Чтение онлайн

Я тяжело сглатываю.
– Извини, Гектор. Но я звоню, чтобы сообщить, что я не вернусь. Я ухожу.

– Что значит ты уходишь? Ты не можешь просто уйти.

– Да, я могу. И я только что это сделала. Извини, но ты знаешь, что единственная причина, по которой я хотела работать на тебя, была в том, что я была в отчаянии.

– Да, что изменилось?

– Мое финансовое положение изменилось.

– Ты шутишь, да? Ты не можешь так поступить со мной. У меня несколько заказов на тебя сегодня вечером в белой комнате.

– Пусть другая девушка займет мое место.
– Я вздыхаю.
– Я должна идти. Я позвоню тебе через несколько часов, чтобы объясниться. Мне действительно очень жаль.

Раздается дверной звонок, и я выбегаю из квартиры, репетируя, как я буду объяснять Дерреку отсутствие Эрика.

– Извините, что так долго, - говорю я, проскальзывая на пассажирское сиденье.
– Мне нужно было позаботиться о некоторых вещах.

– Все хорошо.
– Глаза водителя смотрят на мои руки.
– Вы не берете сумку?

– Нет - Я смотрю в окно.
– Я не собираюсь задерживаться в Мексике.

– Ладно. Тогда поехали.
– Он поворачивает ключ в замке зажигания.

Аэродром находится всего в десяти минутах от моей квартиры.

Самолет белый и плавный, с логотипом "ЛаКлер" на хвосте.

Приступ головокружения пронзает меня, когда я поднимаюсь по ступенькам. Моя жизнь скоро изменится. Если он сдержит свое обещание, к концу дня я буду свободна от долгов. От мысли стать финансово свободной у меня кружится голова. Я бы смогла полностью сосредоточиться на накоплении денег для оплаты учебы без долгов, поглощающих большую часть моего дохода.

Интерьер самолета напоминает роскошную, просторную гостиную, которая намного больше моей маленькой квартиры.

– Я рад, что ты решила приехать.
– Тон Деррика ровный, сухой. Он указывает на кожаное сидение.
– Присаживайся.
– Он смотрит на мои руки, также как и его водитель.
– Ты не останешься в Мексике, да?
– Темная туча проходит через его черты.
– Где мой сын?

– Он не придет. И да, я не останусь в Мексике. Я здесь только для того, чтобы рассказать тебе все, что ты хочешь услышать. Я хочу, чтобы твой пилот вернул меня обратно.

– Когда я вернусь из Мексики, то хочу увидеть его.
– Звонит телефон, и он поднимает трубку.

Со вздохом облегчения я расслабляюсь в кожаном кресле.

Мы больше не разговариваем, пока самолет поднимается в небо. Деррик довольно долго беседует по телефону с братом. Когда заканчивает, он предлагает мне стакан лимонада. Я принимаю у него стакан, осматривая его лицо на наличие признаков вины. Я вижу только грусть.

– Ты должна была привести его.
– Он провел рукой по одной стороне своего лица.
– Я хотел увидеть его. Разве тебе не кажется, что ты достаточно долго скрывала его от меня?

– Во-первых, объясни мне, почему ты вообще не хотел иметь с ним ничего общего в начале.

– Как я уже говорил, я понятия не имел, что ты беременна.

– Доказательство того, что я говорю правду, находится в пакете, который я оставила тебе. – Кажется, мне не стоило разрывать письмо.

Он копается в кармане и вытаскивает пакет, заполненный кусочками его письма.
– Это мне ни о чем не говорит. Расскажи мне правду. Я хочу услышать ее от тебя.

– Когда я узнала о беременности, то пыталась поговорить с тобой в школе, но ты был явно больше не заинтересован во мне после того, как получил то, что хотел. Итак, я оставила тебя в покое. Мне пришлось бросить школу за год до выпуска, потому что моя жизнь изменилась.
– Я часто задышала, чтобы обрести контроль.
– Через несколько дней после того, как уехала, мне стало плохо от того, что я не так уж сильно старалась поговорить с тобой. Я подумала, что ты захочешь знать. Поэтому, я нашла адрес одного из ваших семейных предприятий в Интернете и отправила тебе письмо.

– И ты говоришь, что я ответил на письмо?

Я киваю.

– Ты ответил. И дал понять, что это моя проблема.

– Какого черта мне это делать? Ты думаешь, что я какой-то монстр или типа того?
– Все его лицо искажено от ярости.

– именно так я думала в то время. Мне было больно, и я злилась, но мне пришлось смириться с этим и взять себя в руки ради ребенка, которого я произвела на свет.

– Давай проясним одну вещь, Брук.
– Он размещает руки на подлокотники своего кресла.
– Я никогда не получал от тебя письма.

– Тогда что это?
– Я указываю на пакет рядом с ним.
– Почему бы тебе взять и не собрать это письмо вместе, прочитай его. После этого, скажи мне, если я лгунья.

– Для начала ответь мне на один вопрос.
– Он наклонил голову в сторону, сузив глаза.
– Где, черт возьми, мой сын? Почему он не здесь?

– Потому что он не может быть здесь.
– Я засовываю руку в свою сумочку и вытаскиваю рамку для фотографий, на мгновение смотрю на нее и передаю ему.

– Что это?

Его вопрос звучит как нож для моего сердца.
– Это фото его УЗИ.

Он смотрит на меня, его губы сжаты в тонкую линию.
– Пожалуйста, скажи мне, что ты не отдала его на усыновление.

Я крепко закрываю глаза.
– Нет, Деррик. Я не отдала. Эрик мертв. Он был мертворожденным.
– Я опускаю взгляд на фото в рамке.
– Это все, что у меня осталось от него. Это и воспоминания о том, как он рос внутри меня.

– Нет.
– Глаза Деррика расширяются.
– Он умер?

21. Деррик

В душераздирающей тишине я наблюдаю, как Брук резко падает вперед, обхватывая руками живот, когда ее ломает. Я должен пойти к ней, сделать что-нибудь, чтобы она почувствовала себя лучше. Она потеряла ребенка. Я потерял ребенка. Мы потеряли ребенка.

Как такое возможно, что в одно мгновение я узнаю, что являюсь отцом, а в следующее - что мой сын мертв? Я только подумал, что быть отцом не так уж и плохо. На пути к аэродрому я представлял, каково это будет впервые встретиться с моим мальчиком. Я был спокоен, даже рад. Теперь все кончено. Если я чувствую такую сильную боль из-за ребенка, с которым никогда не встречался, как она должна себя чувствовать? Она носила его девять месяцев.

Чувствуя себя, словно пробираюсь сквозь воду, я поднимаюсь со своего места и встаю рядом с ней. Я сомневаюсь долю секунды, прежде чем положить руку на ее голову. Она немного поднимает голову, а затем снова опускает. Я наклоняюсь рядом с ней. Мне необходимо увидеть ее глаза, боль прожигает меня насквозь.

– Пожалуйста, прошу, посмотри на меня.

Ее глаза окрашены красным, когда ее взгляд встречается с моим.
– Ты действительно не знал о...

Я кладу руку под ее подбородок. Ее слезы текут по моей ладони.
– Клянусь Богом, Брук. Я понятия не имел.