Чтение онлайн

— Экие вы отважные богатыри! — упирая руки в бока, хохотала полноватая продавщица. — Пошутил маг над вами, а вы!..

— Молодой, хорошенький, между прочим! — заметила девушка-цветочница, державшая корзину с маленькими букетами.

Я почти сразу допер, что речь про Весера: если маг, то вряд ли здесь, на московской окраине толпами ходят другие; а если, как сказала цветочница «молодой, хорошенький», то это про мое гламурное тело, которое выгуливал гребанный Аль Пачино. Шутка, насчет неотразимости внешности Рублева, но доля истины в ней есть — с первого дня заметил, что многим дамам Саша нравится.

«Куда он пошел?!» — спросил я девицу, стараясь донести до ее сознания беззвучный вопрос.

— Вон туда же, в сторону Каменистой! Говорят, это несчастный сирота — Саша Рублев. Ой! — она встрепенулась. — А кто это говорит? — девушка с корзиной испуганно завертела головой. — Кто это меня спрашивал?

Отвечать времени не было. Весер — сука! Его надо было догнать. Если он в самом деле пошел в направлении Каменистой, то это в сторону дома, и тогда магистр не такой уж гандон. Однако, по другому краю площади тоже останавливались экипажи извоза, и он мог нанять один из них и укатить туда, где я его уже не найду.

Повозок извоза там я не обнаружил, и вроде как ни одна не отъезжала, что меня успокоило. Зато впереди по Каменистой в слабом свете фонаря появилась знакомая фигура — фигура Рублева. Все-таки беглец шел к дому. И в правой руке его тлел едва заметный огонек.

Весера я нагнал быстро — наверное, пули так не летают, как мчался я. Нагнал и рыкнул грозно из темноты:

— Куришь, мерзавец!

— Я? — словно нашкодивший мальчишка Весер сделал недоуменное лицо, и сигарету попытался спрятать. Пятисотлетний маг, а ведет себя как мальчишка!

— Ты ее еще карман сунь — прожги мне одежду! — сердито произнес я. Но при всем моем возмущении его проделками на душе стало тепло: все-таки магистр не сбежал — возвращался к дому. Остальное ему можно было простить. Не поверите, но в какой-то миг мне даже обнять его захотелось. Друг, бля*ь! В моем теле!

— Малыш, чего ты так разволновался? Думал, сбегу? Никогда не думай такое на мой счет, я друзей не кидаю, — Весер перестал прятать сигаретку и даже поднес ее ко рту.

— Я тебе не малыш. И какого хрена ты куришь моим… — тут я даже не сразу подобрал правильные слова, — моим ртом, моим телом, бля! Легкими! Моими легкими! Ты же обещал!

— Я не обещал. Ты сказал, курить как бы не надо, ну я как бы это принял. И прошлый раз не курил. А сегодня… Ну вышло так, Саш. Давай себя вспомни, ты всегда мог устоять против соблазнов? Не поверю, что ты прямо такая незыблемая скала. Насчет себя сейчас все объясню, — он смачно затянулся, едва не закашлялся. — Говно табак. Табак редчайшее говно. Вот в моей первой настоящей жизни была куда более интересная травка. Любил я ее курить. Называлась шалорес. А это… — он еще раз затянулся, роняя в темноту яркие искорки, — говно. Сигары, вот если шиванские или ацтеков, еще куда ни шло, а такие сигаретки и папироски говно.

— Объясняй давай, хватит вещать про курение! Ты мне еще тут про прелести анаши начал рассказывать! — я внимательнее оглядел его. Вроде цел, на физиономии синяков нет, и одежда даже не испачкана.

— А чего объяснять? Ну получилось так: вышел воздухом подышать. Клянусь тебе перед святым Алуином, просто подышать воздухом — иных намерений не было. Стою у порога, на сердце сладко от суммы удовольствий: от вина — хорошее оно, кстати, у тети Поли; от вкуса жареного мяса и сытости в желудке; от приятного вечера и самого ощущения жизни. Мимо твоего дома шли какие-то, курили. Запахло дымком и так захотелось тоже покурить, — он снова поднес сигарету ко рту. — Хотя бы пару затяжек для полноты удовольствий. Я пошел за ними, думал попросить сигарету, но не догнал — они свернули за угол и зашли в дом. И что делать? Решил, пойду дальше, если на улице никого не встречу, то на Лужковке точно кто-то сигаретой угостит. Я бы купил там, но в твоей одежде денег не оказалось. А мне бы только одну вкусную сигару, пусть даже из вашего не особо хорошего табака.

