Чтение онлайн

Лучше промолчать. Хотя бы до утра.

А утром я позвоню ему и скажу, что мы должны поговорить. О его прошлом. О его работе. О том, почему он мне не рассказал.

И о том, что Вадим показал мне всё. Чтобы поставить точку, а не многоточие, как мы постоянно это делали.

Демьян

Я не спал всю ночь.

Не потому, что турнир вымотал — хотя жим лёжа на сто двадцать килограммов дал о себе знать, мышцы до сих пор горели. Не потому, что Вадим снова орал на тиммейтов до трёх утра. А потому, что Соня не отвечала на сообщения.

Я смотрел на телефон, на свою последнюю строчку: «Не спится. Думаю о тебе. Как прошёл вечер?» — и видел, что сообщение доставлено, но не прочитано. Час. Два. Три. В три ночи я написал ещё: «Сонь, ты где?» — тоже доставлено, молчит.

В четыре я позвонил. Гудки, голосовая почта. В пять — сбросил, чтобы не разбудить её родителей, если она спит. Но я знал — она не спит. Я чувствовал. Что-то случилось.

Я лежал в своей кровати, смотрел в потолок и прокручивал в голове вчерашний день. Всё было нормально. Мы переписывались, она отвечала на сообщения, прислала смайлик с сердечком. А потом — тишина. Как будто её украли. Или она сама ушла.

Вадим утром вышел на кухню, когда я пил кофе. Смотрел на меня своими наглыми глазами, усмехался.

— Что, братишка, не спится?

— Отвали, — буркнул я, вглядываясь в экран телефона. Соня так и не прочитала сообщения.

— Девушка игнорит? — он взял кружку, налил чай. — Бывает. Перебесится.

— Ты что-то знаешь?

— Я? — он сделал невинное лицо. — Я вообще ничего не знаю. Я спал.

Я смотрел на него. Он врал. Я чувствовал. Но доказательств не было, а устраивать скандал в семь утра не хотелось.

— Если ты что-то сделал… — начал я.

— Что я могу сделать? — перебил он. — Я же не хожу к ней по ночам в капронке. Это твой метод.

Он усмехнулся и ушёл в свою комнату, оставив меня с чашкой остывшего кофе и кучей вопросов.

В институт я приехал за час до первой пары. Соня обычно приходит пораньше, пьёт кофе в столовой или сидит в холле с книжкой. Я обошёл всё здание — столовую, холл, библиотеку, даже женский туалет не стал проверять только потому, что туда нельзя. Её нигде не было.

Я написал ей: «Я в универе. Где ты?» — прочитано. Но ответа нет.

Сердце колотилось где-то в горле. Я никогда так не нервничал из-за девушки. Никогда. А тут — трясло, как наркомана без дозы.

Я сидел на скамейке у входа, смотрел на дверь и ждал. В десять тридцать она вошла. В джинсах, в своей любимой водолазке с высоким горлом, с рюкзаком за плечами и стаканчиком кофе в руке. Она была бледной, под глазами — синяки, волосы собраны в неаккуратный пучок.

Я встал, пошёл к ней. Она увидела меня — и замерла. На секунду в её глазах мелькнул страх. Настоящий, животный страх. А потом она отвернулась и быстрым шагом пошла в сторону лестницы.

— Соня! — крикнул я.

Она ускорилась. Я догнал её у лестницы, схватил за руку. Она дёрнулась, как от удара.

— Не трогай меня, — сказала она тихо, не глядя в глаза.

— Соня, что случилось? — я не отпускал. — Почему ты не отвечаешь? Я звоню, пишу…

— Демьян, отпусти, — в её голосе появились стальные нотки. — Здесь люди.

— Мне плевать на людей. Скажи, что произошло.

Она подняла глаза. Я увидел в них боль. И ещё что-то, от чего у меня сжалось сердце.

— Ты правда не знаешь? — спросила она.

— Не знаю. Поэтому и спрашиваю.

Она открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент в холле показался профессор Михал Фёдорович, и Соня вырвала руку.

— Потом, — сказала она и почти побежала вверх по лестнице.

Я остался стоять, сжимая кулаки, чувствуя, как внутри закипает злость и страх одновременно.

Всю первую пару я просидел, не слушая преподавателя. Писал ей сообщения: «Соня, давай поговорим», «Пожалуйста», «Я не понимаю, что происходит». Она читала, но не отвечала.

На перемене я караулил её у аудитории. Она вышла в компании однокурсниц, увидела меня и попыталась смешаться с толпой.

— Соня! — я преградил ей путь. — Нам нужно поговорить.

— Демьян, отстань от меня, — она смотрела куда-то в сторону. — Пожалуйста.

— Я не отстану, пока ты не объяснишь.

Она подняла на меня глаза. В них блестели слёзы.

— Ты правда хочешь поговорить? — спросила она. — Прямо здесь? При всех?

Я оглянулся. На нас уже смотрели — кто с любопытством, кто с осуждением.

— Нет, — сказал я. — Пойдём.

Я взял её за руку и повёл к выходу. Она не сопротивлялась. Молча шла за мной, и это молчание пугало больше, чем крики и скандалы.

Мы вышли на улицу, за угол, где никого не было. Я отпустил её руку. Девушка стояла, обхватив себя руками, и не смотрела на меня.

— Соня, — я попытался заглянуть ей в глаза. — Что я сделал? Скажи. Я хочу всё исправить.

Она усмехнулась — горько, невесело.

— Исправить? — переспросила она. — Демьян, ты не сможешь это исправить. Это в прошлом. Но ты мне врал. Всё это время врал.

— О чём?

— О том, кем ты был. О том, что ты делал. О том, как ты зарабатывал деньги.

Я замер. Сердце пропустило удар.

— Что конкретно ты знаешь? — спросил я тихо.

— Всё, — она подняла глаза, и в них была такая боль, что мне захотелось провалиться сквозь землю. — Твоё порно. Твои вечеринки. Твои богатые женщины. Всё, Демьян. Я всё видела. Хватит скрываться, и честно, я не хочу иметь ни малейшего отношения к тому, что по всему интернету гуляют порнофильмы с моим парнем в главной роли…

— Откуда ты..? — мой голос сел.

— Неважно. Важно то, что ты мне врал. Говорил, что я — единственная. Что никогда никого так не хотел. А сам… сам снимался в порно. Трахался с этими… — она не договорила, отвернулась.

— Соня, это было давно, — я попытался взять её за руку, но она отшатнулась. — Два года назад. Я был молодой, глупый, нуждался в деньгах.

— Ты мне не сказал, — она смотрела на меня, и слёзы текли по её щекам. — Это факт. Ты должен был мне сказать. Я имела право знать.