Чтение онлайн

Куда я обернулся — это была безопасность пустой крыши, только она больше не была пуста. Джулия была в тридцати футах. Убитая, мёртвая Джулия, в тридцати футах, босые ноги на гравии, часть его прилипла к её стопам, её собственные волосы поднимались на ветру. Не потому что должны были, а потому что помнили. Потому что хотели подняться.

Это вызвало у меня пустоту в груди, как от падения.

— Не думаю, что она услышала, — сказала она своим невозможным ртом, и я начал оглядываться назад на то окно через дорогу, но остановился, вернул взгляд.

Джулия неслась ко мне на четвереньках, её искажённый овальный колодец рта открыт, чтобы поглотить мою душу.

— Наука, — сказал я снова, слабее, чем хотел, и она бросилась на меня, чтобы увлечь нас обоих за край, доказать мою теорию. Если у меня не может быть конфетти-парада, то я мог хотя бы получить похоронную процессию с конфетти.

Но, как я и говорил Мэри: мёртвые нематериальны.

Джулия прошла прямо через меня, не вышла с другой стороны, и я упал вперёд, в чёрный гравий, хватая ртом воздух, теперь уверенный лишь в одном — том, о чём Мэри следовало предупредить меня все эти годы назад, том, что она узнала, съев собственного близнеца в утробе: что я мог жить, как она, или мог присоединиться к рядам мёртвых, стать странником.

Убийство не бесплатно, как оказывается.

Я мог почувствовать это теперь в животе. Я мог увидеть это между руками, прямо под глазами: пальцы ног Джулии. Они были чёрными, гниющими, обмороженными от хождения по другой стороне.

Она ждала, когда я решу.

— Никто мне не поверит, если я не — если я не... — сказал я, мои нелепые слёзы собирались на кончике носа.

Я пытался убедить её в собственном самоубийстве. Я просил её разрешения. На последнюю доброту, последнее изъятие с её счёта.

— Когда я увидел тебя в автобусе той ночью... — начал я, но затем гравий снова заскрипел, и снова, и со всех сторон. На периферии моего зрения были обесцвеченные стопы и голени во всех направлениях, армия мёртвых. Истрёпанные штанины, юбки, тянущие свои собственные подолы. Кожа, заляпанная кровью, пальцы ног покрыты ледяной коркой и трескающиеся, темнота внутри расцветает.

Они все пришли. Чтобы их увидели.

Я наконец покачал головой нет.

Это было обещание. Не публиковать это в реферируемом журнале, как заслуженные находки, а в обычных местах, если вообще где-либо.

Переверни страницу, чтобы узнать про Бигфута, да. За неопровержимую правду об инопланетянах.

И затем я рухнул в чёрный гравий, спрятал лицо, моя обнажённая спина готова к их холодным зубам, а когда я очнулся, тот чёрный гравий был вдавлен в моё лицо.

Джулия помогла мне встать, провела меня обратно в страну живых, и здесь я и остаюсь, оболочка человека, призрак человека, разыгрывающий каждый день, каждый поступок каждого момента, как будто я один, как будто темнота неглубокого шкафа или кухонного уголка не заставляет меня отвести взгляд. И если в некоторые ночи я ставлю определённую пластинку в приватности своего номера в этих одиноких, многолюдных отелях и закрываю глаза, впитывая её, прошу, позвольте мне это самое маленькое из удовольствий.

Я не Элвис, нет. Но я был в его комнате.

Это был Ад.

Переводчик: Павел Тимашков

Данный перевод выполнен в ознакомительных целях и считается "общественным достоянием". не являясь ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять его и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено или отредактировано неверно