Чтение онлайн

До жилой части дворца, в которой расположились северяне, оставалось совсем немного, как вдруг кто-то окликнул ее громким шепотом. Девушка вздрогнула и, обернувшись, увидела старшего военного советника, Ван Ци. Он поклонился ей со всем почтением, вытянув руки перед собой, и она ответила легким кивком.

— Чжоу-фужэнь, что вы здесь делаете одна? Вас могут увидеть!

— Вы меня напугали, — нахмурилась девушка. — Я была осторожна.

Ван Ци наклонился к ней так низко, что кончик его носа почти коснулся виска девушки.

— Ваш брат просил позвать вас, Чжоу-фужэнь, — прошептал он так тихо, что она едва услышала. — Будет лучше, если мы поторопимся. Вы ведь прекрасно знаете, что вас не должны видеть вместе.

— Вы знаете, где он?

— Да, ведь он и послал меня за вами, — тихо ответил Ван Ци. — Поспешим, госпожа.

Шэн Тао почти бегом направилась за ним, с трудом поспевая за широким шагом советника. Этим утром все складывалось как нельзя лучше: вот и Цзинь Сан сам решил найти ее, прежде чем она успела перед ним повиниться.

Они шли по пустым галереям, и с каждым шагом что-то внутри Шэн Тао сжималось все сильнее. Она не могла объяснить себе это чувство, и эта тревога ощущалась намного сильнее той, что не покидала ее весь вечер накануне. Вроде бы все оставалось прежним: тот же дворец, наполненной звонкой тишиной и мерными каплями ночного дождя, те же стены, тот же советник в синем ханьфу с золотыми оторочками, идущий впереди. Но что-то было не так. Она вдруг поняла, что они идут не к восточному крылу, а в совершенно другую сторону — к старой, плохо отстроенной части поместья. Раньше там располагались хозяйственные помещения и комнаты слуг, а что было теперь, она не знала.

— Господин Ван, — окликнула она, останавливаясь. — Куда мы идем? Это не дорога к восточному крылу.

Старший военный советник обернулся. Его лицо, освещенное бледным утренним светом, выглядело совершенно спокойным.

— Да, Чжоу-фужэнь, мы идем другой дорогой. Посудите сами, разве стал бы ваш брат назначать вам встречу на видном месте, под носом у северян?

В его словах был резон, и Шэн Тао ненадолго успокоилась. Однако они шли долго, а Цзинь Сана все нигде не было, и ее беспокойство только нарастало с каждым шагом. Наконец советник распахнул перед ней дверь покоев, что располагались самыми последними в длинной веренице жилых комнат. Тяжелые двери скрипнули, выдавая старость и говоря о том, что про них давно забыли.

— Сюда, госпожа, — Ван Ци низко поклонился и замер, опустив голову.

В покоях царил полумрак, и лучи яркого утреннего солнца пронизывали его тонкими сверкающими клинками наискосок. Шэн Тао сделала шаг, приглядевшись, но не успела ничего понять: чья-то жесткая ладонь закрыла ей рот, сильная рука схватила поперек тела и, дернув назад, прижала к широкой груди. Совсем рядом резко запахло мускусом и амброй, от удушливо-сладкого запаха девушку замутило, ноги подкосились, и она повисла в цепкой хватке. Исхитрившись, она вцепилась зубами в смуглое запястье, но повязка на нем уберегла похитителя, хотя на мгновение он растерялся и от неожиданности отнял руку от ее лица и некрасиво выругался.

Шэн Тао забилась в стальной хватке. Где же Ван Ци, неужели он не видит?

— Помогите!

