Чтение онлайн

– Дорогой, Бог, - проникновенно сказал он.
– Сделай, пожалуйста, так, чтобы мы не померли здесь с голоду, и сегодня утром Настя Сёмина накормила нас хотя бы завтраком.

– Дурак!
– Сёмина толкнула его в плечо.

– А что я неправильно молюсь?

– Знаешь, Петров, ты вообще-то уже взрослый, можешь и сам себя покормить, - сказала я.

– Сам не могу. Не умею. Меня мои мойры ни к холодильнику, ни к плите, ни даже к чайнику не подпускают.

– Какие ещё мойры?

– Мать, тётка и бабушка. Это я их так ласково называю, потому что они на ткацкой фабрике в Измайлово работают. Так вот, мне категорически запрещено прикасаться к продуктам питания.

Петров поднялся, отряхивая колени.

– Чтобы я их либо не испортил, либо не съел каким-то неправильным образом, типа сыра без хлеба, паштета прямо из банки или сырые сосиски.

– Как же ты кушаешь, когда их нет дома?
– поразилась Настя.

– Такого не бывает. Дома всегда кто-то есть. У них там специально смены всякие и графики.

– Это странно, - сказала я.

– Согласен. Я и сам вешаюсь. Теперь понимаешь, почему я так мечтал сбежать оттуда. С утра до вечера под присмотром, вечно кто-то воспитывает и мозг выносит. То не туда положил, не так сел, неправильно встал, слишком рано из школы вернулся, слишком поздно вернулся, громко музыку включил, свет в ванной не погасил, прошел по сырому полу и всё в таком духе.

– А папа что?

– Ну, отец-то умный мужик, уважаю его. Он как от них ещё десять лет назад свалил, так больше туда ни ногой. Кстати, он у меня повар. Именно поэтому мойры и напрягаются. А вдруг, меня тоже на это потянет. Типа мужик, который готовит - это ненормально. Им, конечно, лучше всех знать, каким должен быть нормальный мужик. Но чуть у меня прокол какой, обязательно следует комментарий "гляди-ка, мальчик весь в отца".

– Ладно, считай, Бог смилостивился, - растроганно улыбаясь, сказала Настя.
– Я покормлю тебя, мальчик. Заодно и чайник кипятить научу.

==========

Глава 16 ==========

Наверное, в те времена, когда этот дом не был ещё холодным, грязным и заброшенным, в Капищено было очень приятно жить. Просторные комнаты с высокими потолками, большие окна, вид с одной стороны на кипарисы и фонтан, а чуть поодаль - круглая бревенчатая беседка. С другой - на аллею из старых, склоненных деревьев, площадку для отдыха и густой смешанный лес.

В столовой и нескольких других комнатах остались красивые темные деревянные шкафы, кое-где сохранились даже хрустальные люстры до которых, воришкам, видимо, не удалось дотянуться. В гостиной стояла мягкая мебель - пузатый кожаный диван и кресла, в трех спальнях из пяти огромные двуспальные кровати, одна из которых была даже с каркасом для балдахина. Лестница, ведущая со второго этажа на третий, застелена красной ковровой дорожкой.

Ванны было три, но в той, что на третьем этаже не осталось ничего, кроме торчащих из стен и пола труб. На втором этаже - треснувшая душевая кабина, скорей всего её пытались снять и в итоге сломали. На первом, старая желтоватая ванна на кривых ножках за выцветшей шторкой. В столовой с распашными дверями - большой тяжелый обеденный стол и пианино, в гостиной бархатные шторы и напольные часы с маятником.

Для нас с Настей я выбрала комнату с темно-коричневыми обоями и крупными цветами жасмина, потому что она находилась на третьем этаже, прямо над залой, и в ней проходила труба от камина. Не могли же мы продолжать ночевать, как на вокзале. А ещё там стояла одноместная деревянная кровать с высокой спинкой, и оставалось перетащить вторую металлическую койку из хозяйственной комнаты, чтобы получился отличный двухместный номер.

