Чтение онлайн

— И еще одно, капитан. Можете отправить срочную депешу в мое Имение с просьбой управляющему как можно быстрее сделать мне ещё одну перевязь для фамильного меча, с передачей в Цитадель?

Кречет, хмыкнув, оценивающе посмотрел на меня.

— Это вообще не проблема, Бестужев. Хм, кстати, ты один из двух людей, кого я знаю во всём Ордене, кто способен без силовой брони сражаться специальным оружием Часового. Александр был бы доволен таким сыном. Как-нибудь покажешь…

Слова Кречета были очень приятны сами по себе. Один из двух… Эй, а кто же тогда второй?

— А кто этот второй, капитан? — с нескрываемым любопытством спросил я.

Капитан, хлопнув широченной ладонью по столу, как бы подводя итоги нашей беседы, просто сказал:

— Это я, Бестужев.

— Глеб, ты знаешь такое местечко, как «Ведьмино семя»?

Я изо всех сил старался, чтобы мой голос звучал праздно и немного скучающе. Но все равно бывший боец Ордена, а ныне завхоз казармами, подозрительно покосился на меня. Я зашел к изувеченному тварями Часовому за новой штатной формой. Стандартные кольчугу и меч с кинжалом мне уже выдали в оружейной. Теперь пришла пора подобрать одежду по размеру. Ту, что была нынче на мне, я нашел еще в доме начальника гарнизона Стужи. Была она мне вполне впору, удобна и прочна. Но не покидало ощущение, что ношу шмотки мертвяка. Не просто умершего человека, а оживлённого чудовищной магией некроманта покойника.

— В городе полно и других местечек, если решил глотку промочить да девок потискать, — назидательно сказал Глеб, шуруя по деревянным полкам, на которых лежали аккуратно сложенные комплекты одежды.

Здесь, в просторном складском помещении, было тихо и сухо. Пахло пылью и чем-то навроде нафталина. И никто не околачивался поблизости. Вообще, огромные каменные казармы Корпуса Тринадцатой Стражи были способны вместить едва ли не втрое больше людей, чем сейчас в них дай бог постоянно обитало. И то, многие из имеющих здесь кроватей оставались свободными, потому что бойцы то были на вылетах, то в разведке, то несли дежурство. А кто и вообще почти всё время проводил в главном замке.

— Да понимаю я, — протянул небрежно. — Просто не так хорошо знаю Лютоград, как хотелось бы. А эту таверну уже не один человек рекомендовал.

— Ну, скажем так, порядочным людям там делать особо нечего, — усмехнулся Глеб, нагружая меня свёртком. — Это одна из тех нор на окраине нижнего города, где по ночам собираются всякие подозрительные людишки. Туда даже городская стража иной раз не заходит. Наместнику Лютограда и без того забот хватает. Но раз тебе прямо уж так приспичило именно туда наведаться, сходи. Но держи ушки на макушке, кошель за пазухой, а оружие под рукой.

И неунывающий комендант, взмахнув культей, весело расхохотался. Грузный, затянутый в черный опрятный мундир, он мне нравился. Не было в Глебе ни малейшей озлобленности на других, кто продолжал нести боевую службу и кого никто не назвал бы за глаза калекой. Свои увечья и нынешнее место работы он воспринимал как должное. Так уж вышло. Не он первый оказался в такой ситуации.

— Надолго в отлучке будешь?

— Двое суток капитан Кречет подписал.

Глеб понимающе кивнул.

— Достаточно чтоб развеяться. Тут Федор Яковлевич забегал, наказал тебе и командировочные выдать, монет десять мелким серебром.

Я невольно восхитился нашим двужильным ветераном. Везде успевал! И обо всем думал. Я-то как-то упустил из виду тот момент, что без денег в кармане мне будет сложновато осуществить задуманное. А берут ли с Часовых расписки вместо денег и спрашивать не хотел, чтобы не показать свою неосведомленность в данном вопросе. Не могу же я вообще ни хрена не знать, хоть и только вчера выпустился из Академии?

— Если ж все-таки передумаешь, то можешь сходить в местечко под названием «Козодой». Это не так уж и далеко от Цитадели. В паре кварталов на запад, в ремесленном районе. Хороший кабак. Чисто, цивильно. В кости не дурят, вино с пивом водой не разбавляют, кровати без клопов. И подавальщицы хорошенькие!

