Чтение онлайн

Я резко распахиваю глаза. Время вокруг замедляется, превращается в густой сироп. Рядом со мной и вправду стоит Морт. Он чуть наклонил голову, и за ниспадающими на лоб пепельными волосами я вижу его глаза — бездонные искры тьмы, в которых плещется тревога… А губы чуть изогнуты в знакомой усмешке.

Он здесь. Он и правда здесь!..

Бросил главного подозреваемого, того, кто, возможно, ответственен за все происшествия, и вернулся ко мне. Спасти меня.

Вот идиот. Безрассудный, невероятный, притягательный…

Любимый

.

На миг наши взгляды встречаются. Весь мир исчезает — треск пламени, разрушенный собор, угроза. Есть только он и я.

В этой безмолвной паузе, в глубине его темных глаз я вижу отражение не просто долга по контракту. А что-то сильнее, глубже, и опаснее. Он смотрит так, словно я — единственное, что имеет значение в этом сером, умирающем мире.

И я понимаю — да. Я… дорога ему. Действительно дорога. От этой мысли по спине пробегает одновременно и сладкий озноб, и леденящий ужас.

Замедленное мгновение рвется, реальность врывается с прежней скоростью.

— Какого… — начинает первый демон, отступая на шаг, но слишком поздно.

Движение Морта плавно и смертоносно. Коса в его руке описывает молниеносную, свистящую дугу. Лезвие проходит сквозь обоих демонов одновременно, не встречая видимого сопротивления. Их огненные фигуры на мгновение застывают с выражением шока и неверия на лицах, а затем рассыпаются мириадами гаснущих искр.

Коса исчезает из руки Морта так же бесшумно, как и появилась.Затем он поворачивается ко мне. Руки в перчатках поднимаются и осторожно ложатся на мое лицо, большие пальцы мягко очерчивают скулы, словно стирая грязь и слезы. Глаза внимательно изучают, ища следы повреждений.

— Ты цела? — его голос звучит тише обычного, в нем сквозит неподдельная, почти неприкрытая тревога.

Я киваю, не в силах оторвать взгляд от его лица. И тут вспоминаю.

— Ксаргон! — выдыхаю, резко поворачивая голову в сторону байка, где только что разворачивалась их схватка. Фигуры в балахоне там уже нет. — Он уходит, Морт! Мы еще можем…

— Он уже ушел, — Морт мягко, но настойчиво поворачивает мое лицо обратно к себе, а его пальцы чуть сжимаются на щеках, требуя внимания. В глубине черных глаз на мгновение мелькает тень досады.

— Я сорвал капюшон, успел увидеть его лицо, готовится задержать, но потом… потом я услышал тебя.

Его слова повисают в воздухе. Он был так близко к разгадке… однако повернулся спиной к врагу. Из-за меня.

— Зачем? — шепчу я и мой голос едва слышен. — Почему ты это сделал, Морт? Почему спас меня, а не погнался за ним?

Парень молчит мгновение, его взгляд гипнотизирует, притягивает, не отпускает. Расстояние между нами кажется совсем ничтожным.

— Потому что я не мог поступить иначе, Айви, — его голос тоже снижается до шепота, и это простое признание звучит громче любого крика.

Он не выпускает мое лицо из рук, держит так, словно я самое хрупкое и ценное сокровище в его не-жизни.

— Да, но… — пытаюсь мыслить рационально, хотя под пронзительным взглядом это почти невозможно. — Твоя работа? Моя свобода? Что теперь будет?

— Просто подождем, пока Мальфас не отыщет твоего бывшего, — уверенно говорит Морт, и его тон не оставляет места для сомнений. Он слегка отстраняется, но руки перемещаются на плечи, не разрывая контакта. — До Данс Макабра еще почти полторы недели. Знание — это уже половина победы, не так ли?

А я... смотрю на изгиб его губ, на линию подбородка, и думаю лишь о том, что если бы Морт поцеловал меня прямо сейчас, в этом разрушенном, пропахшем серой соборе, то точно не получил бы отказа.

После битвы в руинах мы толком не обсуждаем произошедшее. Я не особо намекаю о своих новых, непривычных чувствах, да и Морт не торопится целовать меня вновь. Вместо этого мы сосредотачиваемся на обычной работе.

Наверное, поэтому следующие пара дней проходят в относительном спокойствии. Мы выезжаем в Нью-Йорк и Джерси, чтобы помогать совершать переход душам, проводим молчаливые вечера у камина… Но напряжение так и сквозит в общей атмосфере черного особняка и Изнанки в целом.

Через короткие телефонные разговоры Морта узнаю следующее: Танатос не то, что бы сильно доволен тем, как мы устроили ловушку. Точнее, недоволен совсем. После провала огромная ответственность ложится на плечи Мальфаса, разыскивающего Шейна, и только от него теперь зависит, застрянет расследование, или продвинется вперед.

Что ж, хороший шанс мы и правда упустили. Однако бог смерти припоминает и то, что некоторое время до этого все тела без душ тоже были перепоручены Мальфасу, и ситуация для Морта начинает выглядеть совсем скверно. Он предстает в глазах начальника уже не лучшим сотрудником, заслуживающим повышения, а Жнецом, уклоняющимся от обязанностей и совершающим ошибки, что выглядит куда хуже.

От мрачных мыслей я отвлекаю Морта как могу. Надеюсь, что с протекцией Лилит, и после обнаружения главного преступника, его репутация будет восстановлена, и все станет как прежде.

В конце-концов, парень, кажется, смиряется. И как-то раз, после работы, предлагает мне прокатиться. Я не возражаю — развеяться нам обоим будет полезно.

Мы мчимся на юг, мимо Бэттери-парка, где деревья похожи на костлявые руки, тянущиеся к свинцовому небу. Впереди вырастает громадный, почти нереальный силуэт моста Верраццано-Нарроус. Мотоцикл взлетает на него, и под нами разверзается черная, маслянистая гладь залива Аппер-Бэй.

Ветер здесь становится сильнее, он свистит в ушах, развевают короткую юбку шелкового платья, и вообще всячески пытается вырвать меня из объятий Морта, но я лишь крепче обхватываю его. Мы пересекаем невидимую границу, оставляя позади призрачный Бруклин.

Съехав с моста на Статен-Айленд, байк замедляет ход. Улицы здесь тише, дома ниже, неоновые пятна реже. Морт сворачивает на неприметную улочку, которая бежит вдоль самой воды. Останавливается у небольшого участка, похожего на крошечную набережную, где старые деревянные лавочки смотрят на темную воду.

Позади нас, через дорогу, виднеются три небольших, но изящных викторианских дома с остроконечными крышами и резными карнизами. Их цвета в Изнанке приглушены, но они все равно выглядят на удивление уютно. Вокруг — заросли кустов и несколько деревьев, их листва серо-зеленая, но живая. И самое странное — здесь нет никого. Ни одной бледной тени, ни одного любопытного демона или потерянного призрака. Полное, почти неестественное уединение.

— Что это за место? — шепчу я, глядя на завораживающую панораму потустороннего Нью-Йорка по другую сторону залива. — Зачем ты меня сюда привез?