Чтение онлайн

— Простите, я просто не ожидала такого жеста от вас, — сказала я, чувствуя, как напряжение немного спадает.

Он посмотрел на меня, его фиолетовые глаза смягчились.

— Иногда работа требует слишком много ответственности, — ответил он, слегка улыбнувшись. — Но мы все остаёмся людьми, даже в таких условиях.

Мы продолжили ужин в более расслабленной атмосфере. Его попытки ухаживать за мной, пусть и неловкие, были искренними, и это придавало мне сил. Несмотря на все трудности и тревоги, я ощущала, что в этом норке есть что-то настоящее и доброе.

Следователь, немного поколебавшись, наконец решил рассказать мне, зачем он на самом деле пришёл.

— У меня есть план, — начал он, откладывая в сторону пустую тарелку. — Хили сейчас вся на нервах, и я хочу воспользоваться этим, чтобы спровоцировать её.

Я смотрела на него с удивлением и любопытством. Каков интриган!

— Завтра я разрешу всем обедать вне комнаты, — продолжил он. — А вам нужно будет найти графа Говарда Шельда и постараться попасть на глаза Хили вместе с ним.

Мы сидели в моей комнате, куда следователь вошёл с аккуратно накрытым подносом для ужина. Ароматы тёплого хлеба и мятного чая слегка разрядили напряжение, царившее между нами. Я нахмурилась, пытаясь уловить логику его плана, и мысленно перебирала варианты, к чему именно он может привести. Следователь устроился напротив, поставив поднос на край столика, и наблюдал за моей реакцией, будто ждал, одобрю ли я его задумку.

— Почему именно граф? — спросила я, слегка сдвинув брови. Вопрос прозвучал твёрже, чем я ожидала сама от себя.

— Мы знаем, что Луиза танцевала с ним на балу, — пояснил он, легко кивнув, и в голосе послышался отзвук уверенности. — Это могло спровоцировать ревность у Хили. Важно, чтобы она увидела вас вместе, и тогда у неё в душе может вспыхнуть буря эмоций. После этого постарайтесь устроить скандал наедине с ней. Нам нужно, чтобы она призналась в своих действиях, а мы подслушаем ваш разговор.

Я сжала кулаки, обдумывая перспективы. План казался рискованным, но это мог быть наш единственный шанс вывести её на чистую воду. В груди нарастало непривычное тепло: смесь азарта и страха.

— Это очень рискованно, — произнесла я, стараясь говорить ровно, хотя внутри всё сжималось. — Что если она ничего не скажет?

Следователь плавно кивнул, соглашаясь с моей тревогой. В полутёплом свете комнаты я увидела, как в его глазах мелькнула тень сомнения.

— Мы понимаем риски, — ответил он, тихо отводя взгляд куда-то в сторону, словно тоже примеривал на себя все возможные исходы. — Но это может оказаться единственным способом выпытать её истинные мотивы. Вы справитесь?

Я сделала глубокий вдох, отмечая, как тишина между нами вплотную резала слух. Вся обстановка словно сжалась вокруг, ожидая моего ответа.

— Я попробую, — выдавила я наконец, чувствуя, как волнение сталкивается с решимостью. — Если это действительно поможет докопаться до истины, я готова рискнуть.

Следователь отрывисто кивнул и улыбнулся — лишь лёгкое движение губ, но в его глазах вспыхнула короткая искра одобрения, будто он наконец поверил в меня.

— Отлично, — сказал он ободряюще. — Я буду рядом, отслежу каждый ваш шаг. Мы вместе это провернём, и всё прояснится.

На миг в комнате повисла напряжённая тишина, наполненная нашими несказанными мыслями и мыслями о том, какая опасность ждёт меня впереди.

После ужина он помог мне убрать посуду и на мгновение задержался у двери.

— Завтра будет ещё один трудный день, — сказал он, глядя мне в глаза. — Но я хочу, чтобы вы знали, что я здесь, чтобы помочь вам.

Я кивнула, чувствуя благодарность и лёгкое тепло от его слов.

— Спасибо вам, — ответила я. — Это многое значит для меня.

Он улыбнулся и вышел, оставив меня с ощущением, что, несмотря на все трудности, я не одна в этой борьбе.

Я начала готовиться к завтрашнему дню, осознавая, что на карту поставлено многое. В голове роилась тысяча мыслей, а сердце сжималось от напряжения. Я пыталась выстроить чёткий план, но каждая идея казалась мне либо слишком рискованной, либо недостаточно эффективной. Я сидела у окна, глядя на медленно угасающий свет за горизонтом, и прокручивала в голове каждую возможную тактику, пока ночь всё плотнее окутывала академию.

Как завтра спровоцировать Хили? Этот вопрос не давал мне покоя. Она всегда была рядом, улыбалась, поддерживала, и я доверяла ей. А теперь её образ, когда-то яркий и дружелюбный, окрашивался в мрачные и недосягаемые тона. Что изменило её? Что могло заставить её поступить так, будто она уже не та Хили, которую я знала? Её поведение казалось мне не просто предательским, но и глубоко личным ударом. Я снова и снова пыталась понять, что стояло за её поступками: страх, обида или, возможно, что-то более зловещее?

Ещё сложнее был вопрос о Говарде. Его надменная осанка, самоуверенность и ледяной взгляд всплывали передо мной, заставляя задумываться, как подступиться к такому человеку. Он явно не тот, кто легко согласится помочь без весомых причин. Я перебирала варианты: подойти напрямую и поговорить с ним или попытаться обойтись хитростью, чтобы не вызвать подозрений. Сможет ли он понять, что моя просьба — это часть важного плана? Или, возможно, в своём высокомерии он сочтёт мои слова попыткой манипуляции?

Часы текли, а я всё сидела в кресле у окна, глядя на слабые проблески луны, которые едва проникали сквозь плотные облака. Вскоре меня охватила апатия: чем больше я думала, тем запутаннее всё становилось. Ощущение одиночества накатывало волной, но отступать я не могла. На кону стояла не только моя репутация, но и, возможно, правда, которая могла разрушить всё, во что я верила.

Я тяжело вздохнула и поднялась, чтобы заварить себе травяной чай. Горячий напиток успокоил меня, и я начала записывать свои мысли на листок бумаги, надеясь, что структурирование идей поможет мне разобраться. Но даже это не облегчало моё состояние. Каждое решение казалось каплей в море неопределённости.

В конце концов, измученная и морально, и физически, я поняла, что сил больше нет. Я переоделась в ночную рубашку, медленно подойдя к кровати. Мягкое постельное бельё обволакивало меня теплом, но мысли не оставляли ни на минуту. В голове кружились тревожные сценарии завтрашнего дня: Хили с её холодным взглядом, Говард с его непроницаемой маской, бесчисленные варианты развития событий. Даже в полусонном состоянии я продолжала искать ответы на свои вопросы.

Мои веки начали тяжелеть, а сознание погружаться в сон. Тревожные мысли и неясные планы плавно смешались в тумане усталости. Глубоко в душе я знала, что не могу позволить себе ошибиться. Завтрашний день обещал быть долгим, трудным и, возможно, самым важным в моей жизни. Но я должна справиться. Ради правды, ради справедливости, ради того, чтобы, наконец, понять истинные мотивы Хили.