Чтение онлайн

– Я многое хотела сделать в своей жизни, но у меня не было и шанса, потому что мне пришлось сосредоточиться на выживании. Если я решу вернуться в "Мираж", это будет мой выбор. И я все тебе верну. Меня не волнует, сколько времени это займет. Я отказываюсь быть в долгу перед тобой. Ты никогда не хотел быть частью нашей жизни, и я не понимаю, почему это должно измениться сейчас.
– Я смахиваю слезы, разозлившись на них за то, что раскрываю свою слабость.
– Я нуждалась в тебе.
– Я давлюсь словами.
– Он нуждался в тебе.

Между его бровями появляется складка.
– О чем ты говоришь? Кто нуждался во мне?

– Эрик, вот кто. Он нуждался в тебе, а тебя не было. Ты решил не быть с нами тогда. Так почему ты здесь сейчас? Неужели твоя вина слишком тяжела, чтобы ее вынести?

– Кто, блять, такой Эрик?
– Его телефон снова звонит, и он нажимает кнопку, чтобы тот замолчал, глаза наполняются вопросами.
– Что происходит?

Я облизываю губы. Конечно, он не знает имени Эрика, потому что я никогда не говорила ему.

– Эрик... наш сын.
– Я сжимаю губы.
– Имя, которое очень созвучно и напоминало мне о...

– Деррик.
– Телефон выпадает из его руки и бьется с грохотом о стол. Когда он говорит, его голос искажен.
– Наш сын?

19. Деррик

– У меня есть сын?
– Несколько маленьких слов, и моя голова, кажется, вот-вот взорвется.
– Как такое может быть? Мы использовали презерватив.
– Я вспоминаю о том дне, когда мы занимались сексом, и ищу подсказку, как она могла забеременеть, но я не припоминаю, что презерватив порвался. Мог ли я надеть его неправильно? Возможно, производственный брак?

Она сужает глаза, замешательство затмевает ее черты.

– Я не знаю ответа на этот вопрос. Все, что я знаю, это то, что я забеременела, а ты...
– она жует свою нижнюю губу.
– Ты был моим первым парнем, с которым я переспала.

Ее откровение толкает меня прямо на американские горки эмоций, и я с силой ударяюсь о землю.

– Мне так жаль... Я понятия не имел.
– Теперь я чувствую себя еще большим хером, который трахнул ее и ушел.

Она наклоняется вперед на стуле, ее глаза темнеют.

– В какую игру ты играешь, Деррик?

Я поднимаюсь на ноги, поставив руки на стол.

– Разве не я должен задать тебе этот вопрос?
– Охваченный яростью и растерянностью, я отступаю, пока моя спина не соприкасается с металлическими перилами террасы. Мои руки так крепко сжимают перила, что кровь отхлынула из суставов.

Глаза Брук расширяются одновременно с тем, как ее щеки заливаются цветом. Бусинки слез дрожат на ее веках.
– Я не понимаю.

– Нас таких двое, - резко говорю я.

– Ты знал об Эрике.
– Она качает головой.
– Какого черта ты притворяешься, что не знаешь?
– Боль и замешательство в ее глазах и словах заставляют меня задуматься, но я бросаюсь вперед в своем гневе, видя лишь красный. Я снова двигаюсь вперед, хватаюсь за край стола.

– Откуда мне было знать? Ты ни слова не сказала. Ты ушла, помнишь? Ты исчезла из высшей "Магнолии", не сказав ни слова. Так скажи мне, как именно я должен был узнать о беременности?

Она поднимается на ноги, но снова опускается на стул, двигая руками вверх и вниз по своим плечам, растирая прочь мурашки.

– Я говорила тебе.
– Ее шепот надламывается.
– Я говорила тебе, Деррик.
– Возможно, она думает, что если она повторит это достаточно много раз, я поверю в это. Единственное, что это сделает, это выбесит меня еще больше.

Я с силой выдвигаю свой стул и врезаюсь в него. Я хватаю чашку, наполняю ее кофе и сливаю его, пока он еще слишком горячий. Если бы только кофеин мог избавить от головной боли, вспыхнувшей в висках.

– Повтори это. Повтори то, что ты только что сказала.
– Я наклоняюсь вперед, едва видя ее сквозь внезапный туман в моем зрении.

– Я сказала, что говорила тебе, а ты не захотел принимать участие. Ты сказал, что у тебя другие планы на свою жизнь, что ты не готов стать отцом.
– Она хватает салфетку и высмаркивается, после чего сминает ее в руке, крепко сжимая.

Я провожу рукой по своим губам.
– Это просто смешно. Как я мог сказать тебе эти слова, когда мы не разговаривали с тех пор...

– Ты сказал это в письме.
– Она засовывает руку в сумку и достает прозрачный пакет с порванными бумагами внутри. Узел в верхней части удерживает все содержимое.

Она бросает пластиковый пакет на стол и указывает на него дрожащим пальцем.
– Вот, твои слова.

Мой телефон звонит, когда я тянусь за пакетом. Чертыхаясь себе под нос, я поднимаю трубку.
– Что?

– Эй, Деррик, это я, Брайант. Какого хрена, ты не отвечаешь на звонки? Я пытался связаться с тобой все утро.
– Голос Брайанта звучит напряженно на другом конце.

– Сейчас не лучшее время.
– Я стискиваю зубы.
– У меня есть своя жизнь на случай, если ты не заметил.

– Нажми на паузу. Лэнс нуждается в тебе. Он нуждается в нас.

Я снова поднимаюсь и иду к перилам. Мои глаза фокусируются на брызгах фонтана ниже.
– Что с ним?

– Он в больнице. У него была передозировка обезболивающим.

Моя рука сжимает перила, когда кровь сходит с моего лица.
– Он в порядке?
– Мой голос громыхает внутри глотки.

– Он стабилен, но в течение следующих нескольких дней он будет находиться в больнице для наблюдения. Я думаю, что мы все должны изменить свои планы и поехать в Кабо раньше, чем планировалось.

– Ты думаешь, что это было сделано намеренно?

– Он говорит, что нет, но кто, черт возьми, знает? Такислучилось. Теперь мы должны пройти через это, как семья.

– Согласен.
– Я мгновение смотрю на Брук, прежде чем снова отвернуться.
– Мне пора идти. Где ты?

– На Гавайях. Но мы немедленно выезжаем.

Я зажимаю переносицу.
– Думаешь, он будет в порядке, пока мы не доберемся туда?

– Джиа наблюдает за ним, как ястреб. Я также побеседовал с врачами. Он в хороших руках.