Чтение онлайн

Парень замолкает, и тишина давит, наполненная его невысказанными мыслями. Я жду, не смея его торопить, чувствуя, как нечто важное висит на волоске.

— Я всегда презирал слабость, Айви, — наконец произносит Морт, не поворачивая головы, почти бесцветно, но каждое слово отдается гулким эхом в моем сознании. — Считал зависимость от кого-либо унизительной кабалой. А теперь... теперь эта слабость к тебе — единственный источник силы, который у меня остался.

Он поворачивается ко мне, и я вижу в его глазах бездну. Не холодную и пустую, как прежде а полную вихрей, сомнений и какой-то мучительной нежности.

— Я пытался бороться с этим, — его голос крепнет, и в нем появляется прежняя властность, но теперь она направлена не на меня, а на самого себя, на свои чувства. — Потому что признать это — значит признать, что я... уязвим. Что есть кто-то, кто держит в руках осколок моей души. Каждый раз, когда ты рядом, мир обретает цвет. Без тебя Изнанка — это просто серый шум и тени.

Морт наклоняется ближе, так, что его холодное дыхание касается моей щеки. Взгляд тяжелый, гипнотизирующий.

— Такова правда, Айви. Некрасивая, неудобная, пугающая, возможно. Но другой у меня для тебя нет… Это ты хотела услышать? — он почти выдыхает последние слова, и в них звучит окончательное, бесповоротное принятие неизбежного. — Вся моя искалеченная, темная суть теперь принадлежит тебе. Можешь делать с ней, что хочешь. Только… не уходи.

Смотрю на него и понимаю, что никогда еще не видела парня таким уязвимым и прекрасным.

— Я никуда не уйду, — шепчу, и слова слетают с губ прежде, чем я успеваю их обдумать. Они просто рвутся наружу, потому что это единственная правда. — И плевать на договор. Я пожалела в тот же момент, как его подписала, снова. Не он мне нужен, Морт. А ты. Здесь, сейчас, и всегда.

Удивление на его лице — неподдельное, искреннее. Маска спадает окончательно, открывая под ней не Жнеца Изнанки, а кого-то другого. Кого-то, кто разучился верить в искренность и сейчас не может поверить своим ушам. Его глаза расширяются, в них мелькает что-то похожее на растерянность и… надежду?

И я целую его.

Этот поцелуй — другой. Не ответ на внезапный порыв, не сиюминутная прихоть, а мое собственное решение. Мой выбор. Я вкладываю в него все свои сомнения, весь свой страх и всю свою внезапно обретенную решимость быть рядом с ним, чего бы это ни стоило. И он отвечает мне с такой же силой, прижимая к себе так крепко, будто боится, что я растворюсь в зыбком тумане Изнанки. И в этот момент мне кажется, что даже вечность может подождать.

— Ты не исчезнешь, душа моя. Никогда, — шепот обжигает ухо. — Обещай мне.

— Я обещаю… — шепчу в ответ.

Ночь обволакивает нас шелковым шарфом, когда наши губы вновь встречаются. Поцелуй властный и жадный, но я отвечаю с той же силой, впиваясь пальцами в его куртку. Кожаные перчатки со скрипом смыкаются на моей шее и Морт наклоняет мою голову, углубляя поцелуй.

— Мне нравится, когда ты так настойчива, — выдыхает парень, в то время как мои пальцы находят пряжку его ремня.

Но не дает мне расстегнуть — вместо этого руки скользят по моей спине. Один точный рывок, и пуговицы рассыпаются по пледу, а шелковое платье спадает вниз. Пальцы парня — опытные, привыкшие к застежкам такого рода — находят крошечные крючки между лопаток. Один щелчок, и кружевной лифчик падает на плед.

Холодный воздух касается обнаженной груди, но почти сразу его ладони закрывают ее. Пальцы в перчатках сжимают, заставляя меня выгнуться.

