Чтение онлайн

Следующие два дня прошли в странном режиме. Мы жили как обычно — готовили, смотрели фильмы, гуляли (теперь уже не прячась от камер, но и не позируя специально), — но в воздухе висело напряжение. Предвкушение. Как перед Новым годом в детстве, когда ты точно знаешь, что под елкой лежит подарок, но не знаешь какой, и боишься, вдруг там просто новые колготки.

Максим вел себя загадочно. Он исчезал "по делам" на пару часов, возвращался довольный, но молчаливый. Прятал телефон, когда я входила.

Мой "блогерский мозг" работал на износ.

"Так, если это предложение... — думала я, нарезая салат и чуть не отрезав себе палец. — То как это снять? Скрытая камера? Нет, он заметит. Попросить Софию? Слишком палевно. А если поставить штатив якобы для 'таймлапса заката'?"

И тут же одергивала себя: "Анна! Остановись! Это не контент! Это твоя жизнь! Ты хочешь запомнить этот момент через экран телефона или своими глазами?"

Своими глазами. Точно.

Но руки чесались.

Вечером восемьдесят девятого дня мы сидели на диване. Я монтировала нарезку "лучших моментов" за три месяца (смешные, трогательные, нелепые кадры), а Максим читал книгу. Бумажную.

— Макс, — позвала я.

— Мм?

— А ты помнишь наш первый день? Когда я встретила тебя с камерами и ты чуть не сбежал?

Он отложил книгу.

— Помню. Я подумал: "Боже, куда я попал? Эта женщина сумасшедшая. У неё вместо мозга — вай-фай роутер".

— Эй! — я кинула в него подушкой.

Он поймал подушку и улыбнулся.

— А еще я подумал, что ты очень красивая. Даже в том жутком розовом костюме.

— Он не жуткий! Он трендовый! Был. Три месяца назад.

— Для меня ты красивая в любом костюме. И без него.

Я перебралась к нему под бок.

— Завтра всё закончится, — тихо сказала я.

— Завтра всё начнется, — поправил он.

— Ты уверен?

— Анна, я никогда не был так уверен ни в одном своем проекте. Даже в том торговом центре, который получил премию.

— Мы лучше торгового центра?

— Мы — небоскреб. С видом на вечность.

Я уткнулась ему в плечо, чтобы он не видел моих глаз. Я стала слишком сентиментальной. Это всё влияние его "надежности".

— Кстати, — сказал он, гладя меня по спине. — Завтра эфир в 20:00?

— Да. Прайм-тайм.

— Хорошо. У меня будет просьба.

— Какая?

— Надень то платье. Синее. В котором мы подписывали контракт в кафе.

Я удивилась.

— Почему именно его? Оно старое. И не очень нарядное.

— Оно знаковое. С него всё началось. Я хочу закольцевать композицию. Архитектурный прием.

— Ладно, — согласилась я. — Синее так синее. А ты что наденешь? Смокинг?

— Я надену чистую рубашку. Для меня это уже подвиг.

День девяностый. Финал.

Я проснулась с ощущением, что у меня внутри работает вибромоторчик. Руки дрожали, сердце колотилось.

Максим ушел рано утром — оставил записку: "Уехал на объект. Буду к вечеру. Готовься. Люблю".

Я осталась одна в лофте.

Это был странный день. Я ходила по квартире, касаясь вещей. Вот диван, где мы построили крепость. Вот стол, где мы ели "пасту а-ля хаос". Вот угол, где висела та проклятая камера. Теперь там было просто белое пятно свежей шпаклевки — Максим заделал дыру лично.

Этот лофт видел всё. Наше знакомство, нашу войну, нашу любовь, нашу катастрофу и наше воскрешение.

Я начала готовиться к эфиру за три часа.

Приняла ванну с пеной (без телефона!). Сделала маску. Уложила волосы — не в "блогерские локоны", а просто, мягкими волнами, как любит Максим.

Нашла синее платье. Оно висело в глубине шкафа. Я надела его, посмотрела в зеркало.

Оно сидело идеально. Подчеркивало талию, цвет глаз. Я выглядела... взрослой. Не девочкой-припевочкой из ТикТока, а женщиной, которая знает, чего хочет.

В 19:00 приехала София.

— Ну что, подруга? — она оглядела меня с порога. — Готова к дембелю?

— Готова.

— Выглядишь потрясающе. Это платье... оно счастливое?

— Надеюсь.

— Максим звонил?

— Нет. Он в режиме радиомолчания. Готовит сюрприз.

София хитро улыбнулась.

— Ох, чует мое сердце, сюрприз будет грандиозным. Я буду смотреть эфир из первого ряда. С попкорном.

— Ты что-то знаешь? — я схватила её за руку. — Соня, колись! Он тебе сказал?

— Я ничего не знаю! — она сделала честные глаза. — Я просто знаю Максима. Он не делает ничего наполовину. Если уж он решил устроить финал, то это будет финал уровня финала Чемпионата мира.

Она помогла мне выставить свет.

— Помни, Аня, — сказала она перед уходом. — Не важно, сколько будет зрителей. Важно, что будет между вами.

— Я знаю. Я выучила этот урок.

София ушла. Я осталась ждать.

19:30. Максима нет.

19:40. Тишина.

19:45. Я начинаю нервничать. А вдруг пробки? Вдруг что-то случилось?

19:50. Звонок в дверь.

Я бегу открывать.

На пороге стоит курьер. Огромный букет белых пионов. Мои любимые. В Москве. Не в сезон!

— Анна Валерьевна? Вам доставка.

Я беру цветы. В них карточка.

"Начинай эфир без меня. Я подключусь в процессе. Постскриптум: ты прекрасна".

Что? Начинать без него? Но мы же договаривались!

Паника начинает поднимать голову. Но я давлю её. "Доверяй ему, — говорю я себе. — Он знает, что делает. Это его план".

Я ставлю цветы в вазу, на видное место, в кадр.

19:55.

Я сажусь на диван. Включаю кольцевую лампу. Проверяю микрофон.

На экране телефона — мое отражение. Взволнованная, с горящими глазами, в синем платье.

Три миллиона подписчиков (да, они вернулись и привели друзей) ждали.

20:00.

Я делаю глубокий вдох.

— Ну что ж, поехали.

Нажимаю кнопку "Начать прямой эфир".

— Привет, мои дорогие! — говорю я, и мой голос почти не дрожит. — Сегодня день девяностый. И это... это конец нашей истории. Или начало новой.