Чтение онлайн

— Простите, ваше величество, вы мудры и без меня, но смею заметить: герцог Каста сейчас всё равно что король. Он к вам расположен, он может выправить титул моему несчастному брату.

Я снова кивнула.

Идалия была моим союзником, Хорхе тоже пригодится. Тем более оба станут зависеть от меня.

— Попробую.

Успела дойти до своих покоев, как навстречу вышла Ирен и, поклонившись с недовольной миной, сообщила, что для меня цветы и записка.

«Прекраснейшей королеве, — писал граф Феррейра. — будет полезно прогуляться в розарии».

К записке прилагалась дюжина розовых роз.

И когда я уже мысленно выбирала платье для вечерней прогулки, представляя, как буду окутана комплиментами учтивого кавалера, как пофлиртую с ним, забыв обо всех тяготах предстоящих дней, а может, и выспрошу о короле, как после обеда мне доставили новую записку.

И одну чёрную розу к ней.

«На улице сегодня будет ветрено. Берегите себя и оставайтесь в своих покоях».

С чувством, что за меня снова всё решают, я бросила записку от герцога Каста в огонь.

Пришлось Деузу просить развести камин. Конечно, она доложит своему хозяину об этом, ну и пусть! Я лично проследила, чтобы от записки, от них обеих, не осталось и следа.

В обеденной зале маркиз Сомбал лучился от счастья, будто выиграл в лотерею.

Его дочь тоже была горда собой, избегая смотреть в мою сторону. Оказалось всё проще простого: маркиз объявил, что отправил королю письмо, где сообщил, что по просьбе его величества и от его имени (понятно, король сам не захотел мараться, если что, он в стороне), подал прошение Папе.

О признании внука наследником короны. Если вдруг не будет иных.

На меня маркиз не посмотрел, зато остальные косились.

Включая герцога Каста, сидящего за столом напротив, по левую руку от Марии. Я чувствовала на себе его прожигающий взгляд.

Я поднесла бокал с вином к губам, стараясь не дрогнуть. Бланка умела держать лицо.

В зале повисло напряжённое молчание, прерываемое лишь шорохом платьев и звяканьем приборов.

— Буду возносить молитвы Пречистой Деве, чтобы ваше письмо дошло до Святого Престола в целости и сохранности.

Я вспомнила о Хорхе Сервальо. Вот будет ему повод выказать мне свою верность. Дороги королевства неспокойны.

— Воля его величества для всех подданных священна, — добавила я и снова пригубила вина, чтобы скрыть усмешку.

Маркиз поклонился. И тут же добавил:

— Мы тоже присоединимся к вашим молитвам, ваше величество. И я похлопочу о сопровождении столь ценного груза.

— Разумеется, это ваш долг, ваше сиятельство.

Маркиз Сомбал поклонился, но его глаза остались холодными. Мне приготовили ловушку.

Если письмо дойдёт, и Папа удовлетворит прошение, мой брак с королём станет ещё более шатким. А если нет — виноватой тоже окажусь я, «бездетная королева», не сумевшая подарить королю наследника.

Поставившая страну на грань гражданской войны.

Я взглянула на герцога Каста. Он чуть улыбнулся кончиками губ и сжал нож так, что побелели костяшек пальцев. Он был немного раздосадован, но что я сделала не так?

— В том розарии увидимся, но через два часа. Не берите фрейлин, — шепнул он мне после обеда.

— На улице сегодня ветрено, я останусь в покоях. И напишу вам.

Улыбнулась и прошла мимо, чувствуя его взбешённый взгляд в спину. Пусть не думает, что я его пешка.

«Прошу вас выслушать подательницу сего письма, ибо говорит от моего имени и моими устами».

Запечатала и передала Идалии.

— Говори с ним наедине. Скажи про брата, я разрешаю. Изложи, что твой брат может и должен помешать письму от маркиза достичь границ королевства. Заверь герцога, что твой брат будет полезен ему. Верен. И что я ручаюсь за него. Герцог сейчас всё равно что король, он сможет вернуть титул сначала брату, потом тебе.

— Благодарю. Ваше величество.

Что-то дрогнуло в ней. И не успела я очнуться, как Идалия, всегда полная достоинства невозмутимости, оказалась у моих ног и прижалась губами к моей руке.

У каждого из нас есть своя слабость. В случае с моей фрейлиной — это её опальный брат.

— За безопасность Хорхе не беспокойся, герцогу Каста нужны союзники не меньше, чем мне.

Когда Идалия ушла, я велела подать накидку и быть готовой Мадалене и Ирен сопровождать меня в розарий.

Чтобы там не говорил герцог Каста, а целиком зависеть от его милости я не собиралась.

Граф Феррейра и его отец-маркиз могут пригодится. И привести других сторонников.

Но беседовать с первым я буду только в присутствии фрейлин, особенно той, кто служит маркизу Тавора.

— Она всё доложит ему, — шепнула Ирен, сверкая глазами на вдову.

— На это я и надеюсь. Тогда у графа не будет пути назад.

Но через пару часов в розарии меня ждала неожиданная встреча.

Я делала вид, что прогуливалась по дорожкам между розовых кустов. Ирен и Мадалена шли поодаль, сторонясь друг друга, будто одна подозревала другую в смертельной болезни.

Это развлекало меня.

Я спрашивала Мадалену о её жизни с покойным супругом, чтобы больше узнать об этой тёмной лошадке.

— Вам придётся снова выйти замуж.

— Когда окончится срок траура.

— Разумеется. Я сама поберу вам супруга. Вы моя фрейлина, и я должна заботиться о вас.

Ирен еле сдержала довольную улыбку. А мне пришло в голову, что я должна подыскать хорошую партию и молочной сестре.

Но не успела я что-либо сказать по этому поводу, как услышала приглушённое рыдание и женский голос:

— Вы сами сказали, что я вознесусь выше сестры. Я стану наставницей старшей племянницы, которая скоро будет принцессой.

Я замедлила шаг, сделала знак фрейлинам молчать и вести себя тихо, но было поздно. Нас заметили.

— Ваше величество, прекрасная погода! — поклонился граф, а за ним, чуть запоздав, и сестра Марии.

Глаза девушки были красны от невыплаканных слёз. И вся она выглядела так, будто была полинялой копией сестры в кривом зеркале. И взгляд — я не забуду этот взгляд, полный не жгучей страсти напополам с ненавистью, как у Марии, а даже зависти.