Чтение онлайн

– Ммм... Хорошо. До свидания.

Когда я вешаю трубку, мое сердце разрывается от горя и разочарования. Я надеялась поговорить с кем-нибудь, кто понимает, через что я прошла. Кто может быть лучше, чем Дина Нисон? Она и ее сестра были так добры и заботливы во время моей беременности, но после родов я стала обузой. Я умоляла их позволить мне остаться даже после родов, чтобы помогать. Но в нестабильном состоянии, в котором я находилась, Дина настаивала на том, что я не смогу ни о ком позаботиться. Мое тело напрягается, просто думая о моих взрывах, когда меня попросили уйти, вытолкнув из еще одного места, которое я называла домом.

Затолкав телефон под подушку, я решаю, что когда-нибудь смогу навестить их, чтобы извиниться лицом к лицу

16. Деррик

Внутри шлема моё дыхание разгоряченное, когда я выжимаю двигатель Астон Мартина "Вулкан" до предела. Подчиняясь моим командам, он вырывается вперед, рассекая утренний воздух, как серебряное лезвие бритвы.

Когда я достигаю поворота, то сильно выворачиваю... слишком сильно... так, что машина грозится завалиться на бок. Звук двигателя заглушает то, что творится в моей голове, ослабляя смятение в сердце. Мое внимание сосредоточено на трассе, а не на образах Брук, которые мучили меня с тех пор, как я видел ее в последний раз, три дня назад. Чтобы сосредоточиться на гонке, мир должен исчезнуть.

Меня до сих пор унижает и бесит то, что я выжидал, как идиот, у её квартиры. Нормальный человек ушел бы, но не я. Она что-то скрывает, и я выясню, что это. Уик-энд в Нью-Йорке стал желанным отвлекающим маневром, шансом собраться с мыслями, прежде чем снова нанести удар.

Гонка заканчивается визгом шин. Адреналин все еще бурлит, я выхожу из машины и снимаю шлем с головы. Свежий ветерок проникает в волосы и охлаждает лицо, когда я обмениваюсь рукопожатием с парнями, которые пришли со мной на тренировку, и ухожу, вынимая мобильник из кармана.

Есть пропущенный звонок от Митча. Я перезваниваю ему

– Она вернулась в свою квартиру?
– Я вытираю пот со лба платком. Я попросил Митча присмотреть за Брук для меня. Прошлой ночью он упомянул, что она не была в своей квартире в течение нескольких дней, и часть меня не может не волноваться. Ради Бога, она проститутка. Кто знает, какие мужчины платят за ее услуги? Некоторые могут быть просто опасными, ведь беспокоиться – это нормально.

– Твоя девчонка полна решимости держаться подальше от тебя.
– Митч посмеивается.
– Итак, нет, она не появлялась. Но я знаю, что она живет у женщины по имени Эллисон Уинтерс.

– Перестань называть ее моей девочкой и отправь мне смс с адресом.
– Когда произношу слова, я уже спешу покинуть гоночную трассу "Лео Бартолини", направляясь к своей машине.

– Ты собираешься к ней, не так ли? Ты же знаешь, что это делает тебя официально сталкером, верно?

– И кем же делает тебя, когда ты ходишь за ней целый день?
– Я не могу сдержать улыбку.

– На случай, если ты забыл, у меня есть лицензия на подобного рода вещи. Что делает меня чертовски хорошим детективом.

– До свидания, Митч. Я позвоню тебе, когда вернусь в Бостон.

Брюс сидит в машине, читая "Нью-Йорк таймс". Независимо от того, сколько раз я говорю ему, что он может выходить, чтобы размять ноги, он отказывается, утверждая, что хочет быть готовым ехать в любое время. Он выходит только в туалет.

– Эй, босс. Тебе было весело?
– Он складывает газету и откидывается на спинку сиденья, разместив руки на руле.

– Заканчивай с этим "босс"-дерьмом и погнали.

Он трясется от смеха.
– Куда направимся отсюда?

– В отель, чтобы забрать наши вещи. После этого мы возвращаемся в Бостон.
– Я пристегиваю ремень безопасности.

Брюс поглядывает в зеркало заднего вида.

– Я думал, ты хотел остаться в Нью-Йорке еще на два дня.

– Я тоже так думал, - бегло смотрю на оживленную улицу.
– Планы иногда меняются.

– Все в порядке? Что-то случилось дома?

– Все в порядке. Мне просто нужно добраться до Бостона как можно скорее. У меня есть дела, которыми нужно заняться.
– Я откидываюсь назад на сиденье и чувствую пот на спине.
– Для начала, мне понадобится принять душ.

– Почему у меня такое чувство, что это как-то связано с проституткой?

– Без обид, дружище, но я бы предпочел не говорить об этом.
– Я не в настроении, чтобы еще один человек говорил мне, что я влюбился в Брук, когда я только присматриваю за ней.

Я пришел к выводу, что после боли, которую я причинил ей в прошлом, это единственный способ, который мне известен, чтобы загладить мою вину перед ней.

По дороге в отель я снова набираю ее номер, возможно, в сотый раз с тех пор, как видел ее в последний раз. Она до сих пор не берет трубку, и я не виню ее. Но на этот раз я снова звоню сразу после того, как срабатывает автоответчик. Я с удивлением подрываюсь, когда она поднимает трубку.

– Брук, ты там?

Она не отвечает. Единственное, что проходит через линию, это звук ее дыхания.

– Брук, пожалуйста, скажи что-нибудь. Поговори со мной.
– Я крепко сжимаю телефон, и он влажнеет от пота ладони.

– Мне нечего тебе сказать, Деррик. Пожалуйста, прекрати мне названивать.

Мне неприятно это признавать, но ее отказ врезается глубоко в душу.

17. Брук

– Эллисон, отправляйся на работу. Я действительно не против присмотреть за ним.
– Я складываю руки и прислоняюсь к стене, наблюдая, как Эллисон сидит на краю кровати Леона в виде пиратского корабля.

Я планировала вернуться к себе два дня назад, но когда Леон заболел, то предложила присматривать за ним в течение дня, пока Эллисон на работе.

– Ты уверена, что это не слишком? Я не хочу этим злоупотреблять.
– Она убирает волосы с лица Леона и целует его в лоб, ее светлые, волнистые волосы покрывают их обоих, как занавес.
– Ты уже так много сделала для нас.

– Это шутка, верно?
– Я качаю головой.
– Ты многое делаешь для меня постоянно. Серьезно, я бы совсем потерялась, не будь тебя в моей жизни.

– Я сомневаюсь в этом. Ты самый сильный человек, которого я когда-либо знала.

– Хотела бы я в это поверить.

Эллисон поднимается с кровати, вытягиваясь в полный рост 5 футов и 11 дюймов* (*примерно 180 см). У нее не только рост модели, но и тело полностью соответствует. И самое прекрасное сердце.

– Больше верь в себя.
– Эллисон подтягивает одеяло с изображением Супермена к шее Леона и оставляет ему еще один поцелуй.

– Мамочка, у меня болит голова.
– Голос Леона едва похож на карканье. Как только слова выходят, он начинает неудержимо кашлять. Мне жаль этого малыша. Бронхит — это боль. У меня было такое несколько раз в детстве.