— Перчатки — это перебор, не считаешь?.. — нарочито-недовольно морщусь я.

— Ты права. К черту их, — Морт прикусывает кончик пальца, ухватывая кожу перчатки зубами. И начинает снимать, медленно, не отрывая от меня горящего взгляда. Выглядит

смертельно

сексуально.

Оголенные пальцы кажутся еще опаснее, когда касаются моего живота, будто бы оставляя ожоги на коже. Я стону, когда они приближаются к трусикам, но тут же мщу ему, срывая его куртку. Парень помогает мне, отводя назад плечи, и на миг наши губы расстаются — ровно настолько, чтобы куртка улетела в песок.

Целую его шею, чувствуя, как бьется пульс под кожей, пока мои руки проникают под футболку. Морт закидывает голову, когда ткань наконец слетает через голову, обнажая бледную кожу с серебристыми шрамами.

— Ты знаешь, что делаешь со мной? — голос парня звучит чужим, сдавленным. — Нетерпеливая, жадная...

Морт требует большего, но я отстраняюсь ровно настолько, чтобы между нами оставался опасный дюйм пространства.

Песок сыплется с моих плеч мелкими золотистыми искрами, когда я оказываясь сверху. Мои колени сжимают бедра парня, а ладони прижимаются к его груди. Кончики пальцев скользят по каждому рельефу пресса, ощущая, как мышцы напрягаются в ответ на мои прикосновения. Дыхание Морта сбивается, а мои губы опускаются к ключице.

— Ну и кто кого сейчас мучает? — выдыхает он.

— Я еще не закончила… — улыбаюсь многообещающе.

Скольжу кончиками пальцев по низу его живота, играю с металлической пряжкой ремня, но не спешу расстегивать. Морт чуть приподнимает бедра в немом требовании, и я чувствую, как напрягаются все мышцы, как горяча кожа под моими ладонями.

— Это... нечестно... — его голос срывается на высокой ноте, когда я наконец расстегиваю ремень и застежку штанов, но останавливаюсь в сантиметре от цели. Вижу, он пытается сохранить последние крупицы самообладания.

Прежде чем я успеваю среагировать, рука парня обхватывает мои запястья. Все происходит стремительно — мир опрокидывается, и вот я уже лежу на спине, вдавленная в плед всем весом его тела. Он прижимает меня так, что ребра сжимаются, а легкие с трудом ловят воздух.

— Ты сводишь меня с ума... — шепчет Морт.

Его свободная рука начинает медленное, неумолимое путешествие вниз. Пальцы скользят по коже, оставляя за собой горячие следы, пока не находят край моих трусиков. Один точный рывок — и тонкая ткань рвется с тихим шорохом, освобождая доступ. Большой палец проводит дорожку, заставляя меня вздрогнуть.

— Хочешь, я покажу, что могу быть более жадным? — он поднимает взгляд, и в его обычно бездонных глазах я вижу бурю — темную, неконтролируемую, от которой внизу живота все горячо сжимается.

— Я хочу всего и больше… — шепчу на выдохе.

Пальцы сначала описывают медленные круговые движения, затем более настойчивые. Первое же касание языка заставляет меня вцепиться в его волосы — не знаю, пытаюсь ли я оттянуть или прижать сильнее. Язык парня горячий, невероятно мягкий и в то же время сильный, движется с жадной точностью, находя самые чувствительные места. Я стону, чувствуя, как мои ноги начинают дрожать.

— Ты так прекрасна, когда теряешь контроль... — шепот обжигает кожу, прежде чем он возвращается к своему занятию, доводя меня до самого края, но в последний момент отступая, оставляя висеть в мучительном ожидании.

Парень повторяет это снова и снова, пока я не начинаю умолять — не словами, а всем телом. Не замечаю, в какой момент он лишился остатков одежды — кажется на какое-то время я и правда выпала из реальности. Но Морт возвращает меня к ней, лишь для того, чтобы снова показать звезды.