Чтение онлайн

— Не знал. Я был уверен, что холод погасил раскаленный воздух. Ну, может быть, дожди были из-за конденсации, грозы, как у нас под Москвой.

— Были и дожди, и грозы, и снегопад потом ненормальный. За пять лет все немного успокоилось. Видишь, живем, как можем, кормимся от моря, заново учимся простым вещам. — Он показал на недоделанную рукоятку. — Ты же пришел узнать, можно ли тут поселиться? Скажу сразу, двадцать километров на восток и десять на север — это наша территория. Тут нельзя. Дальше — территория других общин, и там, скорее всего, тоже нельзя. Море еще бедно рыбой, поэтому не прокормит большого количества людей. Ему тоже надо дать время восстановиться.

— Но мы идем из последних сил. — Роберт вложил в свои слова всю накопившуюся усталость.

— Понимаю, сочувствую. Можем помочь едой в обмен на что-нибудь ценное. — Предложил глава.

— У них автомат есть. — Подсказал мужчина с двухстволкой.

— Отличная тема для обмена. Оружие сейчас в цене. Если ты не в силах держать свою территорию, значит это не твоя территория. — Произнес мужчина. — Лучшая демонстрация серьезности своих намерений, это готовность вступить в схватку. А без нормального оружия — это самоубийство. Если у вас его много, мы могли бы устроить нормальный обмен. Как тебе такое предложение?

— Мы подумаем. — Ответил Роберт.

— На всякий случай, чтобы думалось проще, двадцать наших отборных бойцов уже пошли по следам в сторону вашей общины. Так что, если у вас появится желание вести себя агрессивно, советую не забывать об этом.

— Зачем они туда пошли? — Испугался Роберт.

— Понаблюдать пока, проверить, чтобы вы не задумали глупость. Времена сейчас сложные, доверия мало, а желания пожить за чужой счет много. Мы, кто тут давно, уже договорились между собой и вроде ладим, а все пришлые приходят со старыми установками, злые, обиженные, готовые убивать за кусок хлеба. Образно, конечно. Хлеба мы уже давно не видали. Понимаешь, да, что вы нам очень подозрительны.

— Понимаю. — Роберт кивнул. — А что вы делали с теми, кто агрессивно себя вел?

— Как что? Не маленький поди, догадываешься. Нам проблемные люди под боком не нужны. Мы хотим спокойно жить и работать, а не вздрагивать по ночам. Вы вот, выперлись на берег, подняли птиц, а мы уже напугались. В этом году не было ни одной живой души издалека, и нам уже непривычно видеть чужаков, и даже страшновато.

— Позвольте нам перезимовать поблизости. Мы хотя бы восстановим силы для дальнейшей дороги. — Роберт готов был упасть на колени.

— Перезимовать? Народ, слышали, они хотят перезимовать с нами. — Главный рассмеялся. — И сколько вас?

— Восемьдесят с небольшим.

— Сколько? — Удивился мужчина. — И вы думаете мы прокормим такую ораву? Нет уж, идите, ищите другое место. За автомат можем поторговаться, остальное не подлежит никакому обсуждению.

— Знаете вы кто? — Глаза Роберта полыхнули праведным гневом. — Вы нелюди из гуманных соображений. Никто же законы воздаяния не отменял, как вы с людьми поступаете, так и с вами поступят.

— Так, оратор от бога, раз вы подыхаете, значит вы этого заслуживаете. Так получается? — Главный начал терять терпение. — Не вешай на меня свои грехи. Кто-то же устроился нормально в тех местах, откуда вы бежите. Почему вы не смогли? Почему такие неприспосабливаемые? Кем ты вообще был до Большого толчка? Учитель музыки?

— Нет. — Роберт хотел ему влепить название своей высокой должности, но в последний момент сдержался, испугался, что только усугубит свое положение. — Учитель истории.

— То-то оно и видно. Историк, мля. Всё, кончилась та история, начинается новая, которую мы сами пишем. Кто-то в ней останется, а про кого-то и не вспомнят. — Главный поднялся и поискал кого-то глазами. — Елена, вздень на веревку десять рыбок, подарок гостям. — Попросил он женщину с двумя косами, лежащими на груди. — Это вам от нас безвозмездная помощь. За автомат отдельно рассчитаемся.

— Мы не будем его обменивать. — Ответил Роберт.

— А что так? Предпочтете умереть гордыми?

— Нет. Чувствую, нам он может еще пригодиться.

— Ты угрожаешь? — Главный напрягся и схватился за недоделанную острогу.

— Я не вас имел ввиду, а вообще всех, кто живет вдоль берега. Уж больно вы агрессивно встречаете гостей.

— Мы — хозяева этой земли, а вы проблема. Просто поставь себя на мое место и подумай, что это я пришел к тебе драный, тощий и с предложением кормить всю свою голодную ватагу. Понимаешь, о чем я?

— Понимаю. — Роберт кивнул.

Ему хотелось плакать от бессилия. Он стучался лбом в непрошибаемую стену. Ни тени сочувствия не было в лице главы общины и даже в лицах остальных ее обитателей. Народ смотрел на него с интересом, но нейтральным, как на героя фильма с ничего не значащей историей, о которой назавтра никто не вспомнит.

— Елена, отдай ему рыбу, а вы ребята, проводите гостей до границ нашей земли, убедитесь, что они меня правильно поняли.

— Хорошо, проводим. — Пообещал мужчина с двухстволкой.

— Это лишнее, мы уйдем сами. — Пообещал Роберт.

— Я лучше знаю, что лишнее, а что не лишнее. — Ответил глава. — Хорошего дня и не до скорой встречи.

— А может им холодец еще дать? — Подала голос молодая девушка.

Пожалуй, только ее взгляд выражал сочувствие.

— Вот ты, Лизка, транжира. — Упрекнул ее глава. — Ладно, отдай два брикета, а то смотреть на него страшно, как с креста снятый.

Лизка убежала в вигвам и быстро вернулась, держа в руках прямоугольные брикеты зеленоватого цвета, похожие на странный холодец. Со всех сторон, кроме верхней, они были обернуты зеленой чешуей. Она вручила их Роберту, с жалостью глядя ему в глаза. Брикеты оказались увесистыми. А когда Елена повесила ему на шею вязанку из рыб, ноги Роберта подкосились. Мужики, оказавшиеся рядом, поддержали его.

— Сам не допрет наши подарки. — Боец с двухстволкой забрал из его рук брикеты. — давай, помогу.

— Спасибо. — Поблагодарил Роберт. — Спасибо всем. — Произнес он громче. — И всего хорошего.

— Удачи вам. Идите дальше за Архангельск, там есть свободные земли. — Посоветовал кто-то из толпы.

— Да откуда ты знаешь? Люди поверят и сгинут там. Пусть сами думают. — Толпа обрушилась на советчика.

Но Роберт внял ему, потому что уже слышал о том, что восточнее Архангельска есть свободные территории. Здесь он убедился, что община, поселившись на берегу, сможет обеспечить себе сносное питание и одежду.