Чтение онлайн

— А после магов пришлют целую армию, — отрезал я. — И ради чего? Ради того, чтобы доказать свою силу кучке наёмников? Хищник не тратит энергию на убийство того, кто не угрожает его логову и не является пищей. Это невыгодно, рыжая. Слишком большой расход маны ради мелкого мусора.

Я вытянул руку в сторону исчезнувшей группы.

— Живые и напуганные наёмники — это инструмент для манипуляции. Они вернутся в город без снаряжения. Они расскажут заказчику и другим авантюристам, что в этом лесу творится чертовщина. Что деревья хватают за ноги, а воздух режет сети. Заказчик посчитает убытки и решит, что этот лес не стоит затрат. Убитые порождают месть. Испуганные порождают слухи, а слухи защищают территорию лучше любой крови.

Кицунэ застыла в задумчивости. Ее взгляд пытался проанализировать мои слова с точки зрения мана-хищника шестого ранга. В звериной парадигме веками господствовали базовые постулаты выживания, кормовые угодья, да применение грубого силового ресурса для защиты территории. Всякие сложные мотивы городской экономики или цеховой субординации Гильдии воспринимались ею как бестолковая людская блажь.

Зато довод о банальной растрате резервов попал прямо в яблочко. Практичность закладывалась в животных на глубоком инстинктивном уровне. Да и, в целом, большинство хищников любят экономить энергию и не охотятся просто так, потому что хотят.

Тем не менее соглашаться она не собиралась. Недовольство фактом живых и сбежавших противников всё так же явно сквозило во взгляде. Специфика лесного уклада диктовала иные методы, поэтому временный пакт соблюдался ею лишь в качестве уступки авторитету ведущего члена нашей небольшой, но эффективной стаи. Девушка смирилась с запретом на добивание исключительно до возникновения реального риска для нашего здоровья.

Дискуссия плавно угасла. Проскользнувшая заминка заставила нас мысленно сверить личные убеждения, нащупывая точки соприкосновения в мировоззрении друг друга. Природа наделила нас совершенно разным механизмом оценки ситуации, но совместное выживание требовало найти шаткий компромисс.

Отлипнув от толстого ствола бука, я подошел к брошенной мародерами войлочной шапке. Находка тут же отправилась на верхушку высокого обломка сосны. Своеобразное пугало обязано послужить отличным предостережением для последующих визитеров.

— Идём, — я развернулся и зашагал обратно к нашему изначальному маршруту.

Окинув установленное мной предупреждение коротким взглядом, кицунэ двинулась следом. Пружинистая походка мана-хищника давала ясно понять о принятом компромиссе, пусть и без особой охоты. Нам предстояло серьезно поработать над доверием ради сохранения эффективности.

Тяжёлый дым от сотен печей накрыл нас еще до того, как впереди показались городские шпили. Следом навалилась густая слоистая смесь запахов.

Дорога неумолимо ширилась, под ногами наконец-то застучал мощёный тракт. Плотный попутный поток уже нельзя было назвать чисто торговым. Редкие телеги тонули в массе пеших и конных людей с оружием. Мимо проносились сколоченные на скорую руку группы с потрёпанными тюками, о чём-то спорящие наёмники с ростовыми щитами, хмурые маги с посохами наперевес. Толпа торопилась, переругивалась на ходу и сбивалась в плотные кучки.

Прямо перед городскими воротами всё встало на свои места.

Наспех сколоченный помост оккупировал глашатай, и его глотка без труда перекрывала скрип колес и людской гомон. Мужик надрывался, зазывая народ на своеобразное состязание. Правитель здешних земель открыл официальный сбор наемников с обещанием совершенно астрономической награды. Задача звучала до примитивного легко: спуститься в местное Подземелье на седьмой ярус, отыскать нужную поляну и принести оттуда образцы редкого растения.

Спуск на седьмой уровень не может быть простым по определению, иначе местные отряды авантюристов давно бы выгребли этот ярус до голого камня без всяких открытых приглашений. Значит, порождения там сидят такие, о которых регулярные рейды авантюристов намертво обломали зубы. По обрывкам фраз из толпящейся у ворот людской массы, я уже понял местную ситуацию. Несколько жадных до наживы групп сунулись вниз сразу после оглашения приказа. Часть с трудом унесла ноги, волоча покалеченных товарищей, а парочка отрядов сгинула с концами. Тем не менее, запись оставалась открытой, и новые искатели чужого золота продолжали прибывать.

Я встал у широкого деревянного щита перед вратами, вчитываясь в прибитый гвоздями пергамент с правилами.

Ран околачивалась рядом и самозабвенно терзала горячую медовую лепёшку, только что купленную у лоточника (спасибо всем богам этого мира, что она научилась платить за товары).

Лисица отрывала куски сладкого липкого теста крепкими зубами с тем же хищным урчанием, с каким еще вчера грызла перепёлку, счастливо жмурясь от удовольствия. К десертам девушка относилась пугающе серьёзно.

Текст приказа не открыл ничего нового, а сама идея прогуляться по местным катакомбам и так стояла первой в списке моих планов. Меня живо интересовала разница между здешней подземной экосистемой и биомами по ту сторону океана. Другой материк, вихревые потоки лей-линий, иные алгоритмы зарождения монстров. А уж седьмой этаж — это та глубина, где мана прессуется до состояния физической плотности, суля компоненты и реагенты, способные удивить любого столичного алхимика.

Это состязание служило для нас идеальной ширмой. Город под завязку забит пришлым сбродом со всего региона, поэтому появление очередных вооруженных чужаков не вызовет у стражи и доли подозрения. Раствориться в бурлящей толпе проще простого. Да и моего четвёртого ранга, легально полученного в порту, с лихвой хватало для заявки на спуск без прохождения нудных квалификационных испытаний.

Заминка могла возникнуть лишь с поведением моей рыжей напарницы, которая в данный момент с упоением вычищала липкий сироп из-под ногтей.

— Доедай, нам в Гильдию надо зайти, — я кивнул в сторону шпиля над зданиями административного квартала. — Но придётся договориться.

Ран скосила на меня янтарные глаза, не прекращая жевать.

— У тебя нет никаких местных бумаг, — пояснил я для нее. — А если мы сунемся на регистрацию и проверяющие засекут твой реальный фон шестого ранга, начнется переполох. Ты для них — аномалия, которая может снести полгорода. Вопросов будет столько, что мы из конторы не выйдем. Тебе придётся приглушить свою ману до минимума и побыть в роли слабой подручной, которая носит мои вещи.

Проглотив тесто, лисица наградила меня взглядом человека, которому только что предложили искупаться в свином навозе. Понятия ранговой системы, канцелярской субординации и бумажных допусков для высшего мана-хищника попросту отсутствовали в природе. Её картина мира оставалась подкупающе простой: приходишь, бьешь конкурента и забираешь свое.

— Прятаться от этих слабаков ради куска раскрашенной бумажки? — фыркнула лисица, презрительно окинув взглядом толпу наёмников. — Если они встанут у двери, я просто подвину их.