Чтение онлайн

— Хорошо, Эл, хорошо. Кстати, что слышно о Франкле?

— Работа — в порядке. Жалоб нет. Бумаги идут как часы.

— Но? — Уайт раскурил ещё одну сигару, наслаждаясь дискомфортом Райса. Нынешних управленцев отнимали от груди на морковном соке и йогурте, а не на «Сиграме» и сигарах. — Давай, там есть «но» — я чувствую.

— Ну, меня беспокоит, нет ли у Виктора какого-то внешнего… давления. Время от времени он… Я поймал сегодня утром лифт. Знаете, как заскакиваешь, выставив портфель, чтобы дверь не закрылась?

— Угу?

— Наверное, задел его ногу. Он поднял взгляд — и на минуту мне показалось, что он готов убить.

— У всех бывают такие дни.

— Наверное.

— Но, Эл, — пуффффф, вздоооооох, — давайте приглядим за Виктором. До меня доходят и другие вещи.

v.

— У вас потрясающие глаза, вы слишком долго их прятали. Большие. Серые. — Окулист перевёл луч с правого глаза на левый. — Необычайно большие. Необычайно серые.

И — то ли был виноват полуденный свет — необычайно пронзительные?

Виктор не по-настоящему видел своего лица лет тридцать. Теперь за два крохотных диска он обменял вечно утолщавшиеся стёкла в роговых оправах.

— Да, мистер Франкль, разница поразительная.

Конечно, дело было отчасти в волосах — завитки сзади лежали на воротнике.

И усы были лучше и гуще, чем когда-либо.

Но глаза, да — глаза были главным!

— Поначалу вы будете чувствовать некоторый дискомфорт.

— Нет…

— Все чувствуют.

— Не я.

— Но через день-два—

— Я их не буду носить.

— Вот как?

— Пока ещё нет.

vi.

Должно быть, он видел эту вывеску сотни раз, не замечая её. Теперь она притягивала его внезапно и тёмно. Виктор перешёл дорогу на красный свет к чёрной вывеске, качавшейся на ветру: THE RENEGADE TATTOO SHOP .

Пять основательно потрескавшихся ступеней разделяло его и зелёную дверь этажом ниже. Он начал мерить шагами тротуар туда и обратно.

Это было безумием.

(Ecoutez…)

Ему не нужна была татуировка.

(А почему бы и нет?.. Чёрт, у половины мужиков в зале татуировки…)

Но в том-то и дело…

(Ах, mon ami, ты думаешь, тебе это не пойдёт?.. Эй…)

Но что ему делать, когда он закатает рукава?

(Awaille! Покажи немного Силы!)

vii.

Пока огромные руки массировали скованность из его тела, Чик смотрел, полусосредоточенно, как Виктор делает отжимания на брусьях.

— Что он затевает, Клайд?

— Хрен его знает. Старина Вик — он такой.

— Слышу тебя. Порублю-ка вот тут, ладно, детка?

По плечам и верхней части спины пробежала вьюга рубящих ударов ладонью. Вьюги перемежались завихрениями акупунктурных большых пальцев. Рубящие удары придавали голосу Чика — высокому, сиплому — вибрато.

— Он набрал ещё почти два кило. И знаешь, какая у него талия? Семьдесят девять с половиной. Он растёт вверх и вниз одновременно. — Эй… Подожди, секунду… Вот он снова пошёл в стретч-рум. Давай посмотрим, что он там делает.

Они успели вовремя, чтобы увидеть любопытную картину. Виктор, держась за боковой поручень для баланса, выполнял серию боковых ударов ногой. Удары переходили от медленных к быстрым — с хлёсткими движениями бедра, что выглядело как идеальная техника: бедро внутрь, нога прямая, ступня развёрнута режущим краем. После двадцати повторов Виктор встряхнул ногой и начал левой.

— Ну дела, — сказал Клайд.

Чик сказал: — Не верю своим чёртовым глазам.

После ещё двадцати Виктор обернулся. Его разгорячённое тело блестело от грозы пота. — Хотите увидеть кое-что безумное?

Он сделал несколько быстрых шагов, а потом взлетел — в воздухе, как реактивный самолёт. Приземлился почти беззвучно, погасив удар предплечьями и ладонями.

Чик потянул ремешок повязки. — Раньше у меня был приличный зал.

viii.

Ле Муан смотрел, как Виктор закрывает дверь — на шестьсот долларов богаче. И на триста беднее. Ле Муан всё никак не мог понять. Виктор коллекционировал монеты годами. Но стоило ему переступить через порог — он превращался в беспомощного и жалкого простофилю. Казалось, он не имел ни малейшего понятия о монетах, которые приносил, — и не испытывал к ним никакого интереса.

Чем бы он ни торчал — Ле Муан желал ему удачи. Долго это не продлится. Ле Муан прикинул: колодец почти иссяк.

ix.

Виктор отступил на шаг, чтобы оглядеть сегодняшнюю добычу, разложенную на кровати. Было 18:30 воскресенья, а шопинг он начал в полдень. Чего только не было в этом мире — купи и владей!

Постельное бельё Sterling Stripe от Christian Dior… Координирующее одеяло с серебристой велюровой подкладкой… Рубашка и галстук Armani… Бордовые мокасины Bally… Шесть пар шерстяных носков Polo… Три пары трусов Calvin Klein… Лосьон после бритья, гель для душа и дезодорант-стик Bill Blass… Высокотехнологичная зажигалка Cardin… Банные аксессуары Andre Richard…

Конечно, ему понадобится ещё одна прибавка — ещё одна работа — кредит!… Пять месяцев назад он застыл бы у ворот, скованный дюжиной мелочных, копеечных вопросов… Но «Азбука» освободила его… Думай как богатый , говорил Рок, — это первая ступень… Выгляди как богатый — вторая… И Стань богатым , если осмелишься… Он осмелился!..

Он разделся, бросив брюки в кучу и швырнув рубашку на кровать. Перед зеркалом репетировал позы. Охватив локоть выпрямленной руки, он мог напрячь грудные. Рука на бедре округляла плечо. Правильно держащаяся сигарета красиво напрягала бицепс.

Виктор демонстрировал с девятой по счёту — всё ещё на одну сигарету меньше лимита. Мышцы рябили, вздувались и выступали буграми.

(T'as-tu deja vu un grand jack comme lui?) (Ты когда-нибудь видел такого мужика?)

По порыву он снял костюм с вешалки и подвесил перед собой, один палец зацеплен под крючком.

(Bonjour…)

Bonjour…

(Do you know me?)

Моё лицо…

(Tres bon…)