Чтение онлайн

И именно в этом кроется Его подлинная цель! Вот ради чего Он затащил их в это таинственное измерение и благословил создание Клуба Таро!

Даже не имей моряк за душой прошлых подозрений, выслушав алгоритм этого строящегося на методе проб и ошибок жертвоприношения и сопоставив его с предыдущими опытами, Элджер неминуемо пришел бы к абсолютно тем же самым выводам.

Единственная нестыковка, так и не укладывающаяся в голове, заключалась в другом: у господина Шута ведь имелся могущественный избранник. Зачем прибегать к услугам «Справедливости», «Солнца» и его самого, если этот самый посланник мог бы с легкостью провернуть нечто подобное?

«За всем этим наверняка скрывается какая-то пугающая, недосягаемая для моего понимания тайна… Эксперимент требует строжайшей секретности, а за Его избранником пристально следят некие могущественные сущности?» — мысленно рассуждал «Повешенный» Элджер, давая волю смелым фантазиям.

Покончив с описанием ритуала, Клейн низким, но удивительно мягким тоном поинтересовался:

— Для жертвоприношения требуется строго оговоренное время. Господин Повешенный, когда именно вы намерены провести этот эксперимент?

В отличие от обычного отклика на мольбу, который позволял немного потянуть время, стабильный канал, пробитый ритуалом жертвоприношения, мог просуществовать лишь считанные мгновения. А значит, Клейн был обязан загодя занять свою позицию в чертогах над серой мглой и ждать.

— На данный момент в моем арсенале из подлинных Потусторонних ингредиентов числится лишь гипофиз семицветного ящеровидного дракона, хотя заурядных материалов с духовным следом хватает с лихвой… Многоуважаемый господин Шут, как только наше собрание подойдет к концу, я немедленно испытаю первый вариант. Если же затея провалится, мне придется потратить время на поиски иных мистических компонентов. Обзаведясь всем необходимым, я вознесу мольбу и согласую с вами точный час, — отчитываясь, Элджер не удержался и бросил красноречивый взгляд на мисс Справедливость.

Будучи «Зрителем», Одри в ту же секунду раскусила его немой посыл и без малейших колебаний заявила:

— Если вам придется раскошелиться на дополнительные Потусторонние материалы, я обязуюсь возместить все издержки. Правда… ручаться, что это будут именно те конкретные ингредиенты, которых вы жаждете, я не могу.

«Ожидаемо от купающейся в золоте мисс Справедливости», — не смог сдержать восхищенного вздоха восседающий во главе длинного бронзового стола «Шут» Клейн. Издав тихий смешок, он провозгласил:

— Сделка заключена.

Переведя взгляд на «Справедливость», юноша немного поразмыслил и произнес:

— Как только эксперимент господина Повешенного увенчается успехом, я обучу вас ритуалу прошения о даровании.

— Договорились! — Одри ни на йоту не сомневалась в непостижимом могуществе господина Шута.

Выпалив это, девушка внезапно поймала себя на дерзкой мысли: а ведь подобным образом можно проворачивать и денежные переводы! Разумеется, при условии, что грядущий опыт не обернется провалом.

«Интересно, а сработает ли этот трюк с заурядными вещами, лишенными и капли духовности?.. Как только всё благополучно разрешится, непременно расспрошу об этом господина Шута…» — уголки губ Одри дрогнули в мечтательной полуулыбке, пока она рисовала в воображении столь радужные перспективы.

Заметив, что тема жертвоприношений и дарований исчерпала себя, она тщательно взвесила слова и заговорила вновь:

— Многоуважаемый господин Шут, я приметила двух леди, которые идеально подошли бы нашему Клубу Таро. Они обе Потусторонние, вращаются в своих собственных кругах Баклунда и располагают весьма недурными ресурсами. К тому же они умеют держать язык за зубами и отличаются прекрасным нравом. Не соизволите ли вы дозволить им присоединиться к нашим собраниям?

«„Справедливость“ вознамерилась сколотить собственную фракцию и усилить свое влияние внутри Клуба Таро?» — такова была первая, инстинктивная мысль «Повешенного» Элджера.

«Солнце» Деррик же, напротив, проявил к этой идее неподдельный интерес. Юноша повернул голову к господину Шуту, в безмолвном ожидании Его вердикта.

Клейн слегка озадачился. В его изначальных планах члены Клуба Таро вообще не должны были пересекаться в реальном мире. По задумке, каждый из них должен был самостоятельно вербовать собственную агентурную сеть, выстраивая таким образом строгую, разветвленную иерархию ложи.

При таком раскладе, даже если кто-то один проколется, угодит в застенки или подвергнется спиритическому допросу, само существование Клуба Таро не понесет фатального урона.

Однако недавнее предложение мисс Справедливости ударило по самому больному. Клейн как раз отчаянно нуждался в выходах на баклундских Потусторонних с их обширными связями, дабы нащупать хоть какие-то зацепки, ведущие к Тайному ордену и беглому Ланевусу.

«Если действовать исключительно через мисс Справедливость, она неизбежно станет утаивать часть сведений… С другой стороны, я до сих пор понятия не имею, достаточно ли одного лишь прочтения моего почетного имени, чтобы я смог затащить их в чертоги над серой мглой…» — дабы не ударить в грязь лицом и не разрушить свой всемогущий ореол, Клейн решил не пороть горячку и пустил в ход излюбленную тактику затягивания времени.

Сохраняя ровный, бесстрастный тон, он произнес:

— Для этого потребуется соответствующая проверка.

— Мисс Справедливость, действуйте предельно скрытно. Не выдавая своей истинной роли, сделайте так, чтобы эти дамы узнали мое почетное имя и прониклись к нему жгучим интересом.

Убедившись, что ее инициатива получила высочайшее одобрение, Одри едва не подпрыгнула от радости и с готовностью защебетала:

— Повинуюсь вашей воле, господин Шут!

Обменявшись еще парой светских фраз, гости объявили о завершении собрания. Призрачные силуэты «Солнца», «Повешенного» и «Справедливости» бесследно растаяли, вернувшись в реальный мир, тогда как сам Клейн остался в таинственных чертогах над серой мглой, дожидаясь обещанного жертвоприношения.

Свинцовые волны моря Соня яростно вздымались и опадали, швыряя «Лазурного Мстителя» из стороны в сторону, словно невесомый осенний лист. Парусник то взлетал на пенные гребни, то рушился в водяные пропасти, однако, вопреки бушующей стихии, не выказывал ни малейших признаков крена.

Элджер Уилсон стоял посреди капитанской каюты. Заложив руки за спину и отвернувшись от стеллажа с коллекцией красных и белых вин, он бессознательно мерил шагами палубу.

Наконец, стиснув зубы и напустив на лицо ледяную суровость, моряк шагнул к массивному столу из красного дерева. Отодвинув в сторону тускло поблескивающий латунью секстант, он выудил из недр ящика лист бумаги и перо, склонился над столешницей и принялся скрупулезно выводить тот самый сложный, пропитанный первобытной мистикой символ, дарованный Шутом.

Благодаря феноменальной памяти «Мореплавателя» воспроизвести узор не составило труда, и первый этап ритуала жертвоприношения был завершен в считанные мгновения.