Чтение онлайн

— Хорошо, — торопливо выпаливаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал слишком сильно. — Протокол так протокол. Но… может, тебе нужна слуга? Помощница?

Жница слегка наклоняет голову, ее пепельные волосы мягко качаются. Улыбка не сходит с ее миловидного лица.

— Я хорошая слуга, — продолжаю настойчиво, чувствуя, как тает драгоценное время. — Преданная, исполнительная. У меня много энергии, я быстро учусь. Ты останешься довольна, честно!

— Слуга у меня уже есть, — все так же мягко отвечает Смерть, ее спокойствие выводит меня из себя. — И, поверь, он справляется. Не бойся, Айвори. Это не так страшно, как кажется.

— Я не боюсь, — морщусь я.

Опускаю глаза, и мой взгляд цепляется за ее руку, за серебристое кольцо на пальце. Простое, без изысков, но с едва заметной гравировкой, напоминающей лезвие косы. Кольцо, которое активирует ее оружие. Идея — безумная, отчаянная, вспыхивает в сознании.

— Хотя нет… знаешь, на самом деле боюсь, — я снова смотрю на нее, изо всех сил изображая панику, которая, впрочем, совсем не притворная. — Боюсь так сильно… Мне кажется, я не справлюсь без помощи. Я знаю, вам, Жнецам, часто приходится успокаивать перепуганные души.

Жница кивает, в ее серых глазах мелькает что-то похожее на сочувствие. Или просто профессиональная привычка.

— Так и есть. Мы помогаем принять неизбежное. Но пойми, путь дальше — это не плохо. Лишь переход. Все отправляются туда, рано или поздно.

— Лучше уж поздно! — выдавливаю я и делаю вид, что вот-вот расплачусь, шмыгая носом. — Прости… я такая трусиха, ты бы знала… Я никогда не отличалась храбростью. Ты действительно могла бы помочь. Облегчить мои страдания, хоть немного?

— И как же я могу это сделать?

— Как тебя зовут? — спрашиваю я так, как будто это самое важное, что нужно услышать мне напоследок.

— Беладонна, — вздыхает Смерть, и я улавливаю едва заметные нотки раздражения. Она начинает уставать.

— Красивое имя, Беладонна, — тараторю я и изображаю максимально подобострастное выражение. — Просто… просто подержи меня за руку? На минутку? Дай мне еще мгновение, смириться. Пожалуйста.

Она колеблется лишь миг. На ее лице — та же смесь профессионального сочувствия и легкой скуки.

— Что ж, — вздыхает она. — Плохого в этом точно не будет.

И она протягивает мне обе руки. Я вцепляюсь в них, чувствуя прохладу ее ладоней. Значит, тоже могу касаться. Могу действовать.

— Спасибо тебе, Беладонна, — фальшиво всхлипываю я, поднимая на нее взгляд. — Мне… правда становится легче. Спокойнее.

Мой план — чистая авантюра. Я не знаю, сработает ли это. Не знаю, способна ли бесплотная душа на такое. Но я

держу

ее руки... Значит, получится сделать и нечто другое.

Я заглядываю в ясные серые глаза, изображая благодарность, а потом действую.

Резкое, молниеносное движение — я дергаю ее руку на себя, одновременно срывая кольцо-косу. Оно скользит легко, словно само идет ко мне. В ту же секунду я надеваю его себе на средний палец — оно подходит по размеру — и концентрируюсь, вливая в него свою энергию.

— Что?.. Нет! Не делай глупостей! — выдыхает Жница, отшатываясь.

Спокойствие девушки исчезает без следа, сменяясь чистым, животным ужасом. В ее глазах я вижу отражение слов Морта:

«Вся эта громоздкая, обветшалая машина держится исключительно на страхе»

.

Кольцо на моем пальце вспыхивает холодом, и в руке материализуется коса. Синее лезвие гудит низкой, угрожающей нотой.

— Не переживай, — говорю я жестко, и мой голос больше не дрожит — он звенит сталью. Я смотрю прямо в насмерть перепуганные глаза. — Все отправляются туда, рано или поздно, ведь так? Ты сама сказала.

И делаю взмах. Короткий, точный, безжалостный. Лезвие проходит сквозь нее без сопротивления, задевая не одежду, а лишь саму душу, и вспыхивает ярче.

Жница вскрикивает, затем начинает осыпаться, распадаться на мелкие частицы темного праха. Секунда — и внизу остается лишь кучка черной пыли, ее мотоциклетный костюм, шлем и упавший рядом телефон.

В тот же миг, когда прах убитой мной Смерти оседает на пол, меня с силой втягивает назад. Рывок — и я снова в своем теле. Ощущение отвратительное, неудобное, да еще и эта тишина там, где должно биться сердце... К такому я почти привыкла за время службы Морту. Но сейчас что-то иначе.

Под кожей словно пробегает чужеродный, слабый электрический разряд, тонкая вибрация, исходящая от самого по себе возникшего кольца на моем пальце. Новая сила? Или просто отголоски предсмертной агонии? Разбираться некогда.

Я торопливо стаскиваю с себя пропитанную кровью одежду, брезгливо отбрасывая ее в сторону. Надеваю черный мотоциклетный костюм поверженной Смерти — он садится идеально, словно сшит по моим меркам. Натягиваю перчатки, подбираю с пола шлем и телефон. Чужое кольцо холодит палец.

Не оборачиваясь, я выхожу из пыльного цеха на разбитую лестницу во двор. Воздух здесь другой. Серое марево Изнанки плотным туманом обволакивает ржавые скелеты промзоны, приглушая остатки дневного света.

Привычный мир стал декорацией — блеклой, нечеткой. Изредка мимо проплывают светлые бесплотные тени — обычные люди, не видящие ничего, кроме своей реальности. А вот из-за угла склада выползает скрюченная фигура с горящими желтыми глазами — какой-то мелкий демон. Он шипит, замечая меня, и тут же растворяется в тенях, явно узнав униформу Жнеца. Неоновые всполохи рекламных вывесок из реального мира пробиваются сюда искаженными, болезненными пятнами света на туманном холсте Изнанки.

Неподалеку от входа меня ждет мотоцикл. Черный, мощный, с такими же хищными линиями, как и у байка Морта. Он тихо урчит, словно живой, узнавая силу кольца на моей руке. Я запрыгиваю в седло, и надеваю шлем.

Кажется, мяч на моей стороне поля, и я уже знаю, что сделаю первым. Например, спасу свою Смерть.

***

Я выезжаю на шоссе, вливаясь в поток призрачных машин и редких потусторонних сущностей, скользящих по своим делам в вечных сумерках. Рев мотора тонет в окружающей тишине. Нужно придумать, куда ехать.

Не могу же сразу отправиться к Эмпайр-стейт-билдингу и обшарить его полностью, с крыши до самого глубокого подвала? На это уйдет слишком много времени. Нет, стоит узнать место точнее.

Я представляю особняк Морта — черный камень, острые шпили, вечная ночь в витражных окнах. Не думаю, что найду парня там, Лилит не так глупа. Но Танатос, Мальфас… они должны были что-то оставить. Какой-то знак, подсказку, намек на то, куда точно его могли утащить. А может, дом уже заняла другая Смерть. Вдруг она знает больше?