Чтение онлайн

— Поставьте её на учёт, — его голос прозвучал как удар хлыста, отсекая пространство для манёвра. — Здесь. Полное наблюдение. Отчёты — мне.

Врач кивнул, щёлкая мышью.

— Конечно. Данные вашей дочери уже внесены, а вот что касается данных отца…

— Ставьте прочерк! — рявкнул отец, медленно поднимаясь с кресла.

Для него в последнем акте этой пьесы ничего интересного, судя по всему, уже не было.

Он нехотя повернул ко мне голову.

— Я буду ждать тебя в машине. — сухо процедил он, разворачиваясь к дверям.

Он ждал, что я согнусь, сломаюсь, пробормочу какую-нибудь ложь или расплывусь в унизительных оправданиях под давлением его молчания.

Но что-то перещелкнулось внутри. Какая-то пружина, сжатая до предела, вдруг распрямилась с такой силой, что выжгла весь страх дотла.

Я подняла голову. Прямо. Высоко.

— Ну почему же прочерк. — криво улыбнувшись потянула я, вставая, поправляя юбку. — У моего ребёнка есть отец.

Я видела, что он застыл, а потом резко обернулся, встречая его взгляд без тени сомнения. В горле пересохло, но голос прозвучал чётко, громко и неумолимо, как приговор:

— Соболев. Даниил Владимирович.

Имя повисло в мгновенно сжавшемся воздухе, словно грохот выстрела.

Врач, набирающий данные в компьютер, лишь равнодушно кивнул.

— Так, Соболев Даниил Владимирович… — пробормотал он, сосредоточенно печатая. Эта фамилия не сказала ему ровным счётом ничего.

Но для моего отца она прозвучала как разорвавшаяся бомба.

Это был не просто шок. Это было потрясение. Я видела, как под идеально выбритой кожей его скулы задвигались, как сузились зрачки и задрожали крылья носа от резкого вдоха. Его пальцы сжались в кулаки с такой силой, что побелели. Лёд в его глазах дрогнул, а потом полыхнул так, что мне стало страшно. Всего на долю секунды, но страшно. Я увидела его потрясение, но что самое главное, я увидела его страх. Он знал Дана. Знал слишком хорошо, чтобы это было похоже на случайность.

Он не произнёс ни звука. Он не двинулся с места. Но от него, всегда такого холодного, невозмутимого, контролирующего всё и вся, шарахала такая неприкрытая мощная волна чистой, немой ярости, что воздух в кабинете стал густым и тяжёлым, словно перед грозой.

Врач, закончив вводить все данные, подняла на него вопросительный взгляд, но, встретившись с этим ледяным адом, поспешно опустила глаза. Не желая быть втянутой в надвигающийся со скоростью астероида звездец.

Отец медленно подошёл к столу, вглядываясь в монитор, снова перевёл взгляд на меня, сжав зубы, чуть оскалившись. Каждое его движение было теперь обдуманным, взвешенным и оттого в тысячу раз более угрожающим.

— Оформите всё, — его голос был тише обычного, но в нём слышался скрежет стальных шестерёнок. — Если нужны будут дополнительные данные, я их вам передам. Лично!

И его взгляд, вернувшийся ко мне, был уже не просто взглядом хозяина на непокорную собственность. Это был взгляд человека, который только что осознал, что его дочь — не пешка. Он ещё не знал точно, кто я, но был уверен, что меня можно использовать в своих интересах. И война, которую он считал давно забытой, только что перешла на новый, совершенно непредвиденный для него виток. Интересно, почему он так удивился? Ярость вполне объяснима. А вот удивление? Даже шок?

Да что там случилось?

— На выход! — рявкнул он, — и в машину.

Пожав плечами, я встала, улыбнувшись врачу.

— Всего доброго, Анна Сергеевна. — пропела я, впервые почувствовав свою силу.

— Всего… доброго. — заикаясь прошептала она. Абсолютно не въезжая в то, что сейчас произошло в её кабинете.

А мне хотелось рассмеяться. Впервые за последние месяцы. Я сделала свой ход, наобум и попала в десятку.

Поэтому в машине я ничуть не удивилась его вопросу.

— Откуда ты его знаешь, дрянь?

Ммм… Серьёзно? И ты ждёшь, что я на него отвечу? Отвечу так, как ты этого хочешь? Лови.

— Он купил меня как шлюху. — опустив голову вниз, пожала плечами, разглядывая свои ногти так, словно от этого зависела вся моя жизнь, чувствуя, как отец буравит меня своими глазами, пытаясь прожечь во мне дыру. — В том самом баре, где я работала официанткой. На одну ночь.

Он усмехнулся. Резко подняв голову, взглянула ему прямо в глаза, улыбаясь самой противной улыбкой из своего арсенала.

— И да, он знал, кто я такая.

Упс-с-с…

— Немедленно в мой кабинет!

Его голос метался по огромному холлу. В него вплеталось дребезжание хрустальных подвесок на люстре, по которым волной прошёл грохот от захлопнувшихся дверей.

Я, вздёрнув подбородок, прошла на кухню и, достав из огромного двухстворчатого монстра бутылку минеральной воды, села за стол и припала к горлышку, делая большие шумные глотки. Я не комнатная собачка и не собираюсь по его требованию прыгать с тумбы на тумбу. Переломится. Выждав полчаса, вздохнула и медленно, нога за ногу, поднялась на второй этаж. Из-за дверей кабинета несся его голос. Жёсткий, резкий. — Выяснить всё! — Он с кем-то разговаривал по телефону. — Как это случилось? Почему мне не доложили об этом! Меня не волнуют ваши оправдания! Он жив, и я хочу знать, почему это произошло!

Я стояла ни жива ни мертва. Пальцы сжимали ручку до боли. Неужели то, о чём я и подумать не могла, могло быть правдой. А что это за правда, мне предстояло выяснить. И сейчас игра шла уже в открытую. Толкнув дверь, я переступила порог, встретив его ни черта не выражающий взгляд. — Я перезвоню! — Резко оборвав свой диалог, он бросил телефон на стол и отвалился на спинку кресла.

— Я слушаю тебя. — Сев в кресло, сложила на груди руки.

— Насколько я понимаю, ты считаешь себя хозяйкой положения. — Процедил отец.

Он даже не смотрел на меня. Его взгляд прошивал меня насквозь, словно я была прозрачной, пустым местом.

— Возможно…

— Так вот, это не так! — Оборвал меня он. — Ты идиотка, влезшая голой жопой в улей. Это не тебя поимели, это меня хотели поиметь, но он не учел только одного, что я просчитываю все ходы заранее.

— Да? — Хмыкнула я, подняв бровь. — И что же это за гениальный ход?

— Твой брак. Уже через неделю. А это... — Он кивнул головой в сторону моего живота. — Если ему нужен будет этот... — Я предупреждающе сдвинула брови. — Ребёнок, — Выплюнул он, скривив губы. — В чём я очень сомневаюсь, я воспользуюсь этим на все сто процентов, чтобы окончательно его уничтожить.

Неделя? Нет-нет-нет, этого мало! Я ни черта не успею сделать за это время. Я искренне рассчитывала на то, что до свадьбы века у меня будет хотя бы месяц!

— Неделя? — Выдохнула я, не успев взять себя в руки, открывшись на секунду. Но этого ему хватило.

— Неделя! Сегодня ужин. Завтра с утра заявление и пресса, а то, что ты беременна, ускорит процесс само по себе. Когда раздаёшь карты, будь уверена, что твой соперник может разыграть партию, даже имея на руках одного короля и две шестёрки. Завтра утром приедут снимать мерки.