Чтение онлайн

— Милая, давай присядем. С твоей подругой всё будет хорошо, — проворчал Эрик, недовольно косившийся на меня, будто хотел вернуть всё моё внимание исключительно себе.

— Не ворчи, родной. Лучше принеси нам шампанское, — улыбнулась я, опускаясь на мягкий диванчик. Рядом тут же уселся Ал, демонстративно махнув рукой в сторону Эрика, как бы говоря: «Ну давай, беги за шампанским».

Эрик приподнял бровь и поджал губы, изображая из себя глубоко обиженного. Я не выдержала и заливисто рассмеялась. Смех был таким искренним, что слёзы начали течь по щекам. Пока я пыталась успокоиться, мой надутый норк вернулся с подносом, уставленным бокалами шампанского.

— Ну, ну, не дуйся, любимый! — я нежно потянула его за руку, усаживая рядом и целуя его в щёку. — Спасибо за шампанское, оно бесподобное! — я сделала глоток, и вкус игристого оказался гораздо лучше всего, что я помнила из своего мира. Лёгкое, чуть сладковатое, оно буквально таяло на языке.

Эрик наконец оттаял, и вечер продолжился в том же духе. Мы много танцевали, смеялись и даже немного выпивали. Я успела станцевать не только со своими мужчинами, но и с двумя одногруппниками, а также с мужьями Вивьен. Она, в свою очередь, тоже успела потанцевать с моими. Всё было настолько весело и беззаботно, что время словно летело.

В один из моментов, когда мы с Ви наслаждались шампанским неподалёку от террасы, меня накрыла странная тревога.

— Ви, а ты не видела Хили? Что-то её давно не видно, — спросила я, пытаясь оглядеть зал.

— Танцевала недавно с графом вроде… — отозвалась подруга, но и сама начала искать её взглядом.

В этот момент я заметила её. Она шла в сторону выхода, но выглядела растрёпанной и явно расстроенной. Её глаза блестели от слёз, а лицо выражало смесь злости и боли. Я ахнула от неожиданности.

— Подержи мой бокал, я к Хили, — быстро сказала я, вручая бокал Вивьен, и бросилась к подруге, не обращая внимания на взгляды вокруг.

Проходя мимо террасы, я почувствовала, как сильная рука резко дернула меня в сторону и буквально впечатала в чью-то грудь. Это была мужская, твердая грудь… Так, стоп!

— Отпусти меня, Каллем, — произнесла я спокойно, хотя сердце стучало так быстро, что, казалось, его можно было услышать.

Он ослабил хватку, но продолжал слегка приобнимать, как будто боялся, что я могу сбежать. Его взгляд… В нём была надежда, перемешанная с болью и жаждой. Но ведь это он сам отказался от меня! Я совершенно не понимала этого мужчину.

— Анриэль, прости… Я хотел поговорить. Ты не против? — его голос звучал глухо, а глаза смотрели прямо в мои, будто пытаясь прочесть мои мысли.

— Ты уверен, что нам есть о чём говорить? — спросила я сиплым голосом, который меня саму удивил.

— Да… Я понимаю, что сразу поставил на нас крест… но я хочу попросить у тебя шанс. Один шанс для нас. Я знаю, мне нет прощения за то, как я поступил, но я всё же буду пытаться его добиться! — его голос дрожал, как будто он собрал все силы, чтобы сказать это.

Я посмотрела на него, стараясь остаться равнодушной, но его искренность и дрожь в голосе заставили меня почувствовать… смешанные чувства.

— Зачем тебе это, Каллем? Ты можешь выбрать себе другую девушку. Парность — это не приговор. Не нужно на мне зацикливаться, — ответила я, стараясь звучать убедительно, хотя внутри всё было не так уж и спокойно.

— Но я не хочу другую! — воскликнул он, будто это само собой разумеется. — Ты мне понравилась с первого взгляда, а дальше я только делал ошибки. Я полнейший дурак и трус! — его голос становился всё более напряжённым. — Я именно струсил, Анриэль! Боялся такого же брака, как у моих родителей. Но теперь… Ты дашь мне шанс? Шанс доказать, что я не такой трус, каким показался?

Я замерла. Его искренность была почти осязаемой, но… что я могла ему ответить?

— Я не уверена, что мне это нужно… — сказала я медленно, глядя в сторону. — По крайней мере сейчас. Возможно, тебе будет лучше с местными девушками, а меня ты вскоре забудешь. Ты просто зациклился на мне, Каллем. Мы друг друга даже не знаем. И эта парность — всего лишь предрасположенность к хорошей совместимости, но она не обязывает нас быть вместе. И уж тем более — любить. Ты понимаешь, о чём я говорю?

На мгновение в его глазах мелькнула боль, но он быстро взял себя в руки. Его лицо стало каменным, а голос — ровным.

— Да… Я услышал тебя. Я не хочу быть навязчивым. Возможно, через год или два ты захочешь меня снова увидеть. А пока… Ты права. Может, я найду себе другую девушку, которая станет для меня важной. Я не имею права сейчас что-либо требовать от тебя.

Его голос был ровным, но в глазах сквозила обречённость. Или мне показалось? Наверное, я слишком много думаю.

— Я рада, что мы нашли общий язык, — сказала я, пытаясь улыбнуться, хоть и робко. — А теперь, прости, мне нужно найти Хили. Она выглядела расстроенной, кажется, плакала.

— Хили? Я видел её. Она танцевала с графом два танца. Терпеть не могу этого выскочку, — буркнул он, скривив губы.

— Пойду успокою её, а ты лучше не вмешивайся. Это женские проблемы, — добавила я, надеясь, что он не последует за мной.

— Хорошо. Да и не те отношения у нас с ней… — он вздохнул и, замявшись, спросил: — Возможно… ещё позже поговорим?

Его неуверенность в голосе была заметна. Видимо, нервы у него на пределе.

— Да, конечно. Увидимся позже, — ответила я, разворачиваясь и уходя быстрым шагом.

Я не оборачивалась. В голове крутились его слова, но я старалась подавить нахлынувшие чувства. Сейчас это было лишним.

Мысли путались, и этот разговор с Каллемом дался мне невероятно сложно. Но я понимала, что поступила правильно. Он был для меня сейчас слишком… слишком сложным. Даже слов не подобрать. Возможно, у нас есть какое-то будущее, но точно не сейчас.

С этими мыслями я шла вдоль коридора к комнате Хили. Голову начинало ломить от бесконечного вороха размышлений, а мрачный коридор вызывал легкое чувство тревоги. Свет был приглушённым, и тени от окон и дверей словно вытягивались в непривычные формы, создавая атмосферу, которую я не могла назвать уютной.

Подойдя к комнате Хили, я постучала, но в ответ была только тишина. Немного помедлив, постучала ещё раз, чуть громче. Снова никакой реакции. Я почувствовала, как внутри начало нарастать беспокойство. Наконец, я решилась открыть дверь. Здесь никто не запирал комнаты — «это же не достойно местных женских особей», как любили говорить. Но мне было всё равно, я просто переживала за подругу.

Комната оказалась пуста. Я зашла внутрь и огляделась, но там не было никаких следов её присутствия. Ванная тоже пустовала, и даже вещи лежали так, будто их никто не трогал весь вечер.