Благородные устремления
Шрифт:
...
А... можно?
Я бы «убралась».
Потому что понятия не имею, как так вышло...
Однако, к его логике тоже не придерешься: всё происходило именно в такой последовательности!
Неужели я умудрилась создать о себе столь скверное впечатление - и даже не заметила этого?..
– Как мне донести до вас - что меньше всего на свете я хочу видеть такое выражение на вашем лице?
– тихо, но, вкладывая всю свою искренность, спрашиваю.
– Я невольно разозлила вас и готова понести наказание. Но прошу не приписывать мне желание поиздеваться над господином - его нет и в помине! Я неопытна, это так, но хочу честно выполнить свой долг перед вами!
– В таком случае, ты понимаешь, что наш контакт неизбежен? У тебя не получится убедить мою матушку в том, что мы делим постель, если ты держишься от меня на расстоянии, - медленно и с расстановкой поясняет генерал.
Так, вот, в чём дело?!
В нашей близости?
Что ж, это можно - свеча светит с боку и не мешает выполнить задачу!
– Поняла. Сократить расстояние. Достаточно?
– стремительно подхожу почти вплотную и резко поднимаю голову.
Когда генерал опускает свою, расстояние между нашими лицами сокращается до критического - и мы начинаем делить один воздух. От него пахнет свежестью травы, железом и немножко потом. Но запах не отталкивает, а дурманит. Я даже покачиваюсь, отчего-то потеряв равновесие.
– Так испугалась?
– подхватив меня за талию и прижав обратно, чтобы перехватить и поднять на руки, бормочет генерал.
– А когда сцену в лавке тканей разыгрывала - совсем не боялась.
И он укладывает меня обратно на постель.
– Разыгрывать сцены у меня опыт есть, - приходится признаться слабым голосом.
– К близости тоже придется привыкнуть. Иначе от тебя не будет проку, - спокойно произносит генерал, прикрывая меня одеялом.
От меня должен быть прок: ещё одного приступа господского гнева я не перенесу. Поэтому...
– Я привыкну. И выполню ваши требования, - обещаю.
И ощущаю, что внутри ничто не противится этим словам.
Если подумать, генерал честен в общении со мной - не юлит, не обманывает, говорит о конкретной задаче, проверяет мою способность её решить. Здесь и впрямь нет второго дна!
И я почему-то совсем не хочу его подвести... Пусть он и не идеален, пусть смотрит сквозь пальцы на делишки Наместника, когда мог бы осечь его, и дать людям вздохнуть спокойно, - но он честно заплатил за меня выкуп, привёз в Приграничье, дал кров, деньги и обозначил правила!
Мне не трудно их выполнить.
Наверно...
...к тому же - на встречу с капитаном я уже опоздала...
Хорошо, что у нас есть уговор - ждать не больше часа и прийти в то же время на следующий день, если что-то пошло не так!
– На том и разойдёмся, - генерал вновь выпрямляется надо мной и уже отворачивается, чтобы уйти, как произносит напоследок: - Да, забыл сообщить о цели своего визита... ко мне пришло послание от советника Наместника, в котором он говорит, что мог напугать тебя, когда пришёл сегодня днём к задним воротам. Он просит прощения и предлагает встретиться, чтобы сгладить впечатления.
Он... не сказал, что заходил во двор?
Но сказал, что мы общались.
Как мне это понимать?
– Этот человек действительно приходил. Вэнь тогда не было в доме: я отправила её докупить тканей для вышивки платков, - очень осторожно отвечаю, свернувшись калачиком под одеялом, - потому бездумно ответила на его голос. Нас тогда разделяли ворота...
Я же сейчас не лгу? Просто не рассказываю всё сразу.
– Что он тебе сказал?
– Звучит вопрос.
– Он хотел загладить вину. Говорил, что не хочет, чтобы случай со стражей и моими служанками навредил вашим отношениям, - отзываюсь тихо.
– Это опасный человек. Постарайся с ним больше не общаться - даже когда думаешь, что у тебя нет выбора, - довольно сухим голосом советует генерал.
– Хорошо, - тихо отзываюсь и слушаю гулкие удары собственного сердца, глядя на огонек свечи...
– Как его зовут?
– всё же решившись, спрашиваю.
– Эзра. И этот человек хуже Наместника во сто крат, - произносит генерал.
Глава 4. Пустые хлопоты
– Ты так и не рассказала, что произошло вчера ночью, - осторожно напоминает Вэнь, с самого утра с тревогой наблюдавшая за мной.
– Что тебе сказал генерал?
– Генерал... вел себя очень странно. Я всю ночь об этом думала...
– растираю лицо, пытаясь взбодриться.
Я так и не смогла заснуть! Впечатлений было слишком много. И все беспокоили сердце, вынуждая по несколько раз прогонять события в памяти...
Но вечно так продолжаться не может.
Я должна найти выход из сложившейся ситуации!
Потому решительно придвигаю зеркало и начинаю красить брови, объясняя Вэнь обстоятельства:
– Поначалу мне казалось, что он испытывал меня. И я даже попыталась ему подыграть - но это оказалось неверным решением, и я лишь разозлила генерала.
– Он рассердился на тебя?
– напряженно переспрашивает Вэнь.
– И ты говоришь об этом так спокойно?!
– Как бы тебе сказать, он словно не на меня сердился, а на ту меня, что была в его голове, - пытаюсь пояснить.
– Не понимаю, - качает головой подруга.
– Вот, что я точно поняла, - откладываю кисть и сосредоточенно смотрю на стол, - генерал не знает, может ли доверять мне. И эта неопределённость возникла не на пустом месте.
– А что такого ты сделала, что он теперь насторожен?
– хмурится Вэнь.
– С моей семьей пообщалась?
Она не знает. Я ей так и не сказала. Молчала вечером, занимаясь вышивкой... молчала ночью - когда она зашла в мою комнату спросить, почему я не пошла на встречу с капитаном... молчала утром, когда только проснулась...
– Я пообщалась с советником Наместника, и генерал знает об этом!
– решаюсь признаться и закрываю лицо руками, наплевав на проделанную с чертами работу.
– Он так напугал меня! Подозревал в сговоре - теперь это ясно, как день! Решил, что в его дом пробрался предатель! Если бы в конце не признался сам, что знает о его визите, я бы и не поняла, в чём причина!
– Амай, остановись, я ни слова не поняла! Кто тебя напугал? Какая причина? Что вообще происходит? Что за советник?!
– не на шутку встревожившись, спрашивает Вэнь и кладёт ладони на мои руки, - Расскажи подробно, что произошло?