Чтение онлайн

На блондинку смотрит, подмигивает, резким рывком утаскивая наблюдателя вниз вместе с собой…

Злость! Если в первый раз, когда канат оборвался, был страх, паника, ужас, то сейчас… Ярость! Супергерой недоделанный! Всегда впереди всех, ни о чем и ни о ком не думает, лишь бы покрасоваться! Сейчас выберется – нос разобью! Выберется… Да куда он денется?! Ну же, давай… Сейчас рука, голова, нога появится, да хоть что-нибудь! Дурак! Придурок. Идиот… Нет, так просто не отделается, он еще за Ритку леща не получил! Ну же, хоть голос подай!..

Богдан от скотча успел освободиться, подходит к краю. Молчит, вены на шее напрягаются, гримаса на лице… Какого лешего молчит! Ну же, скажи, что все в порядке! Этот шут гороховый, как всегда, прикалывается… Да, точно, иначе быть не может! Это шутка, дурацкая неудачная шутка!

– Ребята, что с ним? – пищит Ритка. – Сема! Бодь…

Гроссмейстер молча опускает голову… Нет! Нет, нет… Шаг сделать не могу, ноги каменные. Возьми себя в руки, тряпка!

– Богдан, развяжи, – требует Марина. – Ему нужна помощь. Я могу… – Богдан дрожащими руками освобождает бывшую подружку, Киша бросается к перилам, замерла, прикрывая ладонями рот. – Нужно спуститься… Он может быть еще…

Что еще? Жив? Он точно жив, это же Тимофей, он не мог взять и… Что и… Даже в мыслях произнести не могу!

– Останься с девочками. – Богдан хлопает по плечу, видя мое состояние. – Мы проверим.

Они с Маришкой спускаются вниз, я подхожу к краю, смотрю на два неподвижных тела и растекающуюся лужу крови… Почему они не шевелятся?

– Сем, развяжи, – просит Ритка. Ступор, не сразу понимаю, чего она от меня хочет. – Семен! – Осколок беру, распиливая скотч. Свободна, бросается к перилам, начиная рыдать. Сам не знаю, зачем, обнимаю, зарываясь рукой в рыжие волосы. – Он мертв?

Что мне ей ответить? Заново к перилам рвется, не пускаю, сильнее прижимая к себе.

Богдан с Кишей поднимаются, руки у обоих в крови, молчат…

– Говори, – на выдохе произношу, глядя на друга. Головой качает, стискивая зубы. Все понятно без слов… – Наблюдатель?

– Его нет. Когда мы спустились, его уже не было, – отвечает потерянно.

– Наблюдатель жив, и он был в состоянии уйти самостоятельно, – добавляет Марина, со слезами прижимаясь к плечу бывшего.

Молчание. Полчаса уже сидим, не меньше. Впрочем, не уверен, не знаю, сколько времени прошло, никто слова сказать не решается. Ступор. Не понимаю, что происходит, и понятия не имею, что дальше. Тим всегда был впереди, он у нас лидер! Был… Поверить не могу, внутри все сжалось, нет, скорее, оборвалось. Зачем? Как он мог так поступить? Это все какой-то дурной сон, хочу проснуться… Душу дьяволу готов продать, только бы все это оказалось неправдой.

– Развяжите, – безэмоциональный женский голос. Голову поворачиваю. Лада… Как мы могли про нее забыть? Бедная, все это время связанная сидит, даже не пискнула ни разу. Богдан поднимается, тоже на нее внимания изначально не обратил, впрочем, как и все мы. Хорошие друзья, ничего не скажешь!

– Я сам, – останавливаю его. Тимофей просил заботиться о ней, а я, как скотина последняя, даже этого сделать не могу! – Лада, прости. – Нож с пола поднимаю, разрезая скотч. – Ты как?

– Все хорошо, – спокойно отвечает она, глядя на злополучные перила. Не решается подойти, даже руки все еще за спиной не разомкнула. – Нужно сделать ловушку, мы должны…

– Лада, послушай, – заставляю посмотреть мне в глаза, она отводит взгляд. – Все нехорошо. Тим… Тимофей мертв. Ты это понимаешь?

