Чтение онлайн

Анна Степановна рассеянно окинула свою воспитанницу таким взглядом, будто хотела удостовериться, что та не перегрелась на солнце.

– Хорошо, мой ангел, – наконец вымолвила женщина. – Но прошу вас так не тараторить на приёме у врача. Иначе он решит, что вы ужасно невоспитанны.

– Excusez-moi, vous avez absolument raison [18] , – Бельская поспешно потупила взор и изобразила реверанс.

– Я возьму для вас меренгу. – Анна Степановна глянула на дверь кондитерской, откуда только что вышла полная дама с красивой круглой коробкой, перевязанной бантом. – Но без меня на улицу ни на шаг.

– Oui, mademoiselle [19] .

Лиза сделала вид, что торопится к доктору, а сама глянула на ходу через плечо, чтобы убедиться, что Свиридова пошла в нужную сторону. К счастью, перспектива выпить чаю со свежей выпечкой увлекла наставницу. Анна Степановна и сама оглянулась, лишь чтобы убедиться, что воспитанница скрылась за дверьми врачебной практики. Лизу она знала и доверяла её здравомыслию. Да и к чудачествам девушка прежде склонностей не проявляла.

Бельская отлично понимала, что скандала не избежать. И что времени у неё совсем мало. Более всего она боялась, что Эскиса на месте не окажется. Или что он не захочет её видеть после того, как она прогнала его в сердцах.

В приёмной оказалось светло и чисто, но не слишком просторно: небольшая зелёная софа для ожидающих посетителей, перед ней – кофейный столик и высокая конторка с картотекой за ней. От конторки шёл коридор, по обе стороны которого располагались несколько закрытых дверей, выкрашенных краской оттенка свежих сливок. А в противоположном конце коридора на такой же софе сидел фельдшер в белом и объяснял пациентке, как правильно обрабатывать ожог на руке.

В воздухе витал характерный медицинский запах карболовой кислоты, который неизбежно ассоциировался у Лизы с чистотой и врачебным вмешательством.

Девушку встретила немолодая ассистентка в строгом светло-сером платье, поверх которого она носила белоснежный фартук сестры милосердия.

Женщина приветливо улыбнулась Лизе, едва колокольчик над её головой звякнул и девушка переступила порог.

– Добрый день, сударыня. Чем можем вам помочь? – Ассистентка обошла конторку, чтобы встретить новую посетительницу.

– Добрый день. Алексей Константинович на месте? – Лиза бросила короткий взгляд в коридор, где по-прежнему не было никого, кроме фельдшера и женщины с забинтованной ладонью.

– Да, он у себя, – без подробностей ответила ассистентка. – На что вы жалуетесь? Я немедленно ему передам…

– Передайте ему, пожалуйста, что пришла Елизавета Бельская. И что у меня к нему очень срочное дело. – Девушка бросила короткий взгляд на входную дверь за своей спиной. – Прошу вас, поторопитесь. Это очень важно.

– Вам плохо? – женщина сделала шаг к Лизе. – Присядьте пока. Я вызову к вам медицинскую сестру.

– Нет же, говорю вам, что мне нужен именно Алексей Константинович.

Их голоса привлекли внимание фельдшера и его пациентки. И не только их одних.

Дверь ближайшего кабинета отворилась. Из неё вышел лысоватый пожилой мужчина в дорогом костюме, а прямо за ним – Алексей Эскис в белом медицинском халате.

Лицо молодого врача приобрело озадаченное выражение. Он явно никак не ожидал увидеть Лизу в своей приёмной столь внезапно. И всё же девушке на миг почудилось, что его губы дрогнули в подобии улыбки.

– Елизавета Фёдоровна, приветствую вас. Чем обязан? – он обошёл своего замешкавшегося пациента.

– У меня к вам очень срочное дело, Алексей Константинович, – девушка стиснула сумочку.

Ей вдруг подумалось, что он может выгнать её.

– Вы здоровы? – Эскис нахмурился.

– Да, но прошу вас меня выслушать. Это не займёт много времени. – Лиза вдруг почувствовала себя ужасно глупо, потому что на неё смотрели все собравшиеся в больнице люди.

Но, к счастью, молодой врач проявил милосердие.

– Да, конечно, одну минуту. – Он повернулся к своей помощнице: – Дарья Григорьевна, будьте любезны, проводите Роберта Аркадьевича, мы уже закончили. – Следующая фраза была со всей вежливостью адресована пожилому пациенту: – Роберт Аркадьевич, прошу вас, не забывайте принимать капли перед едой каждый раз. Жду вас через неделю на повторный приём.

Эскис коротко попрощался с лысоватым мужчиной, а затем жестом пригласил Лизу пройти в открытую дверь.

– Прошу вас, Елизавета Фёдоровна. – Он проследовал за ней и прикрыл дверь.

Кабинет у Алексея был довольно просторный. От большого окна лился естественный свет. К нему прибавлялось электрическое освещение нескольких потолочных ламп в строгих стеклянных абажурах. Помимо письменного стола и трёх стульев здесь также стояла кушетка для осмотра пациентов, частично отгороженная марлевой ширмой. А вдоль стен выстроились белые шкафы со стеклянными дверцами и врачебным содержимым. Из украшений имелись лишь висящий над кушеткой плакат с подробным изображением скелета и подписью всех костей на латыни да едва живой фикус в горшке на подоконнике. Листья на нём пожухли и побурели, будто в кабинете Эскиса наступила глубокая осень.

– Присядьте, пожалуйста. И расскажите, что привело вас ко мне.

Но рассиживаться времени не было. Свиридова могла нагрянуть в любую минуту, поэтому Лиза прошествовала в центр помещения, где повернулась к мужчине и произнесла с жаром:

– Для начала я бы хотела извиниться перед вами, Алексей Константинович. – Она свела вместе брови в печально-виноватой гримасе. – Вынуждена признаться, что отреагировала слишком бурно.

Эскис рассеянно пригладил волосы ладонью. Вид у него по-прежнему был весьма удивлённый.

– И вы меня простите, Елизавета Фёдоровна, – ответил он. – Мне не стоило озвучивать столь щекотливую информацию без вашего на то дозволения. Тем более что всё это лишь мои домыслы, которые некому ни подтвердить, ни опровергнуть. – Он пару мгновений глядел на неё сверху вниз с выражением глубокой задумчивости на лице, а затем вдруг всплеснул руками: – Да что же это я! Присядьте. Прошу вас.

Он усадил девушку на кушетку, а сам подтянул стул и устроился напротив.

– Благодарю. – Лиза с облегчением поставила зонтик рядом с собой и принялась развязывать шнурок на сумочке. – На самом деле я здесь с Анной Степановной Свиридовой. Она сейчас в кондитерской, и у меня совсем мало времени.

– Что же заставило вас прийти ко мне? – Алексей неотрывно следил за её движениями. – Вам стало хуже? – Он понизил голос: – Или вам удалось что-то узнать?

– Именно последнее. – Лиза выудила фотокарточку, но отдавать её не спешила. Она положила её на колени изображением вниз и сказала: – Боюсь, что вы были правы. Только вы можете мне помочь, любезный Алексей Константинович, потому как интересы в поисках виновного у нас совпадают.

Эскис подался вперёд, скрипнув стулом:

– Я вас очень внимательно слушаю.