Чтение онлайн

– Это почему, господин дож?
– Инголь наклонил голову, бросив изучающий взгляд.

– Я чувствую, что что-то изменится, и ваш отряд придётся расформировать - у вас не будет средств на его содержание.

– Прошу извинить меня, но...
– Сзади подошёл слуга и, галантно отодвинув Эльдре в сторону, протянул Инголю бокал, а затем что-то положил в заранее вытянутую вперёд вторую руку Инголя. Инголь повертел это что-то в пальцах, весьма заинтересовав Эльдре, сделавшего второй глоток, больше предыдущего.

Эльдре узнал слугу - это был тот же, что дал ему второй бокал с превосходным тизельбургским вином.

– Что же вам дал слуга? Вы с ним знакомы?
– Спросил Эльдре с ухмылкой на устах - грязь к грязи, хоть эти слуги и были хороши, они были куда хуже своих хозяев, знающих правила этикета и умеющие торговать по-настоящему, а не торговаться на рынке, как делала чернь.

– Да так, мелочь. Да, знаком. Отличный парень, жалко, что ему приходится прислуживать всем этим богачам, которые, если честно, весьма невоспитанны.
– Инголь сделал глубокий глоток, затем повертел бокал в руке перед глазами, сосредоточенно его разглядывая.
– Хоть я и не знаток, но мне нравится это вино, его цвет, его вкус.
– Инголь уставился на Эльдре, отчего у того мурашки пошли по спине.
– А как вам, нравится тизельбургское?

– Д-да, прекрасное вино. Другие вина, даже многолетней выдержки, намного хуже него. И это я говорю не оттого, что патриот, хоть я им и являюсь, но оно действительно лучше других.
– Эльдре под пронизывающим взглядом Инголя сделал глубокий глоток, отпив половину оставшегося вина.

Ему почему-то стало жарко. Раздражённо маша рукой, он процедил сквозь зубы, улыбаясь и почти не двигая губами:

– Грядут большие изменения. Нужно будет очень постараться, чтобы остаться на вершине вертикали власти.

В глазах потемнело и поле зрения стало стремительно сужаться, голова закружилась и Эльдре показалось, что его сейчас стошнит, но он упрямо выпил из бокала - он не мог позволить себе испортить свою же репутацию, как и репутацию Нейно - они были близкими друзьями, отравившись на приёме.

– Ничего, переживу, и не такое переживал, если быть честным.
– Инголь поднял предмет, которым игрался, двумя пальцами, и теперь он предстал перед глазами господина дожа.
– Вот так и живём. Никакой уверенности в завтрашнем дне.
– Инголь улыбнулся.

Глаза Эльдре округлились. Его обошли, обманули, сделали с ним то, что сделал бы он с ними. Как он не заметил раньше? Он мог спастись минуту назад, приложив достаточно внимания к этому предмету, но он не захотел, был погружён в мысли об уничтожении своих противников и Инголя, который противником до этого не являлся, а стал им уже после попытки убийства; но Инголь его обошёл, оставив далеко позади - такой ловкости Эльдре не видел до этого, использовать план противника и, изменив некоторые переменные, сделать свой ход - мастер, истинно мастер. Но как он узнал?

Эльдре сделал глубокий вдох и наклонился вперёд, слабо стоя на ногах. Затем ноги подкосились и он упал на колени, смотря в след Инголю, стремительно удаляющегося за сошедшимися плотной стеной спинами гостей. Его стошнило на прекрасный паркет, которым уложен зал, и упал в свою же блевоту. В агонии, он не мог пошевелиться, а затем испустил дух.

Как Инголь сумел?

Глава XLIV

Со смертью Эльдре начнётся новый виток борьбы за власть, и Разенет не желал упустить единственный шанс на исполнение своей великой задумки. Он должен был максимально использовать все свои ресурсы, иначе он, как и множество раз до этого, ещё на службе у Империи во времена Хоргиса Пентарийского, упустит возможность и не продвинется ни на шаг к цели.

Он отпил из бокала - ему и вправду нравилось это вино, не то, что вина Рейнхольфа или Мыльныйа, но даже несколько лучше в некоторых аспектах - цветочный аромат и мягкий вкус. Он уже встречал здесь Аганну, на удивление хорошо переносящую отсутствие нового тёмно-синего плаща. А пока - Разенет рассматривал всех вокруг и отпивал из хрустального бокала, полного вина. Скоро, очень скоро все начнут в панике кричать - Эльдре лежит бездыханный в соседнем зале. Так и вышло.

В зал забежал перепуганный Нейно и тихо, что никто не расслышал, а затем громко, на весь зал, перебивая громкостью остальные рты, прокричал: господин дож Эльдре умер, следов убийцы нет.

– Господа, прошу оставаться спокойными.
– Совсем не спокойным голосом сказал Нейно.
– Мы вызвали городскую стражу, они уже здесь, и они опрашивают всех в соседнем зале. Прошу оставаться спокойными!

В зале тут же объявились самозваные детективы, которые принялись искать тех, кому было выгодно убийство, и все сразу же сошлись во мнении, что виновать Игер, стоящий в углу, окружённый дамами. Разенет ухмыльнулся про себя - он знал, кто убийца, и сделает всё, чтобы его не нашли, а затем по следу не пришли к Разенету.

Через несколько часов унылого рассматривания картин, очередного портрета члена семьи Нейно, стражники с расспросами добрались и до этого зала, в котором собрались две кучки, обсуждающие непременно убийство - они не допускали и мысли, что Эльдре умер сам - яд ракшас невозможно определить в крови или других флюидах тела, он не оставляет совсем никаких следов - потому ракшасы и страшны неподготовленному к встрече с ними путнику. Убийство расследовал лично шериф - не каждый день убивают дожа целой торговой республики размером в один город и несколько деревень выше по реке, но обладающей огромной казной, пополняемой налогами на торговлю. Придирчиво рассматривая гостей, шериф Натеш - так его звали - выбирал людей для допроса и по-одному расспрашивал их, весьма поверхностно, видимо, рассчитывая найти убийцу случайно, надеясь на свою удачу.

Разенет выбрали одним из последних. Допрашивали в какой-то коморке, уставленной разной домашней утварью: швабры, щётки, вёдра...

– Разенет Инголь? Тот самый, что вошёл в город и заставил себя нанять?

– Он самый, господин шериф.
– Разенет поднял бровь, сделав удивлённое лицо.
– Меня все почему-то знают, но я - никого.

– Бросьте, вы прекрасно знаете почему.
– Шериф улыбнулся.

– Вы правы. Знаю. Я - хороший, если не отличный, полководец, потому меня все знают.

– Не надо хвалиться, это плохая черта.
– Натеш сделал суровое лицо.
– Что капитан наёмников делал на вечере, на котором собралась верхушка знати всего Тизельбурга? Нейно и вас пригласил?
– Шериф сощурился, рассматривая камзол Разенета, белый с красными полосами по бокам.

– Популярность, должно быть.
– Разенет пожал плечами.
– Я удивился, когда Нейно прислал мне приглашение через посыльного. Пришлось наскоро собраться, чтобы не опоздать - всего за два часа до приёма посыльный до меня добрался.