— А что за стрельба была? Весер, наверняка ты их спровоцировал, — я кивнул в сторону рынка, которого за домами не было видно.

— Саш, я не провоцировал. Вышло так: стоят двое курят у лавки с выпечкой. Я подошел, вежливо прошу, мол, угостите сигаретой. Денег нет, купить не могу. По-доброму попросил, через «пожалуйста». Они начали дурака вываливать, мол, станцуешь или споешь, угостим. Сечешь? Ну, пидоры, поиздеваться решили, — с присущим ему нахальством Весер выпустил струйку дыма моим ртом.

— Пидоры, — согласился я. — Дальше.

— Я им говорю, мол, петь-плясать не умею — я просто маг. Могу показать хороший фокус, — продолжил магистр. — Даже сразу оговорил какой, чтобы не было слишком большой неожиданности. Говорю, покажу курящего дракона. Они, конечно, поймались на интерес. «Да! — говорят. — За хороший фокус сигаретами угостим». Ну я и показал. Невинная магия иллюзий. Вроде той, что я цветы для Чайки делал — я же тебе рассказывал. Несколько несложных манипуляций, и для них появился над клумбой дракон. Небольшой дракон, размером с две лошади. Забавно вышло, в пасти у него здоровенная сигара и дым пускает точно паровоз, глаза сладостно-красные. А парни эти оказались трусливее девок-продавщиц. Первый заорал и на жопу сел прямо у лотка. Второй с перепугу выхватил пистолет, начал стрелять. Тут и я испугался. Думаю, идиот, сейчас кого-нибудь случайно пристрелит. От греха подальше иллюзию тут же развеял и потребовал сигарету. Тот, что пониже дал целую пачку и зажигалку в придачу. Вот и все.

— Да, пиз*ец, вышло как бы весело. Все, давай, докуривай скорее, пока я дымом не пропитался, — поторопил я его. — И пошли к дому — чего тут торчать. Домой придем, к Марфе не подходи! И ни слова ей! Я не понимаю, нахрена ты ей про сочную жопу сказал! Вот нахрена? Иногда ты, Весер, вроде как вполне адекватный, здравомыслящий призрак, но потому тебя будто крышу сносит!

— Вообще-то призрак сейчас ты, — хохотнул он, торопливо докуривая сигарету.

— Марфе зачем про жопу? — повторил я вопрос. — Позлить меня хотел?

Вспоминая прошлый опыт, я уплотнил палец — вышло, кстати, легко — и ловким тычком затушил его сигарету. Даже согнул ее.

— А ты молодец! Малыш, ты быстро учишься! И смекалистый! — рассмеялся магистр. — Насчет Марфы, клянусь не было никакой задней мысли тем более по отношению к тебе. А про жопу… Что плохого в том, что я сделал женщине приятно? Ведь я чувствую бабенок. Я примерно понимаю, что у них на душе. Отпустил ей комплимент. Ты же видел, как она расцвела! Значит попал ей куда надо.

— Расцвела? А ты понимаешь, что это цветение может запустить в ее голове крайне нежелательные процессы? Такие процессы, что она начнет черт-те что думать обо мне! Быть может, подумает, что я извращенец, западаю на старушек или вообразит что-то в романтических тонах, — я представил на миг, как Марфа Егоровна подает мне к завтраку кофе и томным голосом Лизы говорит: «Сделала тебе послаще, дорогой!»

— Малыш, не надо пытаться контролировать чужую голову. Лучше научись хорошо контролировать свою. Не важно, что будет происходить в черепушке Марфы — это ее жизнь, и пусть она справляется с вызовами этой жизни, — Весериус обернулся, на стук лошадиных копыт и скрип повозки — нас обогнала двуколка.