Чтение онлайн

Лиза открыла было рот, чтобы сказать правду, но Алексей опередил её:

– Мы с супругой давние друзья Николая Феликсовича и его семьи. Он прислал нам записку и попросил прибыть сюда, дабы поддержать его в эту минуту. – Ни один мускул на лице Эскиса не дрогнул, что заставило Лизу позавидовать его самообладанию. А его слова «мы с супругой» подействовали на неё столь сильно, что Бельская вовсе растерялась. Не смогла возразить ни слова и просто выслушала доводы Алексея вместе с гвардейцами. – Пропустите нас, господа. Понимаю, что это зрелище не для дамы, но мою жену вам вряд ли удастся остановить, раз уж мне самому не удалось оставить её дома. Кроме того, я – врач. Думаю, моё присутствие может оказаться полезным.

– Врача уже пригласили, – нехотя признался первый гвардеец. – Ваши услуги не понадобятся.

Взгляды мужчин снова остановились на Лизе. То ли они сомневались в том, что она, столь юная, могла вовсе быть супругой этого человека. То ли догадались, что девица заявилась, чтобы предотвратить сие кровавое действо.

– Дуэль дозволена в судебном порядке, – на всякий случай уточнил первый гвардеец.

– Государь подписал разрешение самолично, – добавил второй.

Лиза судорожно вздохнула, чувствуя, как начинает кружиться голова. Она стиснула рукав Алексея и посмотрела на него так жалобно, как только могла позволить себе.

– Мы не собираемся вмешиваться, – столь же ровно и без эмоций заверил Эскис. – Но раз Николай пожелал нашего присутствия, было бы бесчестным отказывать. Вы могли бы сопроводить нас к нему и убедиться в этом лично. А выдворить прочь сможете всегда. Мы безоружны и не представляем угрозы, как видите.

После очередного короткого переглядывания старший наконец коротко кивнул.

А младший терпеливо уточнил:

– Быть может, сударыне лучше подождать в экипаже?

Но Лиза спешно замотала головой.

– Нет, умоляю, позвольте и мне пойти. – Она в отчаянии сжала руку Алексея. – Клянусь, что не помешаю. Даже звука не произнесу.

Эскис посмотрел на неё с какой-то необъяснимой смесью жалости и нежности, но возражать не стал. Коротко кивнул. Все прочие замечания он, вероятно, приберёг для более удобного случая.

– Как пожелаете, – пожал плечами старший гвардеец. – Следуйте за мной.

Они обогнули дом с левой стороны и оказались в парке, обнесённом невысокой оградой. Клумбы и вазоны с цветами здесь выглядели довольно богато. В них пышно цвели бархатные розы и золотистые ирисы, но прочая растительность казалась одичавшей. Плющ оплёл одну из садовых статуй так, что почти невозможно было разобрать, кто скрывался под его изумрудными лозами. Вдалеке меж кустами разросшейся акации показалась кованая калитка. За ней раскинулась выкошенная поляна, справа от которой начинался яблоневый сад.

Пахнуло свежим сеном. Этот пряный аромат сочетался с запахом речной воды и мокрой краски, которой успели недавно покрыть изгороди вокруг дома.

Всё выглядело бы безмятежным, если бы не собравшиеся на поляне люди.

Сердце замерло, когда среди людей в гвардейской униформе разных чинов и званий Бельская заметила Николая. Он показался ей ужасно одиноким. Даже несчастным. Словно человек, готовый принять неизбежный фатум, который он навлёк на себя сам. Близилась расплата. Не просто за адюльтер с офицерской женой. Кара за неумение отказывать себе в земных радостях долгие годы.

Старший из сопровождавших их гвардейцев заступил дорогу, не позволяя выходить из садовой калитки.

– Начали-с, – хмуро отрапортовал он. – Не положено теперь мешать.

Лизе в один момент сделались безразличны все законы чести и светские правила. Она дёрнулась, чтобы обойти сторожа, но второй гвардеец тотчас встал с ним рядом. Алексею же пришлось удержать девушку за руку.

– Барышня, нельзя, – настаивал младший. – Мы и так не должны были вас пропускать на территорию.

А старший сурово добавил:

– Или ожидайте здесь, или идёмте обратно.

Он гневно глянул на Эскиса, и тот коротко ответил:

– Мы останемся здесь, благодарю вас, уважаемые, – а затем взял Лизу за руку поудобнее, переплетая их пальцы.

Этот жест немного успокоил Бельскую. И всё же она не могла отвести глаз от того действа, что разворачивалось перед ней.

Секунданты уже поставили противников на лужайку. Все участвующие лица, кроме Николая Феликсовича и обязательно присутствовавшего на дуэли доктора в штатском, были облачены в мундиры.

Мантейфеля Лиза прежде не видела, но признала его без труда. Высокий балтийский дворянин весьма холодной внешности и строгой выправки, он стоял аккурат напротив бледного Николая. Мантейфель носил модные, подкрученные вверх усы. Глядел сурово из-под густых бровей. Но двигался так, словно бы не желал этой дуэли. Равно как и его оппонент.

Заходящее солнце окрасило горизонт в насыщенный брусничный цвет. Так вышло, что напротив него стоял именно Николя.

Её милый, добрый и совершенно беззаботный друг более таковым не выглядел. Тёмно-синий костюм на нём издалека казался траурно-чёрным, отчего у Лизы тотчас перехватило дыхание. Недоброе предчувствие отозвалось слабостью в ногах.

Юсупов вытер рукавом лоб. Что-то негромко сказал Мантейфелю. Тот кивнул.

Подошли секунданты с оружейным футляром. Передали заряженные пистолеты противникам. Один из них дал команду к началу и принялся вслух считать шаги по мере того, как оппоненты удалялись друг от друга.

Лиза дёрнулась было кинуться на поляну, но Алексей крепко перехватил её рукой за талию. Нельзя было мешать. Ни по закону. Ни из простого здравого смысла. Любое отвлечение внимания могло сгубить Николая.

– Пятнадцать! – раздался окрик секунданта.

Противники развернулись лицом друг к другу. Встали вполоборота, чтобы уменьшить площадь попадания. Подняли пистолеты.

Лиза не сводила взгляда с Николая. Ей почудилось, что рука его дрожит, а на лбу выступил пот. А ещё, что всё это ужасно неправильно. Нереально. Подобное просто не может происходить. И, возможно, сложилось бы совершенно иначе, будь она сговорчивее прошлым летом, когда Николя пытался ухаживать за ней в своей прямолинейной манере.

С дерева на краю поляны со скрипучим карканьем сорвалась ворона, вспугнутая криками секундантов. Её чёрный силуэт показался грязной кляксой на фоне малиновой глади заката.

Время будто остановилось на пару бесконечных ударов сердца. Полагалось помолиться, но Лиза не успела вспомнить ни одной молитвы.

Раздалось хлёсткое и неотвратимое:

– Стрелять!

Два выстрела прогремели одновременно.

Николай Юсупов выстрелил в сторону вороны, подняв руку гораздо выше, чем требуется.

Мантейфель – в Николая.

Пуля последнего могла бы попасть в верхнюю часть плеча. Вероятно, гвардеец того и хотел. Однако же поднятая рука всё решила. Выстрел пришёлся точно в бок.