Снова хохотнув, Глеб ткнул меня кулаком в грудь и невольно восхищённо выругался:

— Ого, не мышцы, а железо! Я-то сам, видишь, еще немного и в студня превращусь, ха-ха!

— Спасибо, Глеб.

Немного смутившись, он буркнул под нос:

— Да ерунда, приятель. Ты, главное, вернись вовремя. Кречет очень не любит, когда нарушают график увольнительных. В следующий раз может и не отпустить.

Как не сложно догадаться, я решил начать собственное расследование всех последних покушений на мою драгоценную шкуру. Вполне резонно я ожидал, что попытки меня убить будут продолжаться. От длинных рук моего таинственного врага не спрятаться и за стенами такого мощного укрепленного города как Лютоград. Если уж меня почти достали в собственной постели в Родовом имении, то о чем вообще говорить?! И если я не хочу рано или поздно совершить фатальную ошибку, которая приведёт к самым неприятным для меня последствиям, следовало самому начать ответную игру.

Быть мелкой пешкой с зашоренными глазами, возможным участником пока совершенно не понятной мне игры, так же непонятно кем и для чего затеянной, как-то не улыбалось. Поэтому я и решил начать поиски заказавших меня людей. Чего кота за хвост тянуть-то? Лучшая защита это нападение. Более всего меня интересовало имя заказчика, этого неведомого графа, что руками своих подручных пытался меня убрать еще в Кромлехе. Узнав кто это, я получу некоторое преимущество. Когда знаешь, кто твой враг, сможешь изучить его, понять и лучше подготовиться к следующему покушению. А в том, что они рано или поздно произойдут, я даже не сомневался.

Начать я решил с гадюшника под названием «Ведьмино семя», где со слов Петра Гаркуши любил отираться ныне покойный корабельный маг Гашек. Возможно, подонок и не был лично знаком с моим недругом, и не получал от его имени приказов, а действовал через посредников, но то, что ниточка от него тянулась в эту забегаловку, становилось ясным, как день. Скорее всего, нечистый на руку колдун периодически подрабатывал на стороне. Продавая свои чародейские таланты обитавшим на дне города бандитам. Там же, не иначе, и прозвучало невзначай мое имя. И был озвучен наверняка очень солидный ценник за мою голову, раз на такие деньги соблазнился даже проживающий в Цитадели Часовых волшебник.

Это мне и предстояло разузнать. Но действовать следовало крайне осторожно и тихо, не поднимая лишних подозрений своими вопросами. Поэтому буду на этот раз полагаться не на силу, ловкость и удачу, а на свои актерские способности. Разыграю спектакль. В предстоящем деле мне на руку играло то, что меня никто в лицо не знал. Если и имелось у моих недоброжелателей мое поверхностное описание, то это не проблема. В Лютограде полно здоровенных молодых парней моего возраста. У меня же на лбу не написано, кто я таков. А я не собирался всем на каждом углу кричать, что я Часовой. Прикинусь поступившим на службу в Городскую Управу деревенским парнем. Посижу в этой шараге, попью пивка, прислушаюсь к разговорам, может, заведу парочку нужных знакомств. У меня будет два дня, чтобы попытаться если не влиться в местное сомнительное общество, то примелькаться, чтоб не вызвать подозрений. Конечно, существовал риск, что я встречу там кого-то, кто знает меня. Но и в таком случае найду, что ответить. Главное, чтобы никто не догадался, что мне известно о шашнях застреленного капитаном Гашека с лихими людьми.

Вот и посмотрим, какой из меня актёр. Настоящий воин должен быть не только умелым и сильным. Иногда следует быть просто хитрым и расчётливым. Этим не брезговали мои враги. Чтобы победить их, я на время был готов принять эти правила. Затем переписать под себя и ввести свои. Иногда и пешка становится ферзём.

Для выхода в город я оделся просто и неприметно. Сапоги, рубаха, штаны, куртка, перевязь с простым мечом. На голову с отрастающими черными волосами натянул как можно ниже капюшон, чтобы скрыть седую прядь надо лбом. А вот эта, скажем так, деталька моей внешности может стать в дальнейшем определённой меткой. Кого, простите, вы разыскиваете? Да здоровенный такой парень лет двадцати, под два метра. Угрюмая рожа, темно-синие глаза, спереди седые волосы… А-а-а, так это, господа хорошие, похоже на Альрика Безродного из Цитадели Часовых. Безродный. Само эта жалкое прозвище противным песком скрипело на зубах, когда я даже мысленно его произносил.