– Да, – кивает. – Это ничего не меняет, мы должны сделать ловушку. Пленка, она, наверное, осталась в коридоре. Нужно забрать, пока наблюдатель…

– Ей все равно! – поднимается Ритка, с ненавистью смотрит на блондинку. – Что ты с ней возишься, ей же плевать!

– Рита, хватит, – осаждает подругу Марина. – У нее шок. Если точнее, аффективно-шоковые реакции гипокинетического вида. Как будущему психологу, тебе следовало бы знать об этом! Нас обучали для работы на «Скорой», так бывает, если не удается помочь пострадавшему и приходится оказывать помощь родственникам или близким. Нужно попытаться привести ее в чувство. – Присаживается рядом с Ладой, дотрагиваясь до ее плеча. – Лада, какого цвета у меня кофта? Можешь посмотреть на меня?

– Что? – переспрашивает блондинка. Взгляд рассеянный, личико кукольное, ни одной эмоции.

Рита подходит, резко давая пощечину. Не успеваю остановить, поздно заметил…

– Какого лешего ты творишь! – За талию хватаю, оттаскивая в сторону. – Психичка ненормальная!

Грубо. Очень-очень грубо. Сам ударить ее готов… Родителям спасибо, воспитание не позволит, но видеть ее сейчас не могу. Злость, отвращение, обида. В обычной ситуации я бы рожу Тиму разбил, наорал бы на обоих, напился вхлам… Сейчас все негативные эмоции направлены на нее. Сам осознаю, что это несправедливо, но сделать с собой ничего не могу.

– Как будущий психолог, могу заверить, такой метод тоже помогает! – смотрит на меня зло, у самой слезы наворачиваются. Разрыдаться готова, едва сдерживается. – Нам всем больно! Тим был нашим другом, мы должны горевать… Она его даже не знала, просто очередная подстилка, которую он трахал!

– Ты права, – безразлично отвечает Лада. Пощечина действительно помогла прийти в себя? Смотрит на Ритку пустым безжизненным взглядом, немного нервно пожимая плечами. – Если вам так проще, можете продолжать плакаться друг другу в жилетку, но я не собираюсь сидеть сложа руки. Наблюдатель упал с третьего этажа, он ранен и, следовательно, уязвим. Наша цель не изменилась – мы должны убить его. Лучшего момента для действий не будет.

– Лучшего момента? Ты себя слышишь? Твой парень мертв! – истерично бросает Ритка.

– Это был его выбор. Он сам виноват, – спокойно отвечает блондинка. От ее хладнокровия бросает в ужас, не могу поверить, что ей настолько все равно.

– Он спасал нас! – кричит рыжая. – Как ты можешь быть такой стервой?!

– Прекратите, пожалуйста! Вы обе! – не выдерживает Марина. – Тимофей не только вам дорог, мы дружили с самого детства! Мне, Семену, Боде он был как брат, так что закройте свои рты и тащите задницы вниз! Мы должны с ним проститься, а не устраивать здесь этот балаган! Тим терпеть не мог женских ссор, хотя бы пару минут вы можете не ругаться?! Он этого заслуживает! Со всем остальным будем разбираться потом.

Рита виновато глаза опускает, Лада так же безучастно отходит в сторону, прижимаясь спиной к стене. Замолчали, уже плюс…

– Наблюдатель забрал пленку, которую вы достали с чердака? – спрашивает Богдан.

– Не думаю. Она все еще должна быть в коридоре под люком. Когда газ начал выходить, она валялась в самом углу. Сомневаюсь, что наблюдатель обратил на нее внимание, – отвечаю. – Зачем?

– Нужно накрыть тело. Я возьму ее, а вы идите вниз, – хлопает меня по плечу, натянуто улыбаясь. – Держись. Нам с тобой Казанова сопли и слезы не простит.