Чтение онлайн

Самой частой гостьей по-прежнему является Лилит. Она всегда ослепительно красива и обольстительна, и держится с Мортом практически на равных. Словно они старые друзья. Или больше, чем друзья. Мне сложно понять природу их отношений, но они особенные. Это очевидно.

Однако, кроме красотки Лилит, к Морту частенько захаживают двое других гостей. Мельфас и Бельфегор, тоже демоны, из аристократической верхушки.

Из всей троицы этих друзей Мальфас мне нравится меньше всех. Он напоминает тупого солдафона, с коротким ежиком волос, грубыми чертами и костными наростами на лице, как у какого-то крокодила. Да и работает там же, где Морт — в Департаменте, в отделе, очень похожем на службу безопасности. Громко ржет над своими же не смешными шутками, пьет только крепкие напитки. Ко мне относится снисходительно, как к насекомому. То есть, не замечает в упор.

К счастью, он приходит реже всех. А вот Бельфегор — совсем другой случай.

Этот демон — полная противоположность Мальфаса. Он красивый, утонченный, с длинными черными волосами и причудливо закрученными рожками. Предпочитает легкие игристые вина и интеллектуальные беседы. А еще и смотрит на всех своими ярко-красными глазами так, будто задумал какую-то хитрость. Последнее вовсе не лишено смысла, учитывая любовь этого подлеца являться к призывающим его людям и искушать их жадностью, пороком и ленью, подталкивая к поиску легких путей (это я выяснила в еще одном подслушанном разговоре).

Но Бельфегор, в отличие от Мальфаса, не делает вид, что я пустое место. И относится иначе, вежливо, даже уважительно, с каким-то скрытым интересом. Признаться, мне это льстит, хотя и немного пугает.

— Если бы я был человеком и знал, что после смерти стал бы слугой такого господина, как ты, Морт, то, возможно, на месте Айви поспешил бы пораньше прервать свое земное существование, — насмешливо говорит он как-то, когда они втроем, вместе с Мальфасом и Мортом собираются в нашей гостиной. И стреляет глазами в мою сторону, будто желая увидеть реакцию.

Я как раз стою у стены, возле столика, собираясь унести пустые бутылки и бокалы.

— Если бы она решила покончить с земным существованием самостоятельно, вне плана Департамента, то никогда не попала бы в Изнанку. Такие отправляются сразу в общий адский котел, — парирует Морт, закидывая ногу на ногу и лениво откидываясь на спинку дивана.

— Не будь таким скучным, расскажи нам больше! Правильно ли я понимаю, что ее кончина все же была запланирована и задокументирована мойрами, прядильщицами судеб? — тут же оживляется Бельфегор. — Или ты заполучил это сокровище иным способом, мой друг?

— С чего бы герцогу ада проявлять подобное любопытство? — спрашивает Морт, и хочет добавить еще что-то, но его внезапно прерывает Мальфас, срочно пожелавший еще бурбона.

Об этом он тут же заявляет вслух, обращаясь ко мне, как к собственной рабыне.

— И двигай ногами поживей, смертная, пока мы тут все не осыпались прахом, — добавляет Мальфас и гогочет так, будто изрек нечто сверхостроумное.

В другой раз Бельфегор ловит меня уже в холле, после очередного своего визита.

— Я рад видеть, что в этом мрачном особняке наконец-то появился кто-то особенный, — говорит он, не сводя с меня внимательного взгляда. — Морту сказочно повезло, хоть он того пока еще сам не понимает.

Услышать теплые слова, пусть и от демона, даже в виде дежурного комплимента, кажется мне приятным. От хозяина особняка таких слов точно не дождешься, поэтому я улыбаюсь.

— Прими от меня этот маленький подарок, — Бельфегор протягивает мне изящную, серебряную брошь в виде змеи, обвивающей яблоко. — И носи ее всегда, на удачу. Такие мелочи очень важны, особенно здесь, в Изнанке. Уверен, она будет тебе к лицу.

Я не успеваю ничего ответить, как вижу Морта, выходящего из гостиной. Он явно замечает брошь в протянутой руке друга, однако смотрит не на нее, а на меня. И, по всей видимости, совсем не рад происходящему.

— Спасибо, — говорю я, улыбаясь Бельфегору еще шире и сразу прикалываю украшение к своей рубашке. — Я обязательно буду ее носить.

Не то, чтобы я и в самом деле собираюсь это делать... На самом деле я забываю о броши сразу же, как только поднимаюсь к себе наверх и переодеваюсь, готовясь ко сну. Однако чуть подразнить Морта в тот момент показалось мне забавным.

Ни разу не видела, чтобы эти визиты и посиделки с друзьями перерастали в нечто более шумное. Ведь, как бы там ни было, работа для Жнеца важнее всего остального.

Он не пропускает ни единого дня, никогда не позволяет себе послаблений. И отправляется на нее в любом настроении и состоянии — будь он раздражен, задумчив или весел, даже если накануне явно перебрал с вином.

В его странном, не существующем в реальном мире телефоне, который вибрирует по несколько раз в день, отображается точное расписание прибытия порученных сотруднику душ, составленное в Департаменте Вечности. Морт всегда знакомится с ним заранее, и мы приезжаем на место за несколько минут до того, как души переходят границу Изнаки.

Когда Морт поднимает их из тел, большинство душ уходят мирно, даже, я бы сказала, с покорностью судьбе. Они словно ждут своего Жнеца и этого взмаха косы, освобождающего их от земных оков. Но иногда, в редких случаях, кто-то сопротивляется. Душа, не желающая покидать привычный мир, падает на колени, умоляет, цепляется за жизнь, которую уже не вернуть.

Именно в такие моменты я каждый раз ловлю на себе насмешливый взгляд Морта. Он словно проверяет меня, испытывает мою реакцию, мою верность, мою…

пригодность

.

— Нет, благодарю, — произносит он в такие моменты подчеркнуто вежливо, обращаясь к умоляющей душе, но с едва уловимым оттенком иронии, предназначенной, как мне кажется, совсем не ей. — У меня уже есть слуга. И она меня вполне устраивает.

Однако, попадаются и другие случаи. Такие, которые резко отличаются от привычного течения работы Морта. Те моменты, когда ему сообщают о переходе души в Изнанку постфактум, как правило, в виде срочного звонка из Департамента. Те самые особые клиенты, о которых Морт говорил с Лилит.

Онвсегда поручает мне избавляться от их тел, уничтожать следы… Я делаю это все больше механически, относясь к приказам Смерти, как к работе. Неприятной, грязной, но отчего-то необходимой. И искренне считаю, что, наконец-то справляюсь со всем, что уготовила мне судьба. Приближаюсь ближе к своей главной цели.

До того самого дня, когда мы снова…опаздываем.

***

Мы приезжаем на пустую подземную парковку. Огромное, гулкое, полутемное пространство, освещенное лишь редкими мерцающими лампами. Наша клиентка уже лежит там, на холодном, грязном бетоне.