Чтение онлайн

— Ты знаешь, что у тебя не совсем такое чувство юмора, каким оно могло бы быть? — Гудфеллоу взял стакан и угрюмо уставился в него. Он сделал глоток, и зелень в стакане отразилась на его лице — Святой Бахус — пробормотал он — Это противоречит природе и всему божественному.

— Но это полезно для тебя — заметил я с мрачным воодушевлением. Может, мне и не особенно нравится компания Гудфеллоу, но я получаю удовольствие от того, что вижу, как кто-то, кроме меня, страдает от необычных привычек Нико в питании.

— Без сомнения. Иначе это не было бы похоже на теплую жидкую жвачку.

Проведя пальцем по краю стакана, он слегка стукнул по нему. Звон стекла наполнил комнату эхом. Это тревожно напомнило импровизированный концерт зеркального существа прошлой ночью.

— Итак, Нико, я ценю приглашение и грибной сок, но что именно ты хочешь? Этот парень явно не ожидал меня увидеть.

Я и глазом не моргнул, услышав оскорбление. Становилось все труднее и труднее обижаться на правду. Кроме того, Гудфеллоу имел более чем полное право на несколько дешевых шуток. Нико, казалось, был не склонен соглашаться. Его челюсть напряглась, но на этот раз он не стал возражать, спокойно сказав:

— Нам все равно нужна машина. Мы уезжаем из города и остаемся без транспорта.

— Ах. Бизнес. Отлично.

Он одарил нас обоих пародией на свою убийственную улыбку коммивояжера.

— Как скоро тебе это нужно?

— Немедленно — Нико прозвучало одновременно с моим — Не спеши.

— Кэл, даже не начинай — резко предупредил он.

Я пожал плечами и сел на диван.

— Отлично. Возьми машину. Нет никакой гарантии, что ты посадишь меня в нее.

— Я думаю, ты будешь поражен тем, как быстро твою идиотскую задницу запихнут в эту машину, и тем, как мало тебе придется сказать по этому поводу.

Робин поставил свой стакан на стол и прищелкнул языком.

— Я должен вас разнимать?

— Если бы все было так просто — проворчал я — Спроси его, что он хочет продать, дружище. Тебе придется отбуксировать это от обочины.

Как ни странно, Робин, который был безжалостным бизнесменом, это, похоже, не заинтересовало.

— Почему вы, ребята, все уходите? Это ведь не Аббагор, не так ли? Он никогда не покидает мост. Вы будете в безопасности, если будете держаться подальше.

И тут меня осенило. Гудфеллоу хотел, чтобы мы поболтались с нами. Несмотря на то, что я сделал, он хотел, чтобы мы остались. Ему было одиноко. Конечно, в городе было полно монстров, но Гудфеллоу не был монстром, совсем нет. Поскольку мы никогда не сталкивались с другими паками, я предположил, что они были редкостью. Это, должно быть, было одинокое существование, окруженное монстрами, которым на него было наплевать, и людьми, которые даже не могли его знать. Это было чувство, с которым я был более чем знаком. Но, несмотря на все мое нытье, мне повезло. У меня был брат. У меня был по крайней мере один человек в мире, и это было на одного больше, чем было у Робин.

Теперь, когда я знал, я мог видеть это в его глазах. За лукавством, за напыщенной выправкой и чрезмерным либидо, в тенях цвета тенистого зеленого леса, я мог видеть одиночество, которое было всего в нескольких шагах от безумия. Я не мог себе этого представить. Тысячи и тысячи лет, проведенных, по сути, в одиночестве. Отрезанный как от смертных, так и от монстров, из-за того, кем он был. Он так отчаянно пытался остановить свое погружение в сущий ад, что на самом деле предпочел быть с теми, кто мог его шантажировать, с теми, кто, как он думал, только использовал его.

Он решил быть с нами. Боже, помоги бедняге.

— Это не Аббагор — тихо возразил я — Это Ауфэ. Нико видел одного в парке.

