Безликий
Шрифт:
Но не минуло и шести лет, как его жизнь трагически оборвалась в стенах дворца Белого Клена. Так подошла к концу самая грандиозная и легендарная глава в летописи Пятой Эпохи.
Прокручивая в памяти вызубренные исторические талмуды, Клейн всё больше убеждался: кончина Рассела таила в себе куда больше мрачных загадок, чем принято считать. Точно так же, как и за фасадом того знаменитого переворота неминуемо крылась жестокая подковерная грызня Потусторонних и масштабный передел власти между сверхъестественными фракциями. Подлинная история в корне расходилась с тем, что преподавали в школах.
«Выходит, Грин — один из тех самых „Четырех всадников Апокалипсиса“, как их окрестил Рассел — и впрямь сгинул в водах Туманного моря… В одном из ранних отрывков император уже упоминал о пугающих странностях в поведении этого „всадника“. И, судя по всему, корень зла крылся в том самом безымянном острове, кишмя кишащем паранормальными тварями… Выходит, это было не просто дивное приключение, а самая настоящая смертельная ловушка…» — с тяжелым сердцем констатировал Клейн, связывая воедино ниточки прошлых записей. Перевернув пергамент, он перешел к пятой странице.
Увы, этот лист не таил в себе ровным счетом никакой мистической ценности. Император лишь рассыпался в эстетских похвалах красному вину из Олмира урожая 1128 года, изливал горькое разочарование от встречи с объектом своих юношеских грез, чья фигура расплылась, а красота увяла под гнетом лет, да сокрушался о периоде собственного падения в пучину карточных игр.
Шестая страница пестрела всё той же заурядной, повседневной рутиной, однако самая последняя строчка заставила глаза юноши радостно вспыхнуть:
«Восьмое апреля. Жизненно необходимо отрядить верных людей, чтобы как следует копнуть под Тайный орден. Мне нужна исчерпывающая информация. Я наотрез отказываюсь мириться с прежней жалкой, пассивной ролью и больше не позволю Заратулу водить себя за нос».
«И что же вам удалось раскопать, товарищ Рассел?» Клейн жадно скользнул взглядом дальше, но так и не обнаружил продолжения этой интригующей записи. Усилием воли усмирив бушующее разочарование, ему оставалось лишь покорно дожидаться следующего собрания, когда «Повешенный» соизволит выложить на стол оставшиеся шесть страниц.
Он прекрасно понимал, что следственные материалы столетней давности вряд ли помогут вывести Тайный орден на чистую воду. За минувший век, за исключением редчайших долгожителей, большинство мастеров высших Последовательностей наверняка сошли в могилу от старости, что уж говорить о рядовых адептах низших и средних эшелонов. И всё же Клейн свято верил: эти крохи прошлого одарят его вдохновением, позволив нащупать излюбленные маскировки и алгоритмы действий орденцев.
Отложив шесть страниц дневника, юноша принялся ритмично отстукивать указательным пальцем правой руки по краю длинного бронзового стола. Его взгляд неспешно скользнул с мисс «Справедливости» на «Повешенного», а затем остановился на «Солнце».
«Кстати, в тех записях великий император обронил одну любопытную фразу: „Владыка, сотворивший всё сущее, всеведающий и всемогущий Бог“. Звучит до боли похоже на молитвы жителей Города Серебра. Откуда Расселу это известно? Неужто от той самой древнейшей, сокрытой во мраке организации, что исподволь дергает за ниточки мировых конфликтов? Выходит, эта ложа зародилась еще до того, как появилась „Земля, покинутая богами“?»
«Хм…» Внезапно Клейна осенила занятная идея, и он с низким, умиротворяющим смешком произнес:
— В своих дневниках Рассел затронул пласты истории, преданные забвению, и обмолвился о паре простых прописных истин. Эти истины как раз напомнили мне об одной детали: кажется, я так и не удосужился посвятить вас в это знание.
Одри на миг оторопела, но тут же подалась вперед, устремив сияющий, полный нескрываемого восторга взгляд на восседающую во главе древнего стола фигуру.
«Господин Шут самолично заговорил о секретах из дневников императора?! И что же за тайны там сокрыты?» Девушка трепетала от волнения, напрочь позабыв о необходимости сохранять холодное состояние «Зрителя».
На ее фоне «Повешенный» Элджер выглядел куда сдержаннее. Вот только спина моряка, рефлекторно вытянувшаяся по струнке, с потрохами выдала его жгучий интерес.
Лишь «Солнце» Деррик хранил относительное спокойствие. Юноша свято верил: любая вещица, способная привлечь внимание владыки, таит в себе бездну тайн. Вот только имя Рассела, прогремевшее на весь Северный континент, было ему совершенно незнакомо, отчего его любопытство не выходило за рамки привычного удивления.
— Господин Шут, о каких именно истинах упомянул великий император? Я готова заплатить любую цену, чтобы выкупить эти сведения, — не выдержав, выпалила Одри.
«Но при условии, что мы обсудим это с глазу на глаз!» — мысленно добавила она про себя.
Клейн издал тихий смешок:
— В этом нет нужды. Речь идет о самых банальных, прописных истинах.
— Прочтя эти строки, я, как созывающий Клуб Таро, счел своим долгом просветить вас. Разумеется, я прекрасно осознаю, что кое-кто из присутствующих уже давно владеет этим знанием.
Эти слова в первую очередь предназначались «Солнцу». Город Серебра насчитывал добрых две-три тысячи лет истории, и было бы вопиющим абсурдом предполагать, что за это время они так и не додумались до закона неуничтожимости Потусторонних характеристик.
Тем более, выживая в столь суровых, экстремальных условиях. И пусть тамошние пустоши кишмя кишели порождениями тьмы, порой отыскать нужные материалы для эликсиров было попросту невозможно. Ради выживания общины, ради передачи наследия и сохранения самого Города варка зелий из кристаллизованных характеристик павших предшественников наверняка стала для них суровой, вполне обыденной необходимостью.
Более того, в их глазах это могло выглядеть даже священным, полным чести ритуалом.
Ну и, само собой, из прошлых бесед Клейн уже успел сделать вывод: «Повешенному» эта тайна тоже ведома.
«Эх, какая досада… Нельзя же бесконечно доить мисс Справедливость, стрясая с нее фунты в карман моего „избранника“. В конце концов, этому самому избраннику нужно и статус держать… Не разрушать же тот пугающий, непобедимый образ, что воздвиг вокруг себя мистер Азик… Ладно, еще подвернется удобный случай. Как-никак, даже у самых всемогущих владык всегда найдется пара-тройка шестерок на побегушках. Взять ту же Богиню Вечной Ночи и ее „Бессонных“… Никто ведь не сомневается в Ее божественности лишь оттого, что рядовые Ястребы откровенно слабы…» — с тяжелым сердцем, беззвучно вздохнул юноша.