Чтение онлайн

– Например, сегодня на завтрак сожрал четверть ломтя ржаного хлеба и кусок сала, – понимающе кивнул О’Шиннах, – назвать это бутербродом язык не поворачивается.

– Гномы постарше начинают отращивать защитную жировую прослойку, – продолжила я, – но Том еще молод, поэтому просто чувствует избыток энергии.

– А мы из-за этого страдаем! – подвел итог лейтенант.

– Ты сам вызвался пойти с нами. Мог бы вернуться к своим новым друзьям-рыбакам?

– Снова накачиваться этим жутким пойлом?! – ужас в голосе Аллана казался почти натуральным, – нет-нет, мне совершенно необходим хотя бы день отдыха. Что угодно, только не здешний портер.

– Не боишься, что твои вчерашние друзья тебя узнают?

– Без шансов, – Аллан подмигнул своему отражению в зеркальной витрине и поправил фуражку, – люди сначала смотрят на одежду, а потом уже в лицо. Потрепанный морячок и щеголь-офицер, что между ними может быть общего? Даже встреть мы кого-то из моих вчерашних приятелей, они сами себя убедят, мол, обознались. А ведь я даже не в парадке.

– К тому же, – не оборачиваясь, вставил Тайлер, – не думаю, что их можно будет встретить в предместье гномов или около него. Да сами видите…

Спуск привёл нас в начало улицы, хоть и не принадлежащей к самому предместью гномов, но уже заметно выделявшейся чистотой и аккуратностью во всем, начиная с булыжников мостовой. Еще не чугунная мозаика или тщательно подогнанная гномская плитка, где между камнями не просунешь и ноготь, но булыжники уже схожей формы и размеров, уложенные ровными рядами. Разумеется, тщательно подметенная, без малейших следов лошадиного навоза или ям, зато с канавками ливневки вдоль бордюра. Выстроившиеся вдоль улицы домики хоть и выглядели неподобающе разными по высоте, размерам и наклону скатов крыш, но радовали глаз свежей штукатуркой или даже «штукатуркой под камень», о чем не замедлил сообщить нам Тайлер.

– «Гномский дом для бедных», – прокомментировал он, указывая на второе справа строение и тут же поправился: – Ну, не совсем для бедных. Кирпич в два этажа тоже стоит денег, но настоящий каменный дом в разы дороже. Здешние меловые скалы чересчур мягкие или камень содержит много солей. Конечно, строить целиком из гранита слишком дорого, мы все же не в Думнонии. Фундамент, цоколь, углы, иногда фасад, подпорные стены. В остальном же можно комбинировать кремень с известняком, получается красиво и прочно… если не пытаться экономить на растворе.

«Красиво» в представлении гномов, как и следовало ждать, означало «приземисто», «прямоугольно» и «очень-очень-очень каменно». Как и говорил Том, гномские дома частично или целиком сооружались из блоков серо-голубого гранита. А блестящая поверхность кремневых сколов добавляла хоть немного игры света и оттенков, разбавляя строгие линии.

«Лавка чудес. Механические диковины, игрушки, а также прочие редкости», располагалась как раз в одном из таких домиков, с крапчатой стеной кремневых околышей на темной растворе. Ну конечно, чего-то такого и следовало ждать. Разве мог Том Тайлер, со своей одержимостью поиском следов пресловутой магии пройти мимо заведения с «чудесами» в названии?

– Игрушки? – удивленно приподнял бровь Аллан.

– … и прочие редкости, – Том схватился за массивную бронзовую ручку и толкнул дверь от себя. Толстая деревянная конструкция поддалась на удивление тихо, лишь где-то под потолком звякнул колокольчик.

– Но… игрушки?

– Нам ведь не нужен кухонный тесак или набор для разделки рыбы? – задал встречный вопрос Тайлер. – Лавки местных кузнецов ближе к берегу, штук пять или семь. Хороший ассортимент и ничего походящего для мисс Грин. А здесь хотя бы есть шанс найти что-то необычное.

Я осторожно вошла следом за полугномом. Стоящий перед входом деревянный истукан вдруг клацнул, сдвинув нижнюю челюсть и отчетливо произнес: «Добро пожаловать в Лавку Чудес».

– Принцип шарманки, – шепнул пропустивший меня лейтенант. – Просто, но эффектно.

Я молча кивнула. У входа стояли еще несколько механических кукол: три довольно грубые деревянные, две женские статуи, из-за амальгамы напоминающие старинные зеркала и еще один «золотой мальчик». Человеческий паренек, чуть старше Тайлера, сделанный с типичном гномским умением и вниманием к деталям, от шнурков на ботинках, до полуоторванной и болтающейся на одной нитке пуговицы. Покрасить золотой или серебряной краской живого слугу, штука вполне в духе аранийских аристократов, но у этой куклы кто-то снял верхнюю часть спины, обнажив сложный внутренний механизм. Пружины, шестеренки, крохотные маятники, цепочки, валы – внутри позолоченной скорлупы в виде человека вся эта машинерия выглядела болезненно чужой и все же притягивала взгляд. Несколько деталей лежали рядом на деревянной поставке, вместе с набором разнокалиберных отверток, парой щипцов и большим напильником.

С трудом оторвавшись от созерцания механических потрохов, я обвела взглядом помещение. Вывеска ничуть не врала, в лавке присутствовало множество игрушек, начиная с разнокалиберных кукол: фарфоровых, вязаных, в изысканных шёлковых платьях, мундирах, костюмах и даже звериных шкурах. А еще – модели паровозов, парусников, замок из деревянных кирпичей, расставленные повсюду караулы оловянных солдатиков. Нашлось даже полдюжины эльфийских статуэток из корней, беззаботно соседствующих с орочье-гоблинскими костяными амулетами.

– Вернулся, кхе-кхе, с друзьями, Том?

– Как и обещал, дядюшка Хагин.

Появившийся из недр заведения гном наверняка вызывал жгучую зависть соседей, поскольку щеголял белоснежной бородой почти до колен. Как я помнила, седина подобной чистоты у подгорных коротышек ценится как золото высшей пробы, но встречается куда реже.

– Ушастая! Карр! Лопни мои глаза!

Карканье прозвучало как типично воронье, но слетевшая откуда-то из-за стропил птица оказалась крупным попугаем. Красное туловище, сизо-синие крылья, белая голова с черным клювом и длинный сине-оранжевый хвост. В общем, наглядное свидетельство, почему в южных колониях многие племена гоблинов считают попугаев своим главным духовным символом.

– Извиняюсь за поведение Флика, мисс эльфийка, – виновато развел руками гном, – бедной птице не выпадало шанса набраться хороших манер. Продавший его моряк выглядел весьма подозрительно. Весь в шрамах и татуировках, одноногий. Уверен, его корабль тоже не являл собой образчик законопослушности.

– Ничего страшного, мистер Хагин. Я не имею привычки обижаться на птиц.

– Дядюшка, нам бы подобрать кинжал для мисс Грин, – Том захлопнул шкатулку, в которую влез почти с головой, – найдется у тебя что-то подходящее?

– Среди моих-то игрушек? Ох, – гном прищурившись, посмотрел на меня, – не знаю, не знаю… хотя… пойдемте-ка, мисс эльфийка. Есть одна полка… давно я туда не лазил, наверняка пылью все заросло.

Только после этих слов я осознала, что еще меня смутно беспокоило. В четких полосах солнечного света сверкали крохотные искорки двух-трех пылинок, явно занесенных нами при входе. И все предметы выглядели ничуть не припорошенными пылью, даже самые задвинутые в глубину полок.

– Сюда, мисс эльфийка. Вот, гляньте.