Чтение онлайн

Аганна метко выстрелила в череп гулю, на удивление для Разенета, убив того. По крайней мере, он упал клыкастым черепом в грязь перед подгоревшими и надгрызенными трупами. Гули обратили внимание на звук, с которым болт вошёл в череп их товарища, подняли вой и побежали на своих четырёх лапах, словно волки или собаки, в сторону, с которой прилетел болт. Это была загадка для Аганны, как они вычислили её, но возможно, что древняя магия делает своё дело - они могли и видеть сущности существ, а не только их физическую оболочку. Или у них был такой же Дар, как и у неё.

Аганна с парой подручных прибежали к латникам, сдерживающим натиск термов большими башенными щитами, не очень удачно. Она с прыжка всадила болт своего охотничьего арбалета в шею терма, очень нагло вскарабкавшегося на щит и пытающегося повалить латника, его державшего, на лопатки. Перекинувшись парой слов с Аганной, Разенет прокричал команду отступить, и все его солдаты гурьбой ломанулись в лес, в низину к воде. Термы, ожидавшие ожесточённого сопротивления, явно разочаровались в лучших чувствах, вяло пытаясь догнать отстающих, обращая внимание только на тех солдат, что не могли уйти - раненных и убитых, с яростью кромсая их своими тяжёлыми двуручниками, которые они с лёгкостью, играючи, держали в одной руке. Но интерес засветился в их глазах наравне с белыми огоньками гулей, когда они увидели друг друга. Крики термов и вой гулей раздавались всю ночь, пугая солдат картинами, возникающими в мозгу человека от звуков схватки нелюдей друг с другом. Вдоль реки, ночью, они прошли вверх по реке на другом берегу, к горам на востоке, около двадцати километров, разбив лагерь за полчаса на большом лугу, вдали от которого располагались посадки деревьев, спасающих посевы от сдирающих землю ветров.

Они не знали, кто победил, да и не хотели знать. Главное, что враг отстал. Пожиратели потеряли почти всех новичков в этой схватке за жизнь: новички хуже повиновались приказам и отстали от основной группы, гурьбой двинувшейся в сторону реки при команде отступить.

Разенет полагал, что они охотятся за Аганной, скрывающей какой-то необычный секрет. А может, и просто предательницу гильдии, о которой Разенету было известно очень мало; а то, что было известно, возможно было ложью пьянчуги, продающего любые слухи любому слушателю. Гильдия искала что-то по всему миру, по Старому Свету, по Новому Свету, даже на Островах Специй на востоке, в Море Конца, с которого вода падает вниз, в недра Ада Гефастов, где они растят своих птенцов.

Но найти это что-то они не могут уже десять лет. Это что-то называлось Сталью. Это должно быть что-то, куда можно положить предмет и забрать изменённым, внешне же или сущностью, душой, было не понятно. Возможно, это была всего лишь сказка. Но Разенет не оставлял попыток выведать у Аганны хоть что-нибудь; даже предав хозяев она хранила их тайны, видимо, надеясь, что они поймут, что она будет молчать и отпустят её с миром. Как видно, тщетно.

Разенет к удивлению для себя болел за гулей, которые инстинктивно используют тактику, которую термы инстинктивно же отвергают. К тому же термы служили какой-то идее, а гули выживали - они должны были сражаться, а не пытались убить за просто так, как убивали термы, машины для убийства, созданные Императором.

Сегодня солдаты спали днём. Они значительно продвинулись на восток и немного вверх по реке на юг. За ними уже никто не гнался, по крайней мере, не мог догнать за прошедшую ночь. Разенет назначил часовыми Аганну и ещё шесть человеку, расставив тех по двое в углах лагеря, Аганну же поставил рядом со своим шатром, чтобы та охраняла его сон, когда он вновь погрузится в синий ад, пытаясь найти машину, отзывающуюся его зову, его силе и его способностям. Он использует свой Дар, неизвестный Разенету, возможно, даже найдёт его благодаря Стали, и станет многократно сильнее, сильнее чем когда-либо.

Глава XVII

Уже наступило пятнадцатое Султана, а генерал Хоргис Пентарийский был всё ещё жив и сделал несколько ходов против гильдии, арестовав несколько тайных агентов, работающих на Старателей в правительстве колоний. Это был неожиданный шаг с его стороны: открыто противопоставлять себя против гильдии глупо, почти невозможно было её победить, и генерал прекрасно это знал. Но тем не менее он атаковал гильдию. Почему он решился после целого десятилетия сотрудничества с гильдией расторгнуть негласный взаимовыгодный договор? Мариен терялся в догадках.

