Прикосновение ЛаКлер
Шрифт:
– Это хорошо. Я скоро выезжаю.
Как только мы заканчиваем разговор, я звоню пилоту реактивного самолета принадлежащего ЛаКлерам.
– Готовь самолет. Мы летим в Мексику. Должны быть в воздухе в течение часа.
После разговора я возвращаю свое внимание к Брук. Я до сих пор потрясен ее новостями.
– Мой брат Лэнс находится в больнице в Мексике. Мне нужно к нему.
– Жаль это слышать, - Стальные кинжалы исчезли из ее голоса.
– Отправляйся и будь со своим братом. В любом случае, нам больше не о чем говорить.
– Это не так.
– Я наливаю себе еще кофе и выпиваю.
– Мой водитель отвезет тебя к себе. Упакуй сумку, забери моего сына, и мы продолжим этот разговор в самолете.
– Это невозможно. У меня есть...
– Мне плевать, что ты должна сделать. Сделай это. Мне кажется, я заслужил. Если это работа, о которой ты беспокоишься, я заплачу тебе за твое время.
– Как ты не поймешь? Я не могу поехать с тобой в Мексику.
– Она откидывает плечи.
– Я не буду отказываться от своей жизни, потому что этого требует Деррик ЛаКлер.
– Я выплачу твои доли. Тебе больше не нужна эта работа.
– Я сама это решу.
– Она проводит рукой по волосам.
– Ты не можешь говорить мне, что делать.
– Отлично.
– Раздражение обжигает мне горло.
– Садись со мной в самолет... ты и мой сын... а как только мы доберемся до Мексики, ты можешь либо остаться в Кабо, либо пилот вернет тебя сюда. Если ты этого захочешь.
– Я сжимаю челюсти так сильно, что они болят.
– Этот разговор произойдет, хочешь ты этого или нет. Обязательно приведи моего ребенка.
– Прежде чем я снова начинаю говорить, я обвожу языком рот, чтобы устранить сухость.
– Мне также нужна подробная информация твоего счета.
К моему удивлению, она кивает и отодвигает свой стул.
– Один из моих водителей ждет тебя возле ресторана. Увидимся у самолета через полчаса.
Брук ни слова не говорит, пока уходит без оглядки. Наблюдая за ней, как она скрывается в ресторане, я звоню Брюсу, чтобы дать ему инструкции.
Мой взгляд падает на пластиковый пакет с порванными бумагами. Как будто в замедленной съемке, я поднимаю его со стола, возвышая на уровне глаз, изучаю его содержимое, не открывая.
Не имея времени заниматься этим прямо сейчас, я заталкиваю его в карман и выбегаю из ресторана в подземный гараж, где я припарковал свой "Мерседес" Е-класса три месяца назад.
Когда я еду по городу, слова Брук снова и снова звучат в моих ушах. Эрик. Эрик. Эрик. У меня есть сын, и его зовут Эрик, и я только сейчас узнаю об этом?
Один день страсти сделал меня отцом, а я ничего не знал. Я чувствую себя оскорбленным и преданным, но в то же время все мое сердце согревается тем, чего я никогда не испытывал прежде. Что-то теплое, утешительное.
Я никогда не планировал заводить детей, по крайней мере какое-то время. Ради Бога, мне всего лишь двадцать четыре года. Но, как ни странно, я не реагирую так, как думал буду реагировать в подобной ситуации. Страх - это последнее, о чем я думаю.
20. Брук
Я захожу в свою квартиру, хлопаю дверью и прислоняюсь к ней, прежде чем падаю на пол, обхватив свою голову руками. Водитель Деррика ждет внизу. У нас не так много времени, но мне необходимо побыть наедине с собой.
Как Деррик мог притворяться, что не знал об Эрике после всех писем, которые я послала и после его ответа? Он единственный, кто играет в игры, и думает, что это я виновата.
Все еще дрожа на полу, я достаю телефон и звоню Эллисон. В нескольких словах объясняю, что произошло.
Она не сразу отвечает. В тишине тоненький голосочек Леона спрашивает, грустит ли мама. – Брук, а вдруг он говорит правду? Что если он действительно не знает?
– Что, если он действительно не знает о чем?
– Что, если он не знает об Эрике?
– Это невозможно. Ты знаешь, что я не лгу. Я имею в виду, ты видела письмо, которое он написал.
– Комок разочарование закрадывается в моей груди. – Это он лжет.
– Дорогая, судя по твоим словам, кажется, он действительно сильно разозлился. Если он так зол, возможно, есть какое-то другое объяснение.
Я массирую лоб кончиками пальцев.
– Я не понимаю, какие еще могут быть объяснения. Он дал понять, что не хочет Эрика.
– Мои зубы вонзаются в мою губу так сильно, что начинает пульсировать, словно мой пульс.
– Успокойся, милая.
– Эллисон делает паузу.
– Что он хочет, чтобы ты сейчас сделала?
– Похоже, его брат находится в больнице в Мексике. Он хочет, чтобы я полетела с ним туда.
– Зачем?
– Видимо, чтобы закончить наш разговор. Телефон зазвонил во время нашей беседы.
— Значит, он хочет, чтобы ты сопровождала его?
– Она прочищает свое горло.
– Как долго?
Я поднимаю плечи и позволяю им упасть.
– Он не сказал. Сказал, если я решу, что не хочу оставаться в Мексике, как только мы приземлимся, он сойдет с самолета, а его пилот отвезет меня в Бостон.
– Возможно, ты не захочешь это услышать, но я думаю, тебе следует слетать.
– Но я обещала присмотреть за Леоном.
– Тебе не нужно. Я решила взять отгул до конца недели. Я уже позвонила в школу.
– Как он себя чувствует?
– Говорит, что чувствует себя немного лучше. По крайней мере, лихорадка прошла уже.
– Я рада это слышать.
– Я прикусываю свои суставы.
– Я до сих пор не уверена во всем что касается Мексики. Ты действительно думаешь, что я должна поехать?
– Я думаю, да. Делай, как он говорит, по крайней мере, пока он не погасит твои долги. И не чувствуй вины за то, что берешь его деньги. Он задолжал тебе кучу времени. С погашением долгов ты сможешь больше сэкономить на свое обучение.
– Хорошо, я поеду. Но я не останусь с ним в Кабо.
– Делай так, как подсказывает тебе твое сердце. Давай поговорим, когда ты вернешься.
Я собираю документы и собираюсь покинуть комнату, когда замечаю один из своих рабочих бюстгальтеров, висящий на спинке стула. Я достаю свой телефон из сумочки и звоню Гектору.
– Привет, Брук. Ты не заболела? Твой голос странный.
– Нет, нет, я в порядке.
– Потрясающе. Так почему ты звонишь? Ты должна отдыхать своим прелестным сном, чтобы быть отдохнувшей для сегодняшнего вечера.