Хорошо, что он поставил стакан, потому что иначе он разбился бы от судорожного сжатия в кулаке. С застывшим лицом он выталкивал слова сквозь сжатые губы.

— Привет. Кто-то здесь?

— Был здесь — поправил Нико — Вот почему мы спросили тебя, не видели ли ты кого-нибудь в городе. Мы хотели знать, было ли это единичным случаем. Но независимо от того, было это так или нет, мы решили, что не можем рисковать.

— Ты убил его? — Робин крепко сжал пальцами переносицу — Пожалуйста, скажи мне, что ты убил его. Если оно живое... Он покачал головой, и слова замерли у него на губах.

— Оно не живое. Вся королевская конница и вся королевская рать... — Невеселая улыбка тронула уголки рта Нико — Что ж, я думаю, ты все понял.

— Это хорошая фотография. Мне нравится эта фотография. Гудфеллоу неуклюже опустился на кофейный столик и закрыл лицо руками. Затем он запустил пальцы в волнистые каштановые волосы и сел, резко выдохнув — Аббагор большой и одержимый жаждой убийства, но из-за своей изворотливости не стоит связываться с Ауфэ. Они психопаты, затаили злобу и подвижны, как чума — Он потер глаза — Я понимаю, что вы знаете это лучше, чем кто-либо другой, но стоит повторить.

— Я не уверен, что Абби не заставит их попотеть за свои деньги — Я легонько стукнул ногой по углу стола и неловко продолжил — Насчет тролля, Дружище, я хочу сказать... черт… ты же знаешь.

Он повернул голову и внимательно посмотрел на меня.

— Все, что тебе нужно было сделать, это попросить, Калибан. Я в некотором роде трус, но я бы устоял. Тебе нужно было только попросить.

Нико подошел ко мне и положил руку мне на плечо.

— Мы не привыкли зависеть от кого-либо еще — сказал он Робину, ободряюще сжимая меня — Ни от кого из нас. Это дается нелегко. Я знаю, что, возможно, это не слишком веское оправдание, но мы сожалеем.

Он извинялся, Нико, который не сделал ничего плохого. Он извинялся за меня, потому что я был слишком упрям и слишком труслив, чтобы выговорить слова самому. Я чувствовал себя еще более подавленным, чем раньше... пока Нико не убрал руку с моего плеча и не хлопнул меня по затылку.

— Не так ли, Кэл? — строго спросил он.

Самобичевание улетучилось из меня так же быстро, как вода. Кому нужна совесть, чтобы держать меня в узде, когда рядом со мной был мой брат, который мог сделать это за меня?

— Да, извини — пробормотал я, бросив угрюмый взгляд на Нико и чуть более мягкий, на Робина.

Сногсшибательная улыбка вернулась, обнажив больше зубов, чем на семейном торжестве Осмондов.

— Прощено и забыто — с воодушевлением произнесла Робин.

— Как насчет того, чтобы я угостила вас, джентльмены, ланчем, и мы могли бы обсудить ситуацию с вашим транспортом?

Тогда меня осенило, что Гудфеллоу может оказаться нашим союзником. Он хотел, чтобы мы остались, и я хотел остаться, теперь все, что нам нужно было сделать, это убедить Нико. Это не должно быть слишком сложно, не сложнее, чем убедить солнце всходить на западе и садиться на востоке.

— Ланч, это здорово — с готовностью откликнулся я — Дай-ка я возьму свои ботинки.

Я чувствовал, как Нико хмуро смотрит мне в спину, когда я наклонился, чтобы поискать под диваном свои кроссовки.

— Я не уверен, что у нас есть на это время. На самом деле, я знаю, что у нас нет на это времени.

Я натянул туфли на ноги и бросился к двери.

— Это всего лишь ланч, Ник. Сорок минут нас не изменят. Это не обязательно было правдой. При таком раскладе сорок минут могли бы оказаться целой жизнью, но в данный момент мне не хотелось об этом думать.