Чтение онлайн

В этот момент я поняла, что истинная любовь — это не только жажда обладания, но и умение отпустить. Отпустить того, кого любишь, ради его блага, ради его будущего. Пусть он правит своим миром, пусть исполняет свой долг, а я… я буду жить своей жизнью, храня в сердце лишь отголоски нашей короткой, но такой яркой любви.

И хотя на сердце была невыносимая боль, в глазах появилась решимость. Я знаю, что никогда не смогу забыть его, но также знала, что это единственный правильный путь.

Путь, который даст ему шанс стать великим правителем, а мне — шанс найти свое место в этом мире.

Тем более я уносила с собой искру нашей любви, для которой поклялась воздвигнуть свой собственный прекрасный мир. Горько сознавать, что отцом ему станет другой.

— Ничего, мой маленький, — прошептала я, ласково касаясь живота, еще почти плоского, но уже хранящего в себе трепетную тайну новой жизни. — На этот раз я тебя не подведу.

Как ни утешала себя сейчас, а тоска разливалась в груди, словно яд от мысли, что не суждено мне в этой жизни разделить путь с любимым. Зачем же снова наступила на грабли, когда поклялась никого не впускать никого в свое сердце?

Возродить царство из пепла, разгадать последнюю загадку Вахуса и воспарить в божественные чертоги — вот мои истинные цели. Но меж ними прокралось прошлое, зов которого я не смогла, да и не захотела игнорировать.

А если вдуматься, не чувствую я пока неудержимой тяги покинуть этот мир. Что ждет меня там, в чертогах? Есть ли там озорной ветер, играющий с прядями волос и ласкающий щеки?

Освежает ли там прохладная вода, смывающая печали и невзгоды? Радует ли глаз сочная зелень, укрывающая в знойный день своей тенью? Существует ли там любовь, способная вознести душу в небеса?

Я не знаю ответов… И, быть может, именно поэтому мое сердце откликнулось на зов другого сердца. И это такое упоительное чувство, пусть даже и оставившее привкус горечи на губах.

Жизнь прекрасна, и пока я здесь, я буду жить. А жить мне есть ради кого.

Если бы я вступила на порог дворца Мигиря, то кто знает, какие вихри судьбы закружили бы нас?

Кто дал бы гарантии, что с нами было бы все хорошо? Я думаю, никто. Да почему я должна жить в чужом дворце, когда есть свой. Пусть пока в руинах, но это временное его состояние.

Мне бы разгадать загадку Вахуса, найти свои силы, и тогда ты, малыш, будешь в неприкосновенности, словно жемчужина в раковине. Я воздвигну для тебя царство, сотканное из любви и безопасности.

И для этого я должна оградить тебя от всех бед. Ты не должен вырасти без мужской поддержки. Мы найдем тебе отца, пусть и фиктивного, но он у тебя будет. Он будет щитом от жестокого мира.

Сегодня мы отправимся на этот проклятый невольничий рынок и выберем мужчину, который на время станет нашей защитой и прикрытием от злых языков и любопытных глаз.

Я ни в коем случае не должна стать олицетворением распутства. Повелительница и внебрачный ребенок — это непростительный диссонанс.

Этого нельзя допустить ни при каких обстоятельствах. А ведь мои мечты плели совсем иную картину: заботливый отец, крепкая семья, ребенок, рожденный в любви и согласии….

Однако судьба распорядилась иначе, и я несу в себе плод греха, дитя тайной страсти, который будет заклеймен внебрачным рождением.

Это пятно, которое я должна скрыть любой ценой, чтобы оградить его от общественного порицания. Он должен жить спокойной и счастливой жизнью.

Я должна играть по их правилам, чтобы защитить себя и своего ребенка. Придется мимикрировать под этот прогнивший мир, пока я возвожу свой собственный мир, где ветхие устои и лицемерные правила постепенно уйдут в небытие.

Ненавижу эту часть базара, клоаку отчаяния, где каждый камень мостовой, кажется, впитал слезы и безысходность. Но сегодня я здесь, и иду сквозь толпу под маской бера, наслаждаясь лицемерными поклонами.

Внимание привлек один из трех помостов. На нем, словно изваяние скорби восседал старик. Его седые растрепанные волосы напоминали облака перед грозой, а одежда, хоть и не новая, хранила еще следы былого достоинства. В каждом движении чувствовалась обреченность, взгляд то и дело метался в сторону.

Проследив за его взглядом, я увидела женщину. Она стояла на коленях, съежившись от горя, и слезы, как драгоценные жемчужины, катились по ее щекам.

На торги был выставлен каменщик. Он дерзнул обмануть самого бера, кому воздвигал дом. Тот уличил его во лжи, и теперь, лишенный средств уплатить непомерную неустойку, он стоял, словно скотина, на позорном помосте.

Болезненный укол сострадания пронзил грудь. Что-то нестерпимо фальшивое звучало в этой сцене. Не вязался этот старик с образом мошенника, да и сомнительно, чтобы суд долго разбирался в деле, где против него сам бер: деньги — вот главный судья, всегда на стороне богатых.

Вначале я не хотела вмешиваться, но выяснилось, что если его никто не купит, то его ждет смерть: отрубание руки и ссылка в Худор, в каменоломни.

За обман беру были жестокие наказания.

— Сколько он стоит? — прозвучал мой вопрос, рассекая гнетущую тишину.

Услышав ответ, я едва сдержала усмешку. Неужели жалкие десять серебряных монет способны покрыть расходы бера? Впрочем, стоимость старика и так была высока, вот почему он и пылился здесь, никому не нужный.

— Я покупаю.

Мои слова упали в тишину, словно камень в колодец. Мгновение спустя раздались саркастические смешки, словно стая ворон поднялась в небо.

Старик, казалось, ничего не слышал. Он удрученно смотрел на женщину, словно не смея надеяться на избавление. Вдруг она очнулась от оцепенения и поползла ко мне, хватая за ноги.

— Господин! Заберите и меня в рабыни! Умоляю, не разлучайте нас!

— Прочь! Где твоя гордость? Где стыд? Открыла лицо и теперь унижаешься? Уйди! Не докучай почтенному беру своими недостойными мольбами!

Раздался свист плети, и удар обрушился на её спину. Она вздрогнула, но лишь сильнее прижалась к моим ногам. Старик рванулся к ней, но и его настигла та же участь.

— Оставь её! — мой голос прозвучал как раскат грома. — Встань. Пойдешь со мной.

Расплатившись с торговцем, мы вернулись в доходный дом, где я распорядилась выделить им отдельную комнату. Дав им время успокоиться и прийти в себя, я потом выслушала их неприглядную историю.

Оказалось, Абдул со своей бригадой нанялся построить дом для бера. Обговорили цену и сроки. Но когда дом был готов, бер обвинил его в том, что тот завышал стоимость материалов.