без души и очень сухо. Мало того, сообразив, что озвученные мною претензии уже связывают ей руки, а мне наверняка есть, что добавить, атаковать дальше поостереглась. И плавно перевела беседу на менее опасную тему — поинтересовалась, как мне понравились Жемчужные покои, и захотела «помочь почувствовать дух седой старины», показав «кое-какие штрихи прошлого», оставшиеся «в некоторых помещениях».

Демонстрировать ей свою спальню я не собиралась, поэтому использовала фразу «дух седой старины», как мостик к воинской доблести наших великих предков. И спросила, почему принц Дарен не пришел на мою тренировку по мечевому бою. Само собой, не в нескольких словах, а… хм… правильно и красиво. То есть, описав, как ждала, что чувствовала «все эти мерные кольца» и как жутко расстроилась, когда поняла, что проигнорирована.

Пропускать еще один удар королева не захотела, поэтому постаралась его парировать. Получилось откровенно корявенько — она заявила, что в связи с недомоганием короля его наследник все свободное время занимается проблемами королевства. Причем так плотно, что не может выкроить и пары рисок для занятий «даже с законной супругой». Чем подарила мне прекрасную возможность для еще нескольких заведомо не парируемых атак. Однако добивать уже побежденного противника, тем самым, превращая его во врага, было крайне недальновидно, поэтому я ограничилась демонстрацией преимущества и… проявила великодушие, очередной раз поменяв тему разговора и посетовав на то, что бесконечные ливни, ночные туманы и дорожная грязь испортили почти все мои наряды.

Завуалированное предложение прекратить поединок хотя бы на время был услышан, и следующие две трети мерного кольца мы беседовали о моде, платьях, корсетах, белье, кружевах и тому подобной ерунде. А из-за того, что менять эту тему я не позволяла, возвращаясь к ней снова и снова, свекровь быстро поняла, что ей не рады, пообещала прислать ко мне личного портного и откланялась. Не добившись ни одной из целей, поставленных перед ней сыном…