Во-первых, покушение могло не состояться. Во-вторых, у генерала просто могла быть причина не закончить писать дневник, начав с чистого листа где-то ещё. В-третьих, они могли не знать какого-то правила способностей Библиотекаря, что было самым маловероятным из всего вышеперечисленного. Так хотелось считать Мариену.

Эти мысли заполнили весь день Библиотекаря. Он раз за разом всё обдумывал, силясь понять, где заложена ошибка в расчётах и не находил её. Видимо, они как-то изменили будущее генерала, украв у него дневник, хотя... скорее всего дневник тут не при чём. Будущее изменилось, когда генерала посадил под домашний арест Хирург, а Вампир стала наблюдать за резиденцией генерала и была замечена. Но ведь его Дар работает совсем не так, если кому-то суждено умереть, то он умрёт, как бы сильно не пытались изменить судьбу избранные, чьё вмешательство в судьбу человека могло быть сколь угодно сильным. Так было раньше. До этого инцидента.

Мариен снова собрал всех глав, кроме Резака, потерянного где-то в Паризии, откуда он посылал привет всем остальным главам гильдии, показывая, что он ещё жив и его не нужно списывать со счетов.

Сребровласый, Хирург и Вампир переглядывались между собой, ожидая что же скажет по поводу генерала их начальник.

– Господа, генерал объявил нам войну. Он уже поймал всех информаторов в администрации колонии, и нашего вице-канцлера объявил изменником и казнил.

– Но ведь он под домашним арестом и отрезан от внешнего мира.
– Вампир округлила глаза.
– Как он мог хотя бы отдать приказ? Мои люди всё перерыли вверх дном, пока Хирург провожал его в усадьбу.

– Надо было видеть лицо Пентарийского, когда я показал ему, что делают с его домом.
– Каблим цокнул языком, прикрыв один глаз, но ещё не включив свою способность.

– Хирург, что тебе удалось узнать у генерала? Он понимал, что он в опасности?

– Нет, он не знал ничего о своём переводе на лыжные горки термов.
– Хирург усмехнулся. Он сильно недолюбливал эльфов, будь они хоть из Железного Клана, хоть из Альдар-натал-неша, Новой Луны.

– Хорошо. Лилай, не было сообщений о движении генерала?

– Его видели вчера вне Дворца Наместников. Он прятал лицо под капюшоном, но информатор говорит, что узнал бы его из тысячи лиц.

Хирург почесал ухо и громко, чтобы все слышали, пошутил:

– Конечно, такую рожу хрен забудешь. Кто хоть увидел его, я хочу его расспросить.

– Каблим, прекращай.
– Вампир поморщилась от громкого голоса конфликтного Старателя.

– А то что, дамочка?
– Каблим встал со своего места и опустился руками на стол.

– А то ничего, мужчинка.
– Широко открывая рот, чтобы Каблим видел её клыки, сказала Вампир.

– Каблим, я достаточно терпел, вон отсюда.

Мариен указал на дверь в другом конце кабинета. Хирург молча, сияя своим глазом по сторонам, подошёл к двери и открыл её, но остановился и посмотрел на Сребровласого, бросив тому одну из своих улыбок от уха до уха. .

– Информатора зовут Керин Агриан, найди и спроси.
– Вслед ему сказал Лилай.

Так глупо всё это было, но это сработало.
– В портовом квартале живёт, в какой-то халупе.

***

Каблим провожал генерала в Дворец Наместников в карете, предоставленной администрацией Альпритива для такой важной персоны, как генерал. Хирург рассматривал генерала одним своим сияющим красным глазом, с интересом смотря на сердце того, стучащее в грудной клетке. Скоро оно перестанет биться, хоть уже и сейчас можно было видеть, как его сердце работало с перебоями. Каблим не хотел, чтобы генерал умер, генерал был единственным, кто хоть как-то уживался с Каблимом, пожалуй, только из-за генерала он и служил Старателям. Ну и из-за денег, как он любил говорить. Деньги никогда не были проблемой для Хирурга - фокусы он умел и любил делать, будучи в молодости игроком в карты и факиром. Хоть он и часто говорил своим коллегам в гильдии, что служит из-за золота, он кривил душой. Ему нравилась бесконечная игра, которую представляла собой служба на гильдию.