— Тихо! — на этот раз к лицу прижалась тряпица не самого чистого вида, и Шэн Тао почувствовала, как внутри все скручивается и сжимается тугим узлом. Ее затошнило, от неприятного сладкого запаха совсем рядом к горлу подобрался колючий комок, и она попыталась задержать дыхание, но долго так не выдержала. Ван Ци шагнул из полумрака. Тонкий солнечный луч выхватил из темноты его задумчивое бледное лицо, чуть тронутое первыми морщинами и сединой в аккуратной короткой бороде и усах. Он окинул взглядом Шэн Тао, которая замерла от страха и едва дышала, и негромко проговорил:

— Прошу простить нас за грубость, Чжоу-фужэнь. Я помогаю, но только не вам. Идемте, капитан, — бросил он кому-то, кто стоял прямо за ней.

Запястья и локти крепко стянули за спиной, тряпицу толкнули в рот, завязав на затылке и больно зацепив волосы, и, лишив ее возможности кричать и вырываться, перекинули через плечо вниз головой и куда-то понесли. Шэн Тао, с трудом сдерживая приступ тошноты, стиснула зубы, молясь небесам, предкам и Будде, чтобы ничего не случилось с ребенком — еще не было маленького человечка, но грубое обращение могло навредить уже сейчас.

Мир качался и плыл перед глазами, изредка превращаясь в яркие цветные пятна. Шэн Тао не могла запомнить дорогу, к тому же, она не знала, во что превратился перестроенный дворец ее родителей, теперь ставший для нее тюрьмой. Однако волокли ее долго, прежде чем заскрипела тяжелая дверь, пахнуло холодом и сыростью, и ее неосторожно сбросили на отсыревшие стебли бамбука. Пребольно ударившись плечом и коленом, Шэн Тао сжалась, едва дыша. Страх стиснул грудь ледяным обручем, ее била дрожь.

Ее подняли и поставили спиной к холодной каменной стене. Когда глаза привыкли к темноте, Шэн Тао с ужасом узнала того человека, который пять лет назад стал убийцей ее отца — капитана со шрамом над бровью и растрепанными черными волосами. Приблизившись к ней так, что ей в нос ударил присущий ему сладковатый запах мускуса и амбры, капитан рывком протянул веревку сквозь крюк в стене, подняв руки пленницы над головой так, что ей пришлось встать на носочки, а сам отступил в сторону.

Шэн Тао увидела брата. Он стоял в нескольких шагах от нее, поразительно спокойный. Он сцепил пальцы замком за спиной, но она видела, что руки его свободны. Да, не так она себе представляла их встречу…

Их глаза встретились. На мгновение во взгляде Цзинь Сана мелькнули боль и страх, но сразу же сменились тем самым ледяным спокойствием, отчаянно похожим на равнодушие. Шэн Тао опустила голову, но немолодой и крепкий воин в добротном доспехе поддел ее подбородок клинком плашмя и вздернул кверху.

— Ты знаешь ее? — обратился он к юноше. Цзинь Сан молчал, изучая носки своих сапог.

— Отвечай! — жестко приказал капитан Дао.

— Первый раз вижу, — негромко произнес Цзинь Сан сквозь зубы.

Клинок повернулся набок. Острие больно уперлось в беззащитную шею, оставляя тонкий кровавый след, и несколько капель крови, красные, как ягоды лимонника, скатились за белоснежный воротник. Шэн Тао задохнулась от изумления и страха и только молча дрожала, прижимаясь спиной к холодному камню. У нее не осталось сил даже молиться, и она лишь мысленно просила маму, отца, учителя и всех, кто смотрел на нее с небес, помочь и защитить.

— Ты уверен? А говорят, что она — твоя сестра Цзинь Тао, — прищурился генерал Син Чжухэн, еще крепче прижимая лезвие к горлу девушки. Цзинь Сан нервно сглотнул, не отводя глаз, но лицо его оставалось бесстрастным.

— Я не знаю ее, — повторил он холодно и сухо. — Понятия не имею, кто она. Моя сестра погибла. Я пять лет ничего не слышал о ней.

— Он лжет, — сказал Ван Ци, до этого молчавший в стороне. — Я сам слышал, как мальчишка Чжоу со своей женой строили планы. Она говорила о брате. Я вам подтверждаю, что это его сестра и пропавшая девчонка Цзинь.