Чтение онлайн

– Раз, два – злой кот найдет тебя, три, четыре – бегите, мышки, врассыпную, пять, шесть – не стой на месте, может съесть… – произношу знакомые слова, вовремя переводя тему, чтобы вопросов больше ни у кого не осталось. – Помните? Мы в детстве играли.

– Семь, восемь – заглянет в норку он без спросу, девять, десять – шаги за стенкой, тише, мыши, одиннадцать, двенадцать – когтистой лапы слышен след, тринадцать, четырнадцать, пятнадцать – бежать отсюда смысла нет, – заканчивает Богдан. – Считалочка из игры «кошки-мышки», нам лет по десять было, в лагере вожатый придурок был, мы с отрядом так от него прятались, когда он нас искал. Это наша считалочка, мы ее сами придумали, какое отношение это имеет к происходящему?

– Перед тем как наблюдатель велел нам бежать, он начал считать. Слова мне сразу показались знакомыми, только я не мог вспомнить, где их слышал, – пожимаю плечами. – Что это может значить?

– То, что он психопат чокнутый, – мотает головой друг. – Меня больше другой вопрос волнует. Лада сказала, что ты нанес ему двадцать ножевых, и после этого он встал и погнался за вами? Хотите сказать, что он бессмертный?

– Крови действительно было очень много, не меньше трех литров. Человек не мог выжить с такими ранениями, такая кровопотеря считается летальной, – подтверждает Киша.

– Как и падение с третьего этажа, и три пулевых. Я не уверен, сколько нанес ударов, честно признаться, даже не помню. Бил, пока Лада не остановила. Ребята, я не знаю, как это возможно, но это так, объяснения у меня нет, – вздыхаю. – Есть еще кое-что, лучше, если вы сами это увидите.

Все согласны, кивают. У нас всего два варианта, либо сидеть и ждать смерти, либо попытаться что-то сделать. Сдаваться нельзя.

На второй этаж мы поднимаемся, вооружившись всем, что попалось под руку. Палата, в которую вчера случайно забежали, располагается в стратегически выгодном положении: лестница близко, полный обзор правого крыла, частичный – левого, туалет рядом. Многое встает на свои места. Открываю ребятам дверь, указывая на тумбочку. Пока мы ждали рассвета, успели несколько раз перечитать то, что здесь нацарапано. В двух словах не пересказать, пусть лучше сами увидят.

– Что это? – спрашивает Маринка, наклоняясь к тумбочке. – Здесь написано: «Игра, 10 дней. 6 игроков…», – какой почерк корявый, ничего не понятно!

– Не бузи, сама не лучше пишешь, – улыбается Богдан, присаживаясь рядом. – «Правила простые: выбрался – выжил, значит, победил; нет – ОН всех убьет. Связи нет. Решетки на окнах заварены, не тратьте время. Пожарная лестница сломана – ОПАСНО!!! Не пытайтесь по ней спуститься – это смерть. Перед тем как что-то делать, проверьте снаряжение, оно может быть испорчено. ОН – кот, вы – мыши, мыши в безопасности только в своей норе. Не выходите из места укрытия без необходимости – это «домик», в котором вы в безопасности! Здесь есть мальчик – Паша, он помогает нам, вы можете верить ему. Если у вас получится выбраться, заберите его с собой, он – такая же жертва, как и мы». Дальше почерк меняется, писал точно другой человек. «День десятый: я остался один. Все мои друзья мертвы. Мы пытались найти выход, но его нет. Мы пытались убить – бесполезно, ЕГО не берет ни огонь, ни нож, ни пули. Я не знаю, кто он такой, ОН знает о нас все, опережает на несколько ходов. Я слишком поздно понял, что близкий человек мог оказаться предателем. Он завел нас сюда, руководил сценарием. Мне пришлось сделать это… Больше мне незачем жить. Паша говорил, что мы не первая группа, значит, будут другие. Это послание вам, моя подруга просила записать все, пока была жива. Хотела, чтобы у вас был шанс. Но… Я не знаю, что вам посоветовать, глупо слушать того, кто уже потерял все. От себя могу сказать одно, если бы я мог вернуть потраченное время, то провел бы его с лучшими друзьями, а не тратил на поиски выхода, которого нет. Они были моей семьей, и я бы отдал все, чтобы вновь их увидеть. Сегодня последний день – я готов к смерти, жду с нетерпением. Надеюсь, вам повезет больше. Удачи, к сожалению, она вам понадобится». Кажется, здесь еще были имена, но их кто-то стер.

– Значит, нас тоже это ждет? – испуганно спрашивает Рита. – А что, если среди нас тоже есть предатель?

Все уставились на Ладу, самая очевидная подозреваемая.

– Да вы издеваетесь! – не удивляясь, закатывает глаза девчонка. – Мне уже готовиться к линчеванию?