В итоге, неисследованной оказалась только левая часть коридора на третьем этаже, которая заканчивалась запертой дверью, ведущей в угловую башню. И сколько мы не пытались её открыть, ничего не получалось.

Неожиданно выяснилось, что у Герасимова бывают приступы трудовой деятельности, а руки растут из правильного места, потому что пока на него никто не смотрел, он разобрался с водяными баками в гараже и запустил воду по трубам и батареям. А потом, когда оказалось, что в ванной на первом этаже кран сломан и течет, заменил его на кран из неработающей ванны.

В кладовке возле кухни Марков обнаружил несколько мясных консервов, банку засахарившегося мёда, сгущенку, мешок с отсыревшей и заледеневшей гречкой, пакет жуткого цвета муки, добавил к этому то, что осталось у нас, и пересчитал. Затем составил список допустимой каждодневной нормы на человека и выдал его Насте. Оказалось, что продержаться на том, что есть, мы сможем максимум неделю, поэтому вопрос "откуда брать еду" по-прежнему остался открытым. Воду, как и раньше, решили растапливать из снега, для чего Якушин притащил из гаража две большие пластиковые бочки.

Амелина было решено переселить в мансарду. Тепло, светло, и никому мешать не будет. Вероятно, раньше там была детская: низкая кровать, узенькие полочки лесенкой, комплект из трех разноразмерных сундуков с мягкими игрушками. Варварский набег её почти не коснулся.

Пока мы с Настей немного убирались, Амелин сидел, не снимая пальто, по-турецки на деревянном полу посреди мансарды, пристально следил за нашими действиями и умудрялся ещё беспомощно шутить о том, что для него никто так никогда не старался. С утра ему было значительно лучше, и он уже даже рвался нам помогать. Из решетчатого стенного шкафа мы достали немного отсыревшую подушку и хотя не свежие, но всё же относительно чистые простыни.

– Странно, что в этом доме никто не живет. Если бы у меня был такой дом, я бы никуда из него не уехал, - сказал Амелин, со стаканом чая в руке перебираясь на застеленную кровать.

– Может, хозяева умерли?
– осторожно предположила Настя.

Он неопределенно пожал плечами:

– Хозяин - дядя Герасимова, а тот не умирал. Во всяком случае, Герасимову про это неизвестно.

– Тут такое место, где вполне могут жить любые призраки, - заверила нас Настя.
– Просто наверняка должны быть.

Она сидела на большом сундуке, я пристроилась на подоконнике.

– Никого здесь нет, - на удивление серьёзно сказал Амелин.

– Откуда ты знаешь?
– подозрительно спросила Сёмина.

– Если бы были, то я ночью услышал.

– Не выдумывай, - сказала я.
– Типа ты можешь услышать призраков? Они же на то и призраки, чтобы быть неслышными. Тем более, ночью ты спал, уж это-то я точно знаю.

Он сделал глоток чая и насмешливо улыбнулся.

– Не знаю, о какой ночи ты говоришь, но когда я проснулся, спала как раз ты. Я ещё тогда очень удивился. В первый раз видел, чтобы люди предпочитали спать сидя.

– Очень смешно. В любом случае, из-за храпа Герасимова ты вряд ли мог бы что-то слышать.

– Так, я же вышел в коридор.

– Ты опять ночью в бреду бродил по дому?
– поинтересовалась я.

– Ничего я не бродил. Просто захотел в туалет, или это только в бреду может случиться?

– Нет, тут определенно должны быть призраки, - Настю явно захватила эта тема.

– Ты серьёзно?
– Амелин недоверчиво улыбался.

– Да, я чувствую, что это мистический дом. Может, в нем сто лет назад ревнивый муж отравил неверную жену или наоборот, несчастная женщина покончила с собой из-за неразделенной любви.