Чтение онлайн

— Не понимаешь и еще хамишь. — Фыркнула Полина. — Девушке важно, чтобы мужчина запал на ее красоту, но если планов на большее нет, то включается другая программа, интимная безопасность. Короче, мне важно заставить тебя влюбиться в меня, но остаться при этом недоступной.

— Это такая женская месть? Сладость от чужих мук?

— Не знаю, так у многих девушек бывает. Забей, я уже сама пожалела, что повела себя с тобой, как с обыкновенным мужиком. Ты точно непростой. Изольда не даст соврать. Прости, я не буду тебя больше провоцировать.

— Иди умывайся. За палаткой есть лужа с чистой водой. Можешь взять мою зубную щетку, мыло и полотенце.

— М-м, лужа, как романтично. Ладно, мыло и полотенце возьму, а чужими щетками не пользуюсь. — Полина выбралась из палатки. — А лужа случайно не с подогревом?

— Согреемся чаем. — Иван разжег костерок из собранных накануне ветвей и повесил на рогатину котелок с водой.

На веревке, крепившей палатку к колышку, сохло небольшое полотенце, больше похожее на тряпку для рук. Полина взяла его и мыло в мыльнице, лежавшее рядом. Лужа оказалась с удобным каменистым берегом. Палатка закрывала Полину от взгляда Ивана. Хоть ей и было холодно, но желание помыться пересиливало. Позавтракавшая Изольда обошла лужу стороной и села на противоположном берегу. Щенки в драку бились за ее соски.

— Ты что, ревнуешь или контролируешь? — спросила Полина у животного. — Если что я не претендую.

Ей стало немного не по себе от взаимоотношений человека и животного, как будто в них имелся сверхъестественный момент, позволяющий им понимать друг друга и даже взаимодействовать. Изольда упала на бок, выставив соски и дав потомству возможность комфортнее воспользоваться ее кормушкой. Полина разделась и зашла по колено в холодную воду. Чтобы не мучить себя, быстро присела, намочила лицо и тело, поводила по нему мылом и ополоснулась. Одевалась трясущимися руками и стуча зубами. Вернулась к Ивану и села поближе к костру.

— Как водичка? — поинтересовался он иронично.

— Самое то, чтобы проснуться. — Полина занесла растопыренные пятерни над костром. — А что твоя Изольда пришла ко мне? Ты ей велел?

— Нет, как я могу велеть дикому животному? Она сама решила за тобой понаблюдать. Не доверяет.

— В каком смысле? Она думает, что у нее есть на тебя права?

— Наверняка. Вот представь, что кто-то кормил бы тебя и поил, а ты бы уже привыкла, что это норма, и даже не думала, что может быть как-то иначе. И тут, раз, у этой кормушки появляется другой персонаж, который тоже ест и пьет из её рук, и даже спит рядом. Напряглась бы?

— Типа богатого любовника?

— Почему любовника? Любовник несвободен, на него рассчитывать вдолгую не стоит, а тут наоборот, так привыкла, что он только твой, уже и подумать не могла делиться им с кем-нибудь.

— Ай, Иван, она же песец, о чем ты говоришь?

— Тогда не спрашивай.

— Пугаете вы меня, честно признаться. Я как будто впутываюсь в какую-то мистическую историю, контролировать которую не получается и это напрягает. Скажи честно, ты не шаман?

Иван рассмеялся.

— Да иди ты, шаман. Если бы ты бывала на природе столько же, сколько я, то твое отношение к ней было бы другим. Городская, отсюда и удивляешься обыкновенным вещам.

— А я даже рада, что удивляюсь. Мне начало казаться, что меня уже ничего не может удивить. Будто я такая матерая бабища, прошедшая через огонь и воду. Всё, что меня реально интересовало, это деньги. На них можно было уехать куда хочешь, купить, что хочешь, не зависеть ни от кого и вообще легко жить. Ты, наверное, тоже рыбу сдавал, чтобы жить хорошо?

Иван задумался.

— Я даже не знаю, зачем я этим занимался. Так, чтобы деньги были. Вдруг мотор на лодке накроется или дома ремонт надо сделать. Сестре денег отправить на учебу. Да мне сам процесс нравился, и вообще я без дела не могу сидеть. У нас же интернета в поселке почти нет. На тарелку ловим, а это одну картинку загружать, опупеешь ждать. В Уренгое, когда бываю, хожу в клуб, новости почитаю, на девок посмотрю, про рыбалку что-нибудь и всё.

— Святой человек. А у меня половина жизни там была, все друзья в интернете, многих даже в лицо не видела, писали друг другу, обсуждали, даже срались по всякой ерунде. Короче, они создавали мне важность в глазах самой себя. Будто у меня кто-то есть, кому я не безразлична. А теперь меня отрезали от этой пуповины и оказалось, что единственного на всю округу парня охраняет песец Изольда. Я как из матрицы вывалилась в реальность.

— Добро пожаловать в настоящий мир, Полина. Дай полотенце. — Он взялся мокрым полотенцем за нагревшуюся рукоятку котелка и разлил кипяток в две кружки.

— А ты всегда с собой две кружки носишь? — Поинтересовалась Полина, готовясь услышать новую историю про суперспособности.

— Нет. На развалинах нашел. Она целая была, вот я и прикарманил. Считай, как на поминках дали.

— Которая из них? — спросила Полина, занеся над ними руку.

— Эта. — Иван указал на эмалированную кружку с рисунком взлетающей утки.

— Ты из нее пей. — Суеверно отказалась Полина.

— Я так и собирался.

Чай с настоящей заваркой и сушеными ягодами взбодрил и согрел. После него Иван достал рыбу. Перекусили и снова запили чаем. Создалось ощущение плотного завтрака. Иван затушил костер и стал собирать палатку.

— Сколько нам еще топать? — Поинтересовалась Полина.

— Если все нормально, завтра во второй половине дня доберемся.

— Ого, далеко.

— На лодке было два часа. Я мог за день дважды сгонять туда и обратно. И на снегоходе столько же, но зимой дел у меня в Уренгое никаких нет, если только за лекарствами срочно не надо сгонять.

— А снегоход тоже того?

— Конечно. Унесло смерчем, но до этого он, скорее всего, сгорел в гараже. Там у меня бензина было много и всяких горючих вещей полно.

— Понятно. — Полина вздохнула.

— А тебе зачем?

— Пешком ходить тяжело. Я хоть и работаю на ногах, но от ходьбы по неровностям щиколотки опухли. За день ещё и коленки опухнут. На третий тебе придется меня нести.

— Ты недооцениваешь свое тело. Оно уже сегодня приспособится к нагрузкам. И щиколотки пройдут и коленям ничего не будет, а завтра ты уже прыгать будешь. — Успокоил ее Иван.

— Мне кажется, ты переоцениваешь моё тело. — Полина пожеманилась. — Но все равно спасибо.

Изольда, откормив щенков, вернулась к людям и легла со стороны Ивана в двух метрах от него. При этом она не сводила взгляда с Полины, явно опасаясь её.

— Она смотрит на меня, как мачеха. — Полина показала язык животному.

— Ты из-за нее сбежала из семьи.

— Да, из-за нее. Судьбу Золушки повторить не удалось. Ни одного принца мне так и не повстречалось.

— Еще не вечер. — Пошутил Иван.