Ребят понять можно, мы меньше всех ее знаем. Она закрытая, дерзкая, чересчур смелая, немного чокнутая. Отличный кандидат на роль подручного, на месте наблюдателя я бы рассмотрел ее резюме. Но сегодня ночью я видел совершенно другое, Лада – маленькая, ранимая девочка, которая боится больше всего на свете показать свои страхи и слабости.

– Так, никто никого линчевать не будет! – загораживаю от ребят блондинку. Глупый жест, мы не дикари даже в диких условиях. Но судя по взглядам ребят, я рад, что вил и факелов в палате не предусмотрено. – Это не она.

– Откуда ты можешь знать? – Рита выступает. – До этой поездки мы ее всего пару раз видели!

– Мы – нет, но Тим знал, – уверенно отвечаю. – И если он сейчас был бы жив, то сказал бы то же самое. С таким же успехом это может быть любой из нас.

– Ребята, простите, давайте попозже разберемся с выявлением возможного предателя. – Маринка скрючивается, за живот держится. – Мне что-то нехорошо. Сейчас вывернет…

– Пойдемте вниз, – кивает Богдан, приобнимая Кишу за плечи. – Здесь все равно делать больше нечего.

Через полчаса Ритка с Богданом также слегли: рвота, понос, температура. Мы с Ладой только и делаем, что до туалета с каждым по очереди бегаем. Все дело в жидкости, ребята перед сном кипятили – не помогло, несмотря на запах хлорки. Вода застойная, значит, не водопровод. Скорее всего, накопители установлены. Плохо дело, неизвестно, сколько гадости в этих баках за годы могло скопиться и кто там мог помереть… Нам с блондиночкой повезло, почти не пили, пару глотков сделали, когда со второго этажа утром спустились – это нас спасло. В аптечке есть лекарства, должны помочь, но у них все равно обезвоживание, нужно найти другой источник питьевой воды. И почему, когда так нужен дождик, его никогда нет?!

– Пить хочу, – жалобно стонет Ритка, поджимая колени к груди. На кипяченую кастрюлю, стоящую на столе, смотрит, губы пересохшие облизывает. – А если глоточек сделать? Хотя бы один.

– Нельзя, будет хуже, – рядом присаживаюсь, поглаживая по голове. – Потерпи немного, таблетки скоро должны помочь.

– Можно собрать самодельный дистиллятор, – поднимается Богдан, укрывая Маринку своей курткой. – Нужна пленка, ведро и что-то тяжелое вроде камня. Погода влажная, туман, можно сказать, идеальные условия для эксперимента, чердак как раз подойдет.

– Хорошо, говори, что делать, – киваю.

– Вместе пойдем, один не натянешь. Девочки здесь остаются, – строго смотрит на Кишу, только пальцем для большей убедительности остается пригрозить. – Если верить посланию, это наша нора. Наблюдатель сюда не сунется, так что вот вам ведро, пока не вернемся, будете пользоваться им. За дверь ни ногой. Лада за старшую.

– С чего бы это она? – бубнит Ритка.

– С того, что из вас троих она единственная на ногах, – недовольно отвечает Богдан, рукой за живот держится. – Пошли, пока этот псих заново не объявился.

На чердаке трупный запах усилился, стал резче, отдавая аммиаком, так что нос со ртом приходится футболкой заматывать. Оставлять в таком состоянии труп больше нельзя, особенно учитывая, что здесь намечается водопой. Тело раздуло, живот шарообразный, сине-лиловые пятна по рукам пошли. Поднять попытались, не вышло, придется волоком тащить. Тяжелый, зараза!

С трудом за ноги с крыши стаскиваем, закрывая в самой дальней палате. Нужно было раньше это сделать, не сообразили, критическое мышление слишком поздно включилось. Сейчас уже ничего не поделаешь, остается ждать, пока душок выветрится.

Вырезаем кусок пленки по размеру, закрепляя на краях дыры в шифере так, чтобы образовалось своеобразное жерло вулкана с небольшой дырочкой на конце вывернутого конуса, через которую и будет скатываться конденсат, наполняя обрезанную пластиковую бутылку. Влажность повышенная, плюс покатый уклон крыши дает преимущество, есть надежда, что бутылка наполнится быстро. Рабочая схема, использовать не приходилось, но истории из первых уст слышал. Такая незамысловатая конструкция может спасти жизнь в экстремальных условиях, главное, запастить терпением и не накосячить с крепежом, в противном случае все усилия насмарку. Если бы здесь еще была парочка деревьев, можно было бы обернуть ветки пакетом, на солнце конденсат скапливается за день, проверенный способ, несмотря на небольшой объем полученной жидкости. Все лучше, чем умереть от жажды. Без воды человек в среднем может продержаться пять-шесть дней, выбора у нас нет, придется довольствоваться тем, что есть.