Чтение онлайн

Доступность товара в Приграничье для представительниц моей семьи - в потенциале может стать большой проблемой... моей проблемой... но на моё счастье молодые барышни Сэйра никогда не опустятся до походов по лавкам!

А о существовании некоторых сортов им и вовсе необязательно знать.

...

Управляющий появляется в проходе и объявляет о прибытии моей семьи:

– Госпожа Амай, к вам пришли родные.

Вижу по лицам мачехи и сестриц, переступивших порог комнаты следом, что подобное представление их возмутило. Но они родственницы наложницы, а не главной жены - и никто в доме не обязан объявлять ни их статус, ни их положение.

Присматриваюсь к мачехе. Одета едва ли не богаче меня, однако, ткань по качеству и вышивке явно уступает... в нашем доме никогда не было таких вычурных нарядов - выходит, она приоделась для меня. Прическу тоже сделала по последней моде - высокую и с кучей серебряных шпилек. Должно быть, голова сейчас болит от тяжести... красные губы на лице замужней женщины смотрятся неподобающе, но мне ли не знать - этими губами она пленила сердце моего отца сразу же после смерти матушки. Перевожу взгляд на сестриц. Все светловолосые и большеглазые - одна краше другой. И все три смотрят на меня с презрением и готовностью использовать. Ал иза, Атара, Аяла. Девятнадцати, восемнадцати и четырнадцати лет от роду. Аяла - моя сводная сестра по отцу. Когда меня отправили к дальней родне, она ещё только готовилась появиться на свет, но мать уже расчищала для неё дорогу... Атара - дочь второго господина нашей семьи и старшей сестры отца; она уже в детстве во всём соперничала с дочкой главного господина - самого старшего брата в семье. Ализа считалась яркой звездой нашего рода, умела петь, играть на инструментах и складывать приличные трёхстишья - хоть они мало относились к высокой поэзии ввиду простоты формы и отсутствия глубины в содержании.

Все три сестры сверкают жемчугом и серебром. У Ализы прическа украшена нефритовой шпилькой.

Девушки явно приехали за женихами...

Молчу.

Мачеха чуть наклоняет голову, ожидая приветствия. Но у меня на поясе висит бирка хозяйки дома - я по правилам не могу их приветствовать первой.

– Амай, я очень рада тебя видеть, - всё же решает нарушить напряженную тишину мачеха.

– Встреча с вами стала для меня большой неожиданностью, - отзываюсь вежливо, склоняя голову.

– А где же господин Ха’гон? Он разве не выйдет нас встретить?
– демонстративно оглядывается мачеха, не спеша занимать место гостьи.

– Господин на службе в это время, - отвечаю по делу.

– Как же... мы же направили письмо в поместье с предупреждением, что нанесём визит!
– изумляется мачеха, за спиной которой все три сестры мгновенно скисают, показывая высшую степень досады.

– Неужели третья госпожа Сэйра полагала, что из-за послания о визите без предварительного предупреждения генерал Ха’гон оставит службу и вернётся в поместье?
– мягко улыбаюсь и рукой указываю на места для гостей.

– Но мы приехали сюда впервые! Разве он не должен, как хороший зять, организовать для нас приём?
– продолжает яро недоумевать мачеха, игнорируя место для гостей.

– Третья госпожа Сэйра, генерал никому ничего не должен, - почти по слогам произношу, не меняя мягкой манеры речи.
– Возможно, вы никогда раньше не имели дело с военными. Их главный долг - защита княжества, а не обслуживание гостей.

– Главный долг любого зятя - забота о семье жены, - бросает мне мачеха.

– Я не жена. Лишь наложница, - напоминаю вежливо.

– Ну, разумеется, - фыркает Атара, не глядя на меня.

– В таком случае... раз генерала в поместье нет, а ты - лишь наложница, почему не уступаешь мне место?
– наконец, раскрывает свои карты мачеха.
– По старшинству мне полагается сидеть в кресле главы - и уж никак не на сиденьях для гостей!

Хочет укрепить свои позиции и с ходу показать авторитет?

Смотрю на неё без злобы, скорее с какой-то внутренней усталостью от подобного рода интриг.

За эту неделю мне столько раз приходилось ставить слуг на место, объясняя, что мой сон вне спальни господина вовсе не значит, что они могут пренебрегать моим статусом... Уна хорошо потрудилась, чтобы обесценить моё существование! И очень помогла мне обрести необходимые навыки общения с людьми, потерявшими границы.

– Третья госпожа Сэйра... я правильно вас поняла - вы хотите сесть на место хозяйки дома Ха’гон?
– спрашиваю у неё спокойным голосом.

Вэнь хрюкает за моей спиной, а лицо мачехи слегка бледнеет от подобной постановки вопроса.

– Что это за формулировка? Я не претендую на подобный статус! Но я - твоя мать по закону, и по правилам ты должна уступить мне место!
– бросает мне мачеха, не желая уступить.

Так-то оно так, но...

– Своего супруга я вам тоже должна уступить, если он придёт и займёт своё место?
– указав на пустующее кресло с подушками справа от меня, уточняю вежливо.

– Он... ты же сказала, что он на службе, и не придёт!
– теряет терпение мачеха.

– Как нельзя предугадать движение туч и облаков, так я не возьмусь предсказывать - вернётся мой супруг раньше времени или нет. Сейчас я здесь одна, но так может быть не всегда, - произношу без эмоций и вновь указываю рукой на места для гостей.

Мачеха некоторое время стоит, делая во мне дыру взглядом, затем неохотно идёт и присаживается. Сестры следуют её примеру с лицами, выражение которых никак иначе, чем возмущенными, назвать нельзя.

– Как бы то ни было, когда вернётся генерал, я хочу, чтобы ты обращалась ко мне, как того требуют приличия! Столь демонстративно предвзятый и прохладный прием не красит тебя. Я обязательно расскажу об этом твоему отцу и твоей бабушке, - произносит мачеха, нервно поправляя подол.

– Вы удивили меня, третья госпожа Сэйра. Неужели вместо спокойного вежливого обращения вам будет больше по душе моё притворство?
– мягким голосом спрашиваю.

Все три сестрицы прислушиваются к его звучанию, впервые сосредоточив внимание на разговоре. Прежде чем сесть на свои места, они внимательно изучали комнату и её оформление, которым я занималась дольше всего...

– Притворство? О чём ты?
– без какого-либо уважения отбивает мачеха.

– Вы называете мой прием прохладным, но я едва вас помню: как вы знаете, большую часть жизни я провела у троюродной тётушки с её супругом. К тому же, вы не предупредили меня о своём приезде в Приграничье - как полагается по правилам, а прислали весть о том, что зайдете, уже будучи здесь... Если бы после этого я изображала радость и уступала вам место хозяйки поместья - это бы выставило меня в дурном свете.

Мачеха застывает, обдумывая мои слова с сосредоточенными выражением лица. Я не стала упоминать, что была сослана подальше от семьи по её настоянию, но в этом не было смысла: все здесь и так всё знают. Однако, я смогла указать на то, что мой приём не мог быть никаким иным кроме того, который я им предоставила.

– Да что это за формальности, сестрица?!
– всплеснув руками, восклицает Атара, - Мы столько лет не виделись, приехали к тебе в гости, а ты нос от нас воротишь!

– Дочери дома Сэйра говорят без разрешения?
– бормочет под нос Вэнь